Шаровая молния — Глава 32. Гром среди ясного неба. Часть 12

Время на прочтение: 3 минут(ы)

Я кивнул и сказал, что она очень красивая, а сам почувствовал себя неловко. Как и вчера с теми духами, она сразу заметила моё внимание к себе. Виной тому был мой прежний узкий круг общения: я ещё не привык находиться наедине с противоположным полом, а тем более не привык к их утончённости и чувствительности. Но мысль о том, что подобные женские черты проявляются в девушке, которая водит машину, нагруженную минами, вызывала поистине странное чувство.

Следом я обнаружил, что эта прекрасная брошь — такая же пугающая вещь, как и тот кусок бамбука.

Линь Юнь сняла брошь и, сжав рукоять маленького меча, взяла её в руку. Другой рукой она подхватила с обеденного стола вилку и ложку, сложила их вместе и поставила вертикально, а затем легко провела по ним мечом. К моему огромному изумлению, металлические черенки ложки и вилки были ровно перерезаны посередине, словно они были сделаны из воска!

— Это кремниевый материал, созданный с помощью технологии молекулярного упорядочивания. Толщина его лезвия составляет всего несколько молекул. Это самый острый меч в мире.

Я осторожно принял из её рук брошь и внимательно осмотрел её на свету, обнаружив, что остриё маленького меча почти прозрачно.

— Носить такую штуку слишком опасно!

— Мне нравится это чувство. Подобно тому, как инуиты любят холод, такие вещи заставляют мысли работать на высокой скорости и пробуждают вдохновение.

— Инуиты не любят холод, у них просто нет выбора. Ты… ты действительно особенная.

Она кивнула:

— Я и сама это чувствую.

— Тебе нравится оружие, нравится опасность. А как насчёт войны? Она тебе нравится?

— Судя по нынешней ситуации, война — это уже не вопрос того, нравится она нам или нет, — она снова умело уклонилась от моего вопроса. Я понимал, что она и не думала открывать мне душу, и, возможно, этот день никогда не настанет.

Но мы хорошо ладили, и нам было о чём поговорить. Мысли Линь Юнь были остры, как тот маленький меч, они часто заставляли меня холодеть от неожиданности, а её спокойствие и рассудительность были такими, каких я никогда не встречал у других женщин.

Однако она никогда не раскрывала мне подробностей о своей семье. Стоило затронуть эту тему, как она осторожно переводила разговор на другое. Я знал лишь то, что её родители были военными.

Незаметно наступило два часа ночи. Свечи в канделябре на нашем столе почти догорели, и в ресторане остались только мы. Подошёл официант и спросил, какую ещё мелодию мы хотели бы услышать — очевидно, это был вежливый намёк на то, что пора уходить.

Я попытался вспомнить что-нибудь пореже, в надежде, что если бы пианист не смог это сыграть, то мы, возможно, задержались бы подольше.

— Отрывок из сюиты «Тысяча и одна ночь», описывающий плавание Синдбада. Я забыл название.

Официант неловко покачал головой и попросил нас выбрать что-то другое.

Линь Юнь сказала официанту:

— Пусть будет «Времена года». — А затем повернулась ко мне: — Тебе наверняка понравится «Лето», это сезон гроз и молний.

Мы продолжили беседу под мелодию «Времён года», и тема разговора стала намного легче, чем прежде. Она сказала:

— Теперь я уверена, что ты никогда не разговаривал с самой красивой девушкой в своём классе.

— Разговаривал, — я вспомнил ту ночь в библиотеке и первую красавицу класса, которая спрашивала, что я ищу, но, как ни старался, не смог вспомнить её имени.

Когда «Времена года» дозвучали, и наконец пришло время уходить, Линь Юнь с улыбкой попросила меня подождать:

— Я сыграю для тебя ту мелодию из «Тысячи и одной ночи».

Она села за рояль, и музыка Корсакова, сопровождавшая меня в бесчисленные одинокие ночи, поплыла, точно весенний ночной ветерок. Глядя, как её длинные и гибкие пальцы порхают по клавишам, я вдруг подумал, что выбрал эту мелодию потому, что здесь было словно в гавани. Прекрасный майор Линь языком музыки рассказывала мне о странствиях Синдбада, о свирепых штормах и тихом океане, о принцессах, феях, чудовищах и драгоценных камнях, о пальмах и песчаных пляжах в лучах заходящего солнца.

На столе передо мной, в свете догорающих свечей, безмолвно лежал её меч — самый острый в мире.

Добавить в закладки (0)
Please login to bookmark Close

Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.

Подписаться
Уведомить о
0 комментариев
Старые
Новые Популярные
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Закрыть
Asian Webnovels © Copyright 2023-2026
Закрыть

Вы не можете скопировать содержимое этой страницы