У входа в ресторан Линь Чжися столкнулась с Ло Ин и Мэн Ляньсы — Мэн Ляньсы тоже окончила Первую провинциальную среднюю школу и в своё время была знаменитой на всю школу первой красавицей и отличницей.
Обе красавицы, старшие сокурсницы, обладали холодным обаянием, а их длинные волосы развевались на ветру. Они шли под руку, и это зрелище несказанно радовало глаз.
Линь Чжися поздоровалась:
— Старшая сокурсница, учитель Мэн!
Мэн Ляньсы с улыбкой спросила:
— У вас встреча одноклассников?
— Да, — ответила Линь Чжися. — А у вас?
— А мы уже поели, — сказала Ло Ин.
В левом ухе Ло Ин поблёскивала серебряная серьга в виде розы, а точно такая же висела в правом ухе Мэн Ляньсы — Линь Чжися это заметила. Она предположила, что отношения двух девушек стали весьма стабильными, и невольно порадовалась за них.
После того как они разошлись, Линь Чжися направилась прямиком в отдельный кабинет ресторана. Стоило ей войти, как все закричали:
— Староста Линь!
Линь Чжися обвела всех взглядом. Она увидела многих одноклассников по средней школе. Их облик немного изменился, но были и те, кто остался прежним, например, Цзинь Байхуэй. Цзинь Байхуэй всё так же носила короткую стрижку, была одета в футболку и спортивные штаны, а на носу у неё красовались очки в красной оправе.
Линь Чжися дружелюбно помахала ей рукой.
Цзинь Байхуэй и глазом не повела.
«Годы почти не оставили на ней следа», — подумала Линь Чжися.
Цзян Юйбай приобнял Линь Чжися за талию и подвёл к круглому столу. Она тут же села. Одноклассники всё ещё называли друг друга школьными прозвищами, а один парень громко заявил:
— Я ещё в школе говорил, что Цзян Юйбай и Линь Чжися — пара, а Дуань Циянь и Тан Тинтин — пара, но вы мне не верили! Видите? Время всё доказало!
— Мы встречаемся, потому что нам так хочется, — вставила Тан Тинтин. — А ты? Где твоя девушка?
— Вот именно! — поддакнул Дуань Циянь.
Тот парень будто получил удар мечом в сердце.
Линь Чжися просматривала меню. Она тихо спросила Цзян Юйбая:
— Этот ресторан ведь открыла твоя мама?
Цзян Юйбай порекомендовал ей несколько блюд. Его пальцы лежали на меню, и Линь Чжися накрыла его ногти подушечками своих пальцев. Он передвигал руку, и она следовала за ним. Это продолжалось меньше десяти секунд, после чего он перехватил её за запястье и прижал её руку к своему колену.
Скатерть скрывала все его движения.
Одноклассники продолжали произносить тосты.
Один из них поднял стакан и с серьёзным видом произнёс:
— Староста Линь, когда ты училась в нашем классе, ты отвечала на любые вопросы, а теперь, став профессором в университете, наверняка относишься к студентам просто чудесно! Давай я от имени всех студентов выпью за тебя стакан колы!
Линь Чжися улыбнулась:
— Не стоит церемониться, мы же старые друзья.
Тот одноклассник залпом выпил полный стакан колы, и все захлопали и одобрительно закричали.
Он, не говоря ни слова, снова наполнил стакан и повернулся к Цзян Юйбаю:
— Староста Цзян, когда староста Линь уезжала на олимпиады, ты становился исполняющим обязанности старосты…
Дуань Циянь вмешался:
— Вспомнил! Староста Цзян, ты мне тогда здорово помог, спасибо. Нет, сейчас мне нужно называть тебя гендиректор Цзян. Гендиректор Цзян!
Цзян Юйбай наполнил свой стакан минеральной водой. Держа стакан, он обменялся с Дуань Циянем любезностями:
— Учитель — это лучшая профессия в мире. Учитель Дуань стал преподавателем, но остался таким же вежливым.
Дуань Циянь любил апельсиновый сок. Стаканом сока он выразил благодарность Цзян Юйбаю, а все вокруг начали подначивать:
— До дна, до дна! Гендиректор Цзян, староста Линь, учитель Дуань!
На лице Тан Тинтин отразилось недовольство:
— Наконец-то собрались вместе, к чему эти застольные традиции? Пейте столько, сколько сможете.
Дуань Циянь запрокинул голову и осушил полстакана апельсинового сока. Вытерев рот, он признал:
— Вкус апельсина довольно насыщенный.
Повсюду слышался смех, а Цзян Юйбай продолжал спокойно есть. Распробував вкусный рыбный шарик, он зачерпнул ложку и положил Линь Чжися. Она подставила свою чашку, ожидая кормления. Уголки его губ слегка приподнялись, а боковым зрением он заметил, что кто-то на него смотрит.
Цзян Юйбай повернул голову и встретился взглядом с Шэнь Фусюанем.
Шэнь Фусюань облегчённо улыбнулся и поднял в его сторону бокал.
После обеда многие одноклассники разошлись.
Дуань Циянь попрощался с Шэнь Фусюанем и повёл Тан Тинтин на территорию Первой провинциальной средней школы.
Сейчас Дуань Циянь был классным руководителем в одном из олимпиадных классов в десятом классе.
В олимпиадных классах правила были очень строгими: ученикам категорически запрещалось заводить романы. Дуань Циянь часто патрулировал школьную рощу, отлавливая и отчитывая тех, кто осмеливался ходить на свидания. Тан Тинтин никогда не видела подобных сцен, поэтому Дуань Циянь привёл её «поучиться».
— Разбиваешь влюблённые пары, — поддела его Тан Тинтин.
Он вздохнул:
— В олимпиадном классе действительно нет времени на свидания, ты и сама знаешь.
Тан Тинтин кивнула:
— Точно. Если бы мы начали встречаться тогда, то точно бы расстались.
Они как раз прошли мимо Тань Цяньчэ.
Тань Цяньчэ в одиночестве бродил по знакомому с юности кампусу.
Мимо пробегали подростки в школьной форме, их смех и крики раздавались по всему коридору.
Он проходил мимо новых учебных корпусов, и в стеклянных окнах отражался его силуэт. Он заметил у себя несколько седых волосков — ему было всего около тридцати, он ещё молод, а седина уже появилась.
Он поднял голову и посмотрел в небо.
На самом деле, у Тань Цяньчэ тоже была отличная память.
Стоило ему закрыть глаза, как он вспоминал просторную спортивную площадку, солнечный свет за окном класса, зелёную бамбуковую рощу у лабораторного корпуса… Для него это были события шестнадцатилетней давности.
Шестнадцать лет назад.
Он отогнал лишние мысли и пересёк стадион.
На пустыре в углу стадиона гуляли Линь Чжися и Цзян Юйбай.
Линь Чжися за обедом съела слишком много и теперь хотела немного размяться. Проходя мимо зоны с турниками, она вдруг предалась воспоминаниям.
В своё время Цзян Юйбай стоял здесь и говорил ей, что нужно смело идти вперёд.
В детстве Линь Чжися была очень робкой, и Цзян Юйбай придал ей храбрости. Прошло столько лет, их связь стала ещё крепче, и Цзян Юйбай оставался самым важным объектом для наблюдений в её «Дневнике наблюдений за людьми».
«Постоянный объект», — подумала она.
(Конец сетевой версии бонусных глав)
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
