В этот день Су Лани впервые за долгое время заглянула в компанию.
Эта «божественная особа» провела в офисе утро, закончила с документами и, взяв с собой Шэнь Цяньчжань и Су Цзаня, поспешила поддержать новую западную ресторанную лавку своей подруги.
Западный ресторан находился недалеко от «Цяньдэна» и сотрудничал с четырёхзвёздочной гостиницей, превратив её верхний этаж в вращающийся ресторан.
Едва Су Лани поставила на стойку корзину с торжественными цветами и села, как владелец ресторана, услышав о её приходе, тут же примчался, предупредительно порекомендовал несколько фирменных блюд и велел официантам сделать заказ на этом столике бесплатным, после чего, извинившись, величественно удалился.
Как только он ушёл, кабинка мгновенно погрузилась в тишину.
Су Лани улыбнулась и кратко пояснила:
— Владелец здесь — из нашего круга. После свадьбы надоело быть «золотой канарейкой», вот и решил открыть ресторан, чтобы обрести смысл жизни.
Она элегантно разрезала стейк — нож и вилка не издали ни звука, касаясь тарелки:
— Сколько просуществует ресторан — неизвестно, а вот пыл на открытии заслуживает полного балла.
Она хитро подмигнула и тихо рассмеялась:
— Быстрее пробуйте — шеф-повара она наняла за огромные деньги. Ещё тогда, когда говорила о своём ресторане, я уже слюнки проглотила.
Су Лани выросла в семье с золотой ложкой во рту и отличалась исключительной придирчивостью. Если ей так хочется этого блюда, то Шэнь Цяньчжань, скорее всего, после обеда будет вынуждена опираться на стену, чтобы не упасть.
После нескольких минут тихой трапезы Су Лани, будто невзначай, спросила:
— Что там у тебя с господином Цзи из «Бучжунсуй»? За этим делом уже весь город гонится — друзья, едва завидев меня, сразу начинают расспрашивать.
Шэнь Цяньчжань зачерпнула ложкой пудинг и парировала вопросом:
— Что значит — «что там»?
Её спокойствие было таким, будто она вовсе не главная героиня этой сплетни:
— У «Бучжунсуй» и «Цяньдэна» кроме делового партнёрства ничего быть не может.
Су Лани бросила на неё два долгих взгляда:
— Дело о том, как Сян Цяньцянь нарушила верность и подала в суд на «Цяньдэн», уже взорвало весь город. А ваша маленькая романтическая история с господином Цзи — как раз то, что нужно «Синхай медиа», чтобы вцепиться в вас зубами.
Фраза прозвучала не слишком приятно — в ней даже сквозило осуждение.
Су Цзань, почувствовав неладное, тут же попытался сгладить ситуацию:
— Всё это — моя вина. Не будь тех фото в моём WeChat, ничего бы и не случилось.
Шэнь Цяньчжань отложила ложку и перевела взгляд на лицо Су Лани — прямо и без обиняков:
— Что ты хочешь, чтобы я сделала?
Осознав, что сформулировала мысль неудачно, Су Лани слегка нахмурилась и пояснила:
— Я не знаю всех деталей, но боюсь, что вас с «Цяньдэном» могут использовать те, кому это выгодно.
Она вздохнула и, слегка помассировав переносицу, добавила с лёгкой головной болью:
— Цяньчжань, если ничего не изменится, через несколько дней сторона Сян Цяньцянь выпустит пресс-релиз, где будет жаловаться и пытаться направить общественное мнение.
Наивный и добрый Су Цзань остолбенел:
— …Настолько серьёзно?
Су Лани спросила:
— А ты думаешь, откуда вообще эта волна слухов? Два года назад Цяньчжань и вовсе потрепала задницу молодого актёра — и ничего! А сейчас, чуть приблизившись к господину Цзи, уже вызвала такой шум.
Шэнь Цяньчжань, до того сохранявшая каменное выражение лица, мгновенно вспылила:
— По правде говоря, прошу больше не упоминать тот эпизод с задницей!
Упоминание «задницы» заставило Шэнь Цяньчжань невольно прижать ладонь ко лбу.
Два года назад она сопровождала Сян Цяньцянь на съёмки телешоу; в последний день съёмок продюсеры организовали прощальный ужин. В тот вечер как раз вышла третья серия шоу — рейтинги взлетели, и все были в прекрасном настроении, хорошо выпив.
