Сян Ань смущенно покосился на атаманшу:
— А я… когда увидел, что Ба-е умерла, подумал: на кой черт мне эта жизнь сдалась?..
— Премного благодарна за преданность, — усмехнулась девушка.
— Ба-е, живи долго! Я готов быть твоим вечным запасным аэродромом! — расплылся парень.
Дяо Чжо смерил наглеца таким ледяным взглядом, что тот мгновенно притих.
— Но как ты вырвался из этого капкана, Дяо Чжо?! — спросил Гэ Минлян.
— Благодаря ему, — капитан указал на стонущего бандита со змеиной наколкой. — Парень съел смертельную дозу поганки Ба Юнье. Но монстры его не трогали, и сам он их в упор не видел! Токсин поганки заблокировал рецепторы, восприимчивые к паралитическому газу могильных грибов. В его глазах поляна была пуста! Это доказало мне: чудовища существуют лишь в наших отравленных головах!
Спасатели изумленно переглядывались.
— А почему мы все видели одинаковых монстров?! — не унималась проводница.
— Мы находились в одном психоэмоциональном поле, подстегнутые легендами о погибшей дивизии и видом старых костей, — объяснил капитан. — Но образы все же различались: Сян Ань и Гэ Минлян видели японских солдат, Тань Линь — глиняных истуканов, Сяо Хоу — оживших мертвецов в полицейской форме. А мы с тобой, Ба-е, увидели бесформенные гниющие трупы без лиц, потому что нашими руками хоронили останки Цзоу Кайгуя в сопках. Наш страх вытащил наружу самое жуткое воспоминание памяти.
Ба Юнье хмыкнула:
— Выходит, доблестные сыщики до смерти боятся призраков самураев?
Гэ Минлян сконфуженно кашлянул:
— Разговорчики в строю! Главное — откуда взялся этот ядовитый газ?! Природный источник или рукотворная диверсия?!
Дяо Чжо обернулся к бескрайней поляне, плотно заросшей белесыми «могильными грибами». Спасатели проследили за его взглядом: наемники лежали вповалку, кое-кто еще подергивался в судорогах. А на ветвях деревьев за грибными зарослями темнели глазницы десятков черепов — хотя глаз давно не осталось, казалось, истлевшие останки неотрывно следят за живыми.
— Я предполагаю, что токсичность этого природного газа куда ниже, чем у смертоносных поганок, да и распадается он в организме достаточно быстро, — пояснил капитан, поправляя респиратор. — Вся его сила — в непрерывном вдыхании. Стоит дать человеку чистый кислород и отфильтровать воздух, как рассудок возвращается в считанные минуты. Значит, источник яда должен постоянно удерживать жертву в зоне поражения, чтобы довести дело до конца.
Пока Дяо Чжо говорил, все бойцы отряда «Бэйдоу» и сыщики окончательно пришли в себя, намертво прижимая маски к лицам из страха снова провалиться в дурман.
— Судя по твоим словам, газ имеет природное происхождение? — спросил Гэ Минлян.
Ба Юнье вздрогнула, указав пальцем на заросли:
— Это все они?!
— Именно, — твердо кивнул капитан. — Сами грибы.
— Твою мать! Да я спалю эту гадость дотла!! — вскипела атаманша. Сжав кулаки, она принялась оглядываться по сторонам в поисках канистры с бензином, совершенно забыв, что они находятся в реликтовом лесу.
Сяо Хоу, сидевший на мху и перевязывавший раненую ногу, усмехнулся:
— Эй, грозиться поджогом тайги в присутствии двоих сотрудников полиции — не самая удачная идея, а?
Ба Юнье поперхнулась воздухом и неловко опустила руки.
Сян Ань почесал затылок:
— Может, это защитный механизм грибов? Вдруг они на вкус сладкие, как трюфели, и чтобы их не сожрали олени, они выпускают дурман, сводя всех с ума?
Да Цинь фыркнул, поморщившись от боли в плече:
— Какой еще защитный механизм… Жрать ты просто хочешь, вот и фантазируешь.
— Они защищаются не от едоков. Они сами едят людей, — тихо, но веско произнес Дяо Чжо, и на поляне снова повеяло могильным холодом.
— В каком смысле? — нахмурился Гэ Минлян.
— Вспомните: мы дважды копали землю под могильными грибами. Что мы нашли?
Ба Юнье щелкнула пальцами:
— Японские скелеты! Ты хочешь сказать, что эти грибы растут исключительно на трупах?! Они одурманивают любое живое существо, валят с ног и высасывают соки из разлагающейся плоти?!
Дяо Чжо показал ей большой палец, но тут же добавил:
— Почти так. Но не совсем.
Проводница шутливо замахнулась кулаком:
— А ну говори, в чем я ошиблась! Хоть на полслова соврешь — пеняй на себя!
— Мастер Ба всегда права, — улыбнулся капитан уголком губ, смягчая ее боевой пыл. — Ты просто упустила одну важную деталь.
— Какую еще деталь?
