От клубов пара поле казалось объятым пламенем; солнечные лучи пронизывали водяную дымку, и на зелёном фоне поля сияли маленькие яркие радуги.
Счёт 1:0 сохранился до самого конца матча.
—
Когда Линь Ваньсин и ученики приехали на машине к дому 17 по улице Утун, Ван Фа уже вернулся.
Линь Ваньсин толкнула железную дверь на террасу, и ей навстречу внезапно пахнуло странным чувством пустоты.
Позади неё галдели ученики. Перед глазами, в лучах заходящего солнца, на террасе сидел Ван Фа; закинув ноги на перила, он смотрел на далёкое футбольное поле. Его силуэт казался тонким и хрупким, а во всём облике чувствовалась какая-то несвойственная его возрасту меланхолия.
Возможно, дело было в прекрасной погоде или в том, что огромная радость от победы резко контрастировала с царившим здесь спокойствием, но Линь Ваньсин почувствовала: сегодня Ван Фа не такой, как обычно.
Но что же в нём изменилось?
Он слегка покачивал ногой у края террасы, а в золотистом свете заката медленно поднималась струйка сизого дыма.
Между пальцами Ван Фа была зажата сигарета.
Сизый дым таял в воздухе, и чувствовался слабый запах табака.
«А, так он закурил», — молча отметила про себя Линь Ваньсин.
Впрочем, тишину вскоре нарушили восторженные крики мальчишек.
Ученики были во власти радости от победы. Увидев Ван Фа, они тут же сбросили рюкзаки, подлетели к нему и принялись наперебой обсуждать матч.
Заметив их, Ван Фа потушил сигарету. Когда он обернулся, к нему уже вернулся привычный ленивый и расслабленный вид. Он немного сменил позу; в тени заходящего солнца его черты лица казались особенно глубокими. Он слегка кивнул, слушая ребят.
— Мы вот так — вжух! — и прорвали их, — Линь Лу в восторге промчался из одного угла террасы в другой, показывая Ван Фа, как мяч делает это самое «вжух».
— Мы их просто раскатали под орех, а ведь до матча они так задавались! — Чжэн Фэйян тоже сиял от восторга.
Чэнь Цзянхэ, признанный крутой парень футбольной команды, со знанием дела рассуждал о дырах в обороне «Люйцзин Гоцзи».
— Цзяолянь, ты и не представляешь: под конец у этого тренера из школы «Люйцзин Гоцзи» лицо аж позеленело.
— Ну да, позеленело, а сам вцепился в руку нашей Лаоши и выпрашивал вичат, а она и дала… — раздался в этот момент голос Ци Ляна.
Линь Ваньсин, которая как раз кипятила воду в углу, услышав это, тут же высунулась и запротестовала:
— Эй, за что вы на меня нападаете? Я вообще-то представляю нашу школу и укрепляю связи и сотрудничество с ведущими футбольными заведениями!
— Зачем нам якшаться с неудачниками? — надменно бросил Цинь Ао.
— Справедливо, — согласился Ван Фа с мнением учеников.
Его ясный и проницательный взгляд скользнул по ней.
Поймав этот взгляд, Линь Ваньсин тут же почувствовала себя так, словно её застукали.
— Я… — попыталась она объясниться.
— Удали его, — сказал Ван Фа.
«???» — Линь Ваньсин впервые не нашлась, что ответить.
Оболтусы пошумели ещё немного, пока энергия не иссякла, а потом гурьбой повалили в дом. Кто-то бросился пить воду, кто-то развалился на диване, поторапливая её идти за продуктами.
— Нам юань-ян!
— И говядину самую нежную!
— Куриные тефтельки!
— Не слишком ли много требований?! — когда Линь Ваньсин услышала, что нужно обязательно вручную сделать пасту из креветок, она наконец не выдержала.
Ван Фа неспешно вошёл в комнату, с интересом прислушиваясь к перечислению блюд. Напоследок он спросил:
— Хого?
— Да, я обещала им в награду за победу. Но они не захотели идти в ресторан, приспичило поесть прямо здесь, на террасе.
— Женщина, ты что, не понимаешь? — внезапно крикнул с дивана Цинь Ао во всё горло. — На новоселье нужно согревать дом, вот мы и помогаем тебе его согреть.
— Именно так, Лаоши. Я сверялся с лунным календарём и твоим ба-цзы: сегодня в новом доме благоприятный день, чтобы разжечь огонь в очаге, — со всей серьёзностью вставил Чжи Хуэй.
— У неё даже кастрюли нет, она явно готовить не умеет.
— Если нет кастрюли, это ещё не значит, что не умеет, может, ей просто лень, — подхватил Ци Лян.
Мальчишки продолжали болтать без умолку, и у Линь Ваньсин уже голова пошла кругом.
— Ладно-ладно, иду я за продуктами, — Линь Ваньсин вытянула Ван Фа из комнаты, оставляя гомон учеников за дверью.
— Сходи со мной, а? У меня нет плитки, нужно купить её и кастрюлю, я одна всё не донесу, — сказала Линь Ваньсин, слегка задрав голову и глядя на Ван Фа.
Ван Фа опустил взгляд. В лучах заката его черты казались очень мягкими.
— Хорошо, — ответил Ван Фа.
Линь Ваньсин с облегчением направилась к лестнице.
— Я тоже хочу пасту из очищенных вручную креветок, — донёсся сзади мелодичный голос Цин Няня.
Линь Ваньсин замерла.
Ну конечно, вся эта несвойственная возрасту меланхолия была лишь её неуместной фантазией о красавчике с сигаретой!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
