Жаль, но планы редко совпадают с переменами.
Через три дня Шэнь Цяньчжань получила звонок от матери:
— Дэндэн, мы с твоим папой приехали в Пекин.
Шэнь Цяньчжань, не ожидавшая такого внезапного и без предупреждения визита родителей, моментально онемела.
В тот момент она как раз находилась в малой переговорной и обсуждала рабочий план. После краткого замешательства уточнила детали и, узнав, что её родители уже прибыли в Пекин, немедленно прервала совещание и поспешила в аэропорт встречать их.
Су Цзань был в восторге и, руководствуясь принципом «чем громче скандал — тем веселее», добровольно вызвался:
— Сестра Чжань, я поеду с вами?
Шэнь Цяньчжань надела пальто и бросила на него косой взгляд:
— Чего ты лезешь не в своё дело?
Су Цзань взял у неё сумку:
— Какое там «не в своё дело»? Я ещё должен твоему папе ужин!
Два года назад, во время новогодних праздников, у студии «Цяньдэн» шёл съёмочный марафон — выходил на экран молодёжный спортивный сериал. Весь состав, от продюсера и режиссёра до технических служб и осветителей, работал сверхурочно. Су Цзань тоже не стал исключением.
Тогда случайно место съёмок оказалось в провинции Цзянсу — недалеко от родного города Шэнь Цяньчжань. Её родители приехали на съёмочную площадку на машине и устроили для всей команды праздник — сами лепили пельмени. Су Цзань тогда исполнял функции полупродюсера по бытовому обеспечению: отвечал за трёхразовое питание всей группы. Именно тогда он и познакомился с господином Шэнем — они вместе готовили еду и завязали краткую, но глубокую дружбу, длившуюся целую неделю.
Вспомнив это, Шэнь Цяньчжань больше не возражала — молча согласилась, чтобы Су Цзань поехал с ней.
Через час Шэнь Цяньчжань прибыла в аэропорт и встретила родителей у выхода из зоны прилёта внутренних рейсов.
Родители сначала были немного напряжены, но, увидев, что выражение лица Шэнь Цяньчжань хоть и строгое, а тон — мягкий, и что она лишь слегка упрекает их за неожиданный визит, но вовсе не против него, успокоились.
— Мы ведь подумали: ты так редко звонишь — наверное, занята? Мы спрашивали, приедешь ли домой на Новый год, — а ты так и не дала чёткого ответа, — сказала мать. — Раньше, когда мы собирались приехать к тебе в отпуск, ты всегда говорила, что билеты бронировать хлопотно или что у тебя нет времени. Я ведь боялась, что ты не обрадуешься нашему приезду!
Шэнь Цяньчжань онемела — возразить было нечего.
Она уже слишком долго жила в Пекине, целиком отдавшись карьере. В первые годы пекинской «миграции» она ещё часто тосковала по дому, но потом, пройдя через тяжёлый период и погрузившись в такую суету, что даже трёхразовое питание стало роскошью, связь с родными постепенно ослабла — порой проходило полмесяца, прежде чем она вспоминала отправить им короткое приветствие.
Действительно, она была не права.
Су Цзань бросил взгляд на Шэнь Цяньчжань, сидевшую на заднем сиденье машины с подавленным выражением лица, тайком ухмыльнулся, но внешне остался серьёзным:
— Госпожа Шэнь, не взыщите на сестру Чжань — у нас в профессии сроки проектов длинные, а факторов неопределённости — масса. Она же главная движущая сила всего проекта, за всё отвечает лично. Правда, она невероятно занята. Если вы с господином Шэнем не поймёте её — ей придётся жаловаться на несправедливость!
Закончив, он незаметно перевёл разговор:
— Госпожа Шэнь, вы приехали специально, чтобы провести Новый год с сестрой Чжань?
— В общем-то да, — улыбнулась мать. — У Дэндэн есть дедушка по маминой линии — в конце прошлого года он приехал в Пекин на лечение. Подумала: совпало по времени — и поехала с твоим папой.
Эту историю Су Цзань помнил. Он подхватил:
— Сестра Чжань, ты ведь просила меня найти больницу и забронировать койку — именно из-за дедушки?
Шэнь Цяньчжань почти забыла об этом — это случилось в конце ноября прошлого года, перед её командировкой. Дедушка был не родным, а двоюродным — через поколение.
Тогда мать спросила, может ли она помочь найти больницу в Пекине. Шэнь Цяньчжань поручила это Су Цзаню, узнала, что вопрос решён, и тут же отправилась в командировку, совершенно выбросив всё из головы. Теперь, услышав эту историю снова, она вдруг почувствовала угрызения совести и сама предложила:
— Ну что ж, как только вы с папой обоснуетесь, я поеду с вами.
Су Цзань привёл всех в частный ресторан пекинской кухни, расположенный рядом с домом Шэнь Цяньчжань.
Они часто устраивали здесь неформальные встречи — уютная обстановка, аутентичный вкус; особенно редкое удовольствие — сразу два фирменных блюда: традиционный горячий котёл с бараньими позвонками и филе утки, запечённое на вертеле.
Су Цзань обладал настоящим талантом очаровывать старших — господин Шэнь буквально расплылся в улыбке и чуть ли не хлопнул его по плечу, предлагая стать «братьями по духу».
Су Цзань, со своей стороны, не чувствовал себя чужим: договорился с господином Шэнем о рыбалке и посещении музея на следующий день — и только после этого вернулся домой, вполне довольный собой.
По дороге домой, стоя в лифте и готовясь открыть дверь, Шэнь Цяньчжань предупредила мать:
— Госпожа Шэнь, как только войдёте в квартиру — сохраняйте спокойствие и достоинство. Понятно?
Мать растерялась:
— Ты… завела мужчину?
Шэнь Цяньчжань на несколько секунд замолчала, затем чётко открыла дверь, демонстрируя матери то самое «уровень жизни ниже, чем у уличного артиста на Тяньцяо» [знаменитая пекинская площадь], которое Су Цзань обычно повторял, когда подкалывал её.
Через три секунды мать, потрясённая увиденным, издала вопль, от которого кровь стыла в жилах.
Су Цзань, получив уведомление от видеосистемы, открыл детали и, услышав этот вопль, захохотал так, будто хрюкал поросёнок.
Просторная двухсотметровая квартира Шэнь Цяньчжань обошлась ей почти в миллион юаней, но эта сумма потеряла всякий смысл уже через три месяца после въезда.
Горы нераспакованных посылок без какой-либо системы; вещи и одежда, разбросанные повсюду; предметы, хаотично размещённые по комнатам — весь интерьер, кроме самой Шэнь Цяньчжань, выглядел как кладбище люксовых брендов.
Сначала она ещё нанимала уборщицу, но после нескольких случаев, когда не могла найти нужные вещи, просто сдалась и оставила всё в таком беспорядке.
Однажды, на одной из вечеринок, ещё ничего не подозревавшая Сян Цяньцянь предложила собраться у Шэнь Цяньчжань — но Су Цзань и Цяо Синь единогласно и решительно отвергли идею. И даже тогда, когда Шэнь Цяньчжань решила установить видеонаблюдение у входа в лифт, Су Цзань с характерной для него дерзостью заметил:
— С таким хаосом у тебя в квартире даже вор заблудится!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.