— Тренер сказал:
— Тогда воспользуйся своим чутьём полузащитника, чтобы острее определять направление атаки противника. И, не забывая о собственной защите, стань надёжной опорой в оборонительной линии.
Даты соревнований неумолимо приближались. Густой туман, обычный для ранней весны на юго-восточном побережье, клубами катился по земле, словно тяжёлый дым.
Линь Ваньсин толкнула дверь.
Она огляделась по сторонам, но из-за молочно-белой пелены не видела даже края перил на террасе. Весь город утонул в этом тумане.
Сегодня был день их отъезда в Юнчуань.
Линь Ваньсин провела рукой по воздуху — клочья тумана просочились сквозь её пальцы. Образ Юнчуаня уже давно не всплывал в её памяти с такой чёткостью.
Но стоило цели пути превратиться в напечатанное на билете слово, как Юнчуань снова обрёл ясные черты.
Хунцзин — Юнчуань
D7016: отправление в 9:29.
Табло в зале ожидания мигнуло.
Из-за сильного тумана движение по автодорогам было затруднено, поэтому на вокзале собрались толпы людей — повсюду виднелись лица суетящихся путешественников.
Было ещё рано. За огромными панорамными окнами туман и не думал рассеиваться. В воздухе застоялся запах варёных яиц и лапши быстрого приготовления.
— Лаоши, на что вы смотрите?
Линь Ваньсин пришла в себя от этого голоса.
Перед ней стоял Чжэн Фэйян. На его шее болталась пара бутс, и он с воодушевлением смотрел на неё.
Она не сразу сообразила, что к чему. Оказалось, ученик связал шнурки двух ботинок и повесил их на шею. Ярко-жёлтые бутсы раскачивались у него на груди.
— Почему ты не убрал обувь в сумку? — с долей беспомощности спросила Линь Ваньсин.
— У меня в сумке еда, как их можно класть вместе?
«А он чистоплотный», — подумала она.
Линь Ваньсин машинально взглянула на телефон.
— Только что спрашивал тебя, а ты тему перевела, — подал голос Цинь Ао. — Зачем теперь в телефон пялишься? Кого ждёшь?
Линь Ваньсин подняла телефон, показывая аватар Цянь Лаоши и подпись к контакту:
— Разумеется, я жду своего руководителя. А ты как думал, кого я жду?
Цинь Ао скривился:
— Хватит меня бесить.
Сказав это, он развернулся и ушёл.
Вскоре подошёл Цянь Лаоши.
У него был богатый опыт поездок на соревнования, поэтому для каждого ученика он приготовил по маленькой жёлтой кепке.
Парни надевали их крайне неохотно, но с Цянь Лаоши спорить было бесполезно — бывший боксёр одним своим суровым видом умел заставить подчиниться.
Ребята принимали кепки, как младшеклассники, и, даже если не хотели их надевать, цепляли к рюкзакам.
Линь Ваньсин и Ван Фа тоже взяли по одной.
Их купили по групповой скидке на «Пиндодо», так что у всех они были одинаковые.
Когда Линь Ваньсин надела её, то стала казаться гораздо ниже.
Но на Ван Фа кепка смотрелась иначе — в ней он выглядел привлекательным и ярким, совершенно не вписываясь в их компанию.
Даже мальчишки не удержались от комментариев:
— Чёрт, цзяолянь, почему ты в этой кепке выглядишь круче нас?!
— Может, дело в человеке? — пошутила Линь Ваньсин, на что ребята тут же съязвили:
— Лаоши, а вы опять уменьшились.
Когда все кепки раздали, одна осталась лишней.
Цянь Лаоши огляделся:
— Кто не взял? В туалет ушёл?
На шумном вокзале в ту же секунду, как Цянь Лаоши задал вопрос, на их небольшом пятачке воцарилась тишина.
Атмосфера стала необъяснимо гнетущей, и Цянь Лаоши это почувствовал.
— Вэнь Чэнъе не пришёл, — сказала Линь Ваньсин.
— Как это не пришёл? Нам же скоро на посадку!
Ученики замерли с каменными лицами, никто не хотел говорить.
Линь Ваньсин вкратце объяснила, что произошло.
— Вы сказали, что в Юнчуань поедут десять человек, чтобы играть против молодёжной команды «Хэнда»? Так нельзя! — Цянь Лаоши, выслушав их план, возмущённо хлопнул по ручке чемодана, считая это чистым безумием.