Кто-то из гостей, чья фантазия явно перевесила здравый смысл, предложил сыграть в «Правду или действие». Сян Цяньцянь выпало «Действие», и ей указали — прикоснуться к округлому заду молодого актёра, уже ставшего суперзвёздой.
Услышав это, Шэнь Цяньчжань, тогда ещё менеджер Сян Цяньцянь, сразу поняла:
— Так нельзя! Это была явная ловушка, рассчитанная на то, чтобы заставить Сян Цяньцянь шагнуть в неё. Если бы она сделала это — последствия могли быть катастрофическими: Сян Цяньцянь либо разорвали бы в клочья в соцсетях, либо её карьера оказалась бы наполовину уничтоженной.
Интуиция Шэнь Цяньчжань подсказывала: это заговор. Но в тот момент всё выглядело как безобидная шутка. Отказ — значит обидеть кого-то из гостей; подчиниться — значит обречь себя и Сян Цяньцянь на настоящую бурю, которая начнётся уже сегодня ночью.
Единственным компромиссом, который она смогла найти, было взять на себя «наказание»: самой потискать зад суперзвезды. Худший исход в этом случае — её добровольная отставка.
Позже события подтвердили дальновидность Шэнь Цяньчжань: тот эпизод с «потисканием» был вырезан в виде коротких видео, фотографий и гифок — и буквально затопил интернет, заставив Шэнь Цяньчжань удалить все свои посты и временно покинуть профессиональную среду.
Если бы не доброта самого молодого актёра, который лично объяснил происшедшее, Шэнь Цяньчжань, возможно, действительно понесла бы тяжёлые последствия.
Вспомнив всё это, Шэнь Цяньчжань мгновенно потеряла аппетит:
— Я сама всё контролирую — беспокоиться не о чем.
Опасения Су Лани были не напрасны: вернувшись в компанию, Шэнь Цяньчжань немедленно связалась с отделом PR и созвала экстренное совещание — во-первых, чтобы узнать текущий статус расторжения контракта со Сян Цяньцянь; во-вторых, чтобы проанализировать настроения в сети; и в-третьих — чтобы предотвратить использование себя «Синхай медиа» в качестве мишени.
В тот скандал с «сжатием ягодиц» в прошлом году Шэнь Цяньчжань строго запретила Сян Цяньцянь высказываться, чтобы полностью очистить её репутацию. Чтобы не допустить, как бы она ни поступила из чувства долга, компания даже изъяла у неё аккаунт в Weibo и хранила его у себя целую неделю.
После инцидента лишь сами участники попытались объяснить ситуацию; большинство интернет-пользователей так и остались в неведении. В фан-сообществе Сян Цяньцянь репутация Шэнь Цяньчжань стала крайне неловкой — настолько, что о ней до сих пор предпочитают не упоминать, будто она вообще прозрачна и не существует.
Если теперь сфабрикованные слухи о том, что Шэнь Цяньчжань будто бы безжалостно вытесняет Сян Цяньцянь, будут использованы против неё, последствия предсказать нетрудно.
Она действительно одна взяла на себя всю тяжесть.
Завершив подготовку кризисного коммуникационного плана для «Цяньдэн», Шэнь Цяньчжань целый день обдумывала следующие шаги и, проявив исключительную осмотрительность, через помощника Мина записалась на встречу с Цзи Цинхэ.
По мере приближения праздников Цзи Цинхэ был чрезвычайно загружен делами: он уже давно не бывал в своём дворцовом доме. Услышав от Мин Цзюэ просьбу Шэнь Цяньчжань о личной встрече, он на мгновение замер, и кончик пера едва не пробил бумагу насквозь.
Мин Цзюэ, мгновенно почувствовав подавленное настроение господина Цзи, внутренне сжался, но всё же собрался с духом и довёл мысль до конца:
— Продюсер Шэнь сказала, что лучше поговорить лично — она хочет подробно рассказать вам ход событий. Если у вас нет времени, она поручит своему помощнику связаться со мной напрямую.
Кисть руки Цзи Цинхэ, сжимающей стальную ручку, слегка опустилась; он быстро подписал документ и передал его Мин Цзюэ:
— Если она хочет меня видеть — почему не пришла ко мне сама?
Мин Цзюэ, глядя в нос и держа взгляд опущенным, бесстрастно ответил:
— Продюсер Шэнь пояснила, что дело затрагивает репутацию обеих компаний, и поэтому ей пришлось побеспокоить вас. Поскольку это служебный вопрос, она действует строго по официальным каналам.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.