Шэнь Цяньчжань, как раз размышлявшая, как бы, сославшись на необходимость уйти, получить у Цзи Цинхэ контактные данные, бросила взгляд на стоявшего у стены, неприступного, как крепость, Цзи Цинхэ — и, не в силах отказаться от такого тёплого приглашения, согласилась.
Ингредиенты для фондю Мэн Ванчжоу подготовил заранее: изначально он планировал пригласить на ужин в штаб-квартиру ассоциации нескольких друзей-коллекционеров, чтобы вместе пообщаться, похвастаться друг перед другом и поговорить о жизни — ведь один бокал вина решает тысячу тревог.
Но жизнь полна неожиданностей.
Цзи Цинхэ приехал в Пекин без предупреждения — и, судя по всему, собирался остаться надолго.
Он любил тишину и терпеть не мог шумных сборищ, особенно когда Мэн Ванчжоу заводил в четырёхугольный дом своих «друзей-приятелей».
Лицом к лицу Мэн Ванчжоу никогда не осмеливался нарушать границы — не говоря уже о том, чтобы переступить через них.
И вот сегодня появилась Шэнь Цяньчжань — он быстро разморозил продукты в микроволновке и устроил на длинном столе настоящий пир:
— Госпожа Шэнь, не стесняйтесь — ешьте побольше!
Шэнь Цяньчжань слегка погладила животик, где чуть заметно округлились «запасы», и глубоко вздохнула… Обеденный салат сегодня был съеден напрасно.
Трое незнакомцев не слишком сблизились: даже такое чудо человеческой цивилизации, как фондю, способное за пару минут согреть любые отношения, не смогло проявить здесь особой силы.
Мэн Ванчжоу то смотрел на одного, то на другого — и, накопив за вечер целый поток вопросов, наконец не выдержал и выпалил:
— Госпожа Шэнь, вы родом из Пекина?
— Нет, я пекинская «переселенка», — Шэнь Цяньчжань откусила крабовый шарик и добавила: — Мы уже дошли до стадии, когда можно есть фондю вместе — зовите меня просто Цяньчжань.
Мэн Ванчжоу приподнял брови и, опуская в бульон кусок говядины, спросил:
— «Переселенка»? Не возражаете, если я спрошу, где вы работаете?
— В «Цяньдэне», — Шэнь Цяньчжань съела ещё один шарик из креветок и, занявшись едой, ответила: — Я продюсер.
Эта профессия находилась вне круга интересов Мэн Ванчжоу — он искренне удивился и задал множество вопросов, которые звучали, мягко говоря, не очень умно. В конце концов, поменяв тему, он бросил взгляд на своего «пластикового двоюродного брата»:
— А зачем вам вообще искать часовщика среди специалистов? Разве вы не знакомы с Цзи Цинхэ? Почему не обратились сразу к нему? И даже не просто позвонили — а устроили целую встречу по телефону, пригласив меня, всего лишь коллекционера, стоящего на периферии этого мира?
Шэнь Цяньчжань на секунду замерла с палочками в руках и ответила:
— Мы с ним не найдём общего языка.
Мэн Ванчжоу не удивился — он даже вполне понимал. Но при Цзи Цинхэ он не осмеливался явно поддержать эту мысль, ограничившись лишь кивком — как знак одобрения.
После нескольких минут тишины Шэнь Цяньчжань насытилась.
Она медленно дула на чашку пуэра и бросила взгляд на Цзи Цинхэ, который с самого начала ужина не произнёс ни слова.
Этот мужчина внешне выглядел образцовым джентльменом — благородным, сдержанным, с тонкой, врождённой аристократической грацией. Лишь во время ужина с фондю, в клубах пара и дыма, он на миг спускался с пьедестала божественного спокойствия.
Она немного помолчала и спросила:
— Вы нашли меня через мастера Цзи?
Шэнь Цяньчжань не спала прошлой ночью и долго ворочалась в постели.
Отношение Цзи Цинхэ явно свидетельствовало о том, что он знает: ей срочно нужен часовщик, способный реставрировать антикварные часы, — советник для проекта. Если он не читал план проекта, Шэнь Цяньчжань готова была открутить себе голову и подбросить её этому наглому мужчине как мячик.
— Вероятно, — Цзи Цинхэ кивнул, давая осторожный, сдержанный ответ: — Помните Цзи Линя?
Он напомнил:
— Сказал, что ты — ребёнок-паучиха из пещеры Паньсы-дун [мифологическое место из «Путешествия на Запад»].
Шэнь Цяньчжань бросила быстрый взгляд на Мэн Ванчжоу, чьё лицо покраснело от смущения, фыркнула и рассеянно ответила:
— Я знаю. То, что знаем только мы с тобой, можно сказать чуть сдержаннее?
Цзи Цинхэ приподнял брови, явно давая понять:
— Это зависит от того, как ты себя поведёшь. — Он спрятал твой проектный план, а потом показал мне.
Шэнь Цяньчжань едва не обожглась глотком пуэрского чая:
— Ты хочешь сказать, старый господин Цзи так и не видел мой проектный план?
Цзи Цинхэ спросил:
— Это так уж важно? Он уже отправился в Европу с миссис Мэн — их путешествие по Европе было заранее запланировано.
Шэнь Цяньчжань замолчала, не в силах вымолвить ни слова.
В этот миг она сама не могла определить, какие чувства её охватили.
Она прекрасно поняла смысл слов Цзи Цинхэ: независимо от того, прочтёт ли старый господин Цзи проектный план или нет, поездка в Европу отменена не будет. Но если причина именно в этом — она готова была перенести сроки и подстроиться под расписание старого господина Цзи.
— Миссис Мэн, возможно, вам незнакомо это имя, — Цзи Цинхэ медленно и размеренно прожевал кусочек говядины и добавил: — Мэн Цюнчжи — основательница бренда «Бучжунсуй».
— Они слишком долго жили в разных городах — теперь надеются после выхода на пенсию путешествовать по горам и рекам, наслаждаться жизнью. Даже если проектный план тебя тронет, он всё равно попросит меня заменить его. Поскольку результат один и тот же — зачем обращать внимание на процесс?
Шэнь Цяньчжань презрительно фыркнула:
— Разве твоё влияние и влияние старого господина Цзи могут быть на одном уровне? Не льсти себе напрасно.
Цзи Цинхэ бросил спокойный взгляд на Мэн Ванчжоу, который уже не мог сдержать улыбку, и, помешав палочками в прозрачном бульоне, сказал:
— На самом деле, мне кажется, что мальчик Цзи Линь высказался недостаточно объективно.
Шэнь Цяньчжань почувствовала лёгкое беспокойство.
И действительно.
Скрупулёзный «собака-мужчина» тут же контратаковал:
— Паучиха из пещеры Паньсы-дун — не самое удачное сравнение. Как насчёт королевы Страны женщин?
Шэнь Цяньчжань: «???»
Неужели он намекает, что той ночью она вела себя так, будто в жизни не видела мужчин?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.