— Японские солдаты погибли здесь более семидесяти лет назад. Грибница не может непрерывно плодоносить на одном и том же остове три четверти века. Когда мы откапывали скелеты, рядом неизменно лежали свежие трупы: в первый раз — заяц, во второй — ядовитая змея. Питание грибы получают от недавней падали, а кости японцев просто служили плотной минеральной основой на дне воронки.
Ба Юнье задумчиво потерла подбородок:
— Звучит логично… Ладно, живи пока, кремень.
Сян Ань с брезгливостью покосился на ковер серых шляпок:
— Выходит, эти поганки собирались пустить нас на удобрения?!
— Именно, — подтвердил Дяо Чжо. — И ложная связь на экранах телефонов — тоже часть наведенного морока. Чем ближе мы подходили к грибнице, тем сильнее становилась концентрация спор. Я спросил тебя, ответили ли спасатели, и ты на полном серьезе уверял, будто за нами высылают вертолет!
Сян Ань виновато потупился:
— В самом деле… Какая вертушка в сплошном тумане среди шестидесятиметровых баньянов?! Да и бандиты с автоматами сбили бы ее на подлете. Короче, слуховая галлюцинация чистой воды!
— Здесь самая крупная грибница в ущелье, — подвел итог Дяо Чжо. — Концентрация газа достигла пика, поэтому морок сработал по максимуму. Сначала — исполнение заветных желаний: мираж Лун-гэ, сигнал сотовой сети, спасительный звонок. А затем яд подавил волю к жизни, погрузив тело в оцепенение кататонии. Не очнись мы вовремя — через сутки на наших телах буйно цвели бы эти самые могильные грибы.
Ба Юнье зябко передернула плечами:
— Какая подлая тварь… Паразитировать на чужой боли и страхе! Хотя… если подумать, грибы ни в чем не виноваты. Это их дикий первобытный мир, мы сами сюда вперлись без спроса. Да и японских захватчиков они положили без единого выстрела — чистые герои антияпонского сопротивления! Надо переименовать их в «антияпонские грибы»!
Дяо Чжо тепло огладил ее макушку, но тут его взгляд зацепился за лежавшее в отдалении тело. Это был А Шуй. Точнее — Хэма.
Кислородная маска валялась в стороне, губы парня посинели, а на круглой щеке красовался четкий отпечаток рифленой подошвы 37-го размера.
Чьих это рук дело, гадать не приходилось.
Капитан в два шага подскочил к толстяку, натянул маску и включил подачу кислорода.
Ба Юнье демонстративно засунула руки в карманы штурмовки, отчеканив ледяным тоном:
— Зачем ты его откачиваешь?! Он человек профессора Хэ Чжэнжэня!
Дяо Чжо вспомнил их тайный разговор в овраге и не убрал маску. Ба Юнье закипала:
— А Шуй оказался Хэма! Всю дорогу кутался в тряпки, слова боялся пикнуть! Он украл термос Чжан Чэньгуана и слил координаты профессору! Он засланный казачок!!
— Успокойся, — Дяо Чжо поднялся на ноги, заглянув ей в глаза: — Ты веришь мне?
В овраге А Шуй задал капитану ровно тот же вопрос: «Ты считаешь себя мужчиной, которому женщина может доверить жизнь?»
Ба Юнье сердито фыркнула:
— Ты мне не Господь Бог, чтоб на слово верить!
Но в глубине души верила ему безраздельно.
— Если веришь — дождись, пока он очнется. Он сам все расскажет, — мягко произнес капитан.
Девушка шумно выдохнула, опуская напряженные плечи:
— У него что… семья в заложниках у профессора?
— Нет.
— Только не говори, что он тоже тайный агент полиции!
— Похож он на опера?
— Ни капли, — Ба Юнье пнула толстяка носком ботинка: — Гад… Он еще и стельки-подпятники в ботинки сунул, чтоб казаться выше! То-то я смотрю — походка деревянная!
Дяо Чжо внезапно привлек ее к себе, крепко обняв. В кольце его сильных рук бешеное напряжение последних суток наконец отпустило атаманшу.
Вскоре вернулись спасатели: окрестности были пусты. Живого Лун-гэ и свежих зарубок поблизости не нашлось.
Ресурсы группы были на исходе: фильтры респираторов забивались, оставаться в ядовитой котловине дольше часа грозило гибелью. Приняли тяжелое решение — отступать назад к выходу из каньона.
Гэ Минлян забрал у спящих наемников табельные пистолеты. Спасатели подняли на самодельные носилки бесчувственного Хэма и тронулись в путь.
Внезапно Дяо Чжо замер, оглянувшись на поляну:
— Стойте.
Все напряглись. Капитан выхватил саперную лопатку:
— Надо раскопать эти могильные грибы.
Гэ Минлян кивнул:
— Разумно. Изрубить грибницу в кашу, чтоб газ рассеялся.
— Я не о том, — покачал головой Дяо Чжо. — В самом центре грибница неестественно густая. Я думаю… Лун-гэ прямо под ней.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