— Другого выхода нет, — ответила Линь Ваньсин.
— И ты его даже не попыталась отговорить! — Цянь Лаоши уставился на неё.
— Это же не развод и не расставание, из-за чего тут уговаривать?
Цянь Лаоши едва не задохнулся от злости:
— А ты хоть знаешь, что родители Вэнь Чэнъе разводятся? Ребёнок не в духе, капризничает, ну какие между мальчишками могут быть такие уж непреодолимые противоречия?
Остальные игроки футбольной команды ничего об этом не знали и, услышав новость, застыли в изумлении.
Линь Ваньсин же оставалась спокойной:
— Я знаю.
Ученики посмотрели на неё с ещё большим недоумением.
— Лаоши? — невольно позвал её Фу Синьшу.
Линь Ваньсин не собиралась пускаться в долгие объяснения. Она обвела взглядом ребят и остановилась на Цинь Ао:
— А ты что думаешь?
— Ну разводятся предки, и что? Можно подумать, мои не в разводе, — пренебрежительно бросил Цинь Ао.
Остальные промолчали. Однако их бегающие взгляды и затянувшаяся тишина выдавали их истинные чувства.
Время отправления приближалось.
Вещи одна за другой ложились на ленту транспортёра, пассажиры проходили сквозь рамки металлодетекторов.
Поезда уходили со станции Хунцзин один за другим. Номер рейса D7016 поднимался всё выше в списке на табло, пока рядом не загорелась надпись «Идёт посадка». А та лишняя кепка так и осталась висеть на ручке чемодана Цянь Лаоши.
Объявили посадку.
Ученики с рюкзаками за плечами один за другим проходили через турникеты.
Фу Синьшу шёл последним.
Он оглянулся: позади был лишь бесконечный поток людей и их спешные шаги. Вдалеке ветер разогнал туман, но неба всё равно не было видно.
Тёмно-красная беговая дорожка, взрывные удары барабанов.
Песня — новый корейский хит, от повторяющейся мелодии которого сердце, казалось, готово было выпрыгнуть из груди.
Раз, два, три…
Наконец, звонок телефона прервал это удушающее повторение музыки.
Юноша не сразу ответил. Тяжело дыша, он поднял брошенный у дорожки рюкзак и куртку.
Вокруг было пусто, прохладный озёрный ветер обдувал его тело. Он не спеша надел куртку и набросил рюкзак. Только когда звонивший уже почти потерял терпение и готов был сбросить вызов, он нажал на кнопку ответа.
— Дорогой сын, у тебя уже закончились уроки?
Юноша застегнул молнию и коротко бросил в ответ:
— Угу.
— Тогда поскорее возвращайся домой, мама попросила тётю приготовить тебе суп.
Голос так и лучился радушием, но от него не веяло теплом.
Повесив трубку и застегнув куртку до конца, он посмотрел на результаты сегодняшнего бега.
Три круга вокруг озера Хунцзин.
17 787 метров, общее время — 97 минут.
Это была долгая дистанция, а из-за того, что он выбрал интервальный бег, времени ушло ещё больше.
Достаточно долго, чтобы семья поверила, что его занятия закончились.
Достаточно долго, чтобы поезд, ушедший со станции, достиг пункта назначения.
Вэнь Чэнъе посмотрел на время.
Полдень, 11:06.
Юнчуань был мегаполисом.
Его отличие от Хунцзина сразу бросалось в глаза в приложении «Дяньпин». Ресторанов со средним чеком выше 300 юаней на человека в Юнчуане было 279, в то время как во всём Хунцзине — всего девять.
После выхода из скоростного поезда путь от вокзала до тренировочной базы «Хэнда» на окраине занял почти столько же времени, сколько сама поездка на поезде.
Туман наконец рассеялся. Вдоль дороги тянулись заросли ярко-зелёного камыша, уходящие за горизонт, туда, где земля сливалась с небом.
Хостел, который забронировала Линь Ваньсин, находился неподалёку от пригородного стадиона.
По пути автобус проезжал через университетский городок Юнчуаня, останавливаясь у ворот одного вуза за другим. Группы весёлых, полных жизни студентов то заходили в салон, то выходили. Линь Ваньсин натянула кепку на лицо и крепко заснула.
Когда автобус доехал до конечной, в салоне остались только члены их футбольной команды. Линь Ваньсин вышла с заспанными глазами, и её тут же окончательно разбудил порыв озёрного ветра.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
