Юнь Ли тщательно обдумывала: с Сюй Цинсуном она знакома мало, так что с большой вероятностью её определят в одну группу с Фу Чжэнчу.
Воспользовавшись тем, что остальные скачивали игру, она подсела к Фу Шицзэ и, понизив голос, спросила:
— Чуци сказала, что хочет быть в одной группе с Ся Ся, можно мне потом не быть с Фу Чжэнчу?
Нельзя было допустить, чтобы он догадался о её желании оказаться именно с ним.
Юнь Ли могла лишь мысленно извиниться перед Фу Чжэнчу и заставить себя солгать:
— Кажется, я нравлюсь Фу Чжэнчу…
Эту причину Юнь Ли тщательно взвесила. С её помощью можно было объяснить, почему она не стала пить принесённый Фу Чжэнчу напиток, почему не захотела сидеть с ним в кабинке, а предпочла место рядом с Фу Шицзэ, и почему сейчас не хотела быть с ним в одной группе.
Но в ушах Фу Шицзэ эти слова прозвучали как-то странно и даже нелепо.
Он хорошо знал Фу Чжэнчу и никогда не думал о нём в таком ключе; к тому же Фу Чжэнчу с самого детства любил девушку по имени Сан Чжи и, даже сменив несколько пассий, так и не смог её забыть.
Вспомнив, как Фу Чжэнчу несколько раз хвалил красоту Юнь Ли и как в прошлый раз, будучи пьяным, перед самым уходом бросился к ней, Фу Шицзэ признал: такие поступки действительно легко могли привести к недопониманию.
У Фу Шицзэ не было интереса обсуждать с Юнь Ли эти сплетни о племяннике, он лишь решил при случае напомнить Фу Чжэнчу, чтобы тот следил за своим поведением.
Программа скачалась, и компания переместилась за длинный стол. В приложении было больше десятка игр на двоих, где нужно было вдвоём управлять одним экраном, сидя друг напротив друга. Игры по большей части были простыми — например, соревнование на скорость счёта.
Когда все рассаживались, Фу Чжэнчу только собрался сесть напротив Юнь Ли, как его легонько подтолкнул подошедший к столу Фу Шицзэ.
— Подвинься.
Фу Чжэнчу не понял почему, но, поскольку во время игры в кости он выпил лишнего, сейчас мог лишь пассивно подчиниться и отсесть в сторону.
Фу Шицзэ сел напротив Юнь Ли. Его взгляд утратил привычную остроту и холодность, глаза словно подёрнулись влажной дымкой. Он постучал по экрану телефона и хрипло произнёс:
— Начинай.
Юнь Ли послушно открыла игровое приложение. Экран разделился пополам, каждый управлял своей частью. Первой игрой был арифметический счёт.
С самого начала игры Юнь Ли оказалась в положении жертвы, которую Фу Шицзэ безжалостно громил. Сидевшие рядом Фу Чжэнчу и Сюй Цинсун сражались на равных, и Юнь Ли уже несколько раз слышала от Фу Чжэнчу возгласы удивления.
Она начала жалеть, что сама напросилась в пару к Фу Шицзэ.
Не сочтёт ли он её глупой в самом начале её попыток сблизиться?
Успеваемость у неё была не самой блестящей, но и вполне достойной, да и к тому же — это ведь просто счёт! Неужели в обычном счёте может быть такой огромный разрыв?
Поиграв немного, Фу Шицзэ опёрся локтем о стол, подпирая щёку, и лениво нажимал на экран другой рукой.
Только Юнь Ли ввела ответ, как на другой стороне экрана уже объявили о победе. Они сыграли уже несколько десятков партий, и она не выиграла ни одной.
Настроение окончательно испортилось:
— Ты не мог бы мне хоть немного поддаться?
Фу Шицзэ на мгновение замер. Прежняя небрежность исчезла, теперь он сосредоточился и в каждой следующей партии ждал, пока Юнь Ли выиграет, прежде чем сделать ход.
Одержав несколько побед подряд, Юнь Ли почувствовала себя униженной и медленно проговорила:
— Фу Шицзэ, оставь мне хоть каплю достоинства.
После того как они переиграли почти во все мини-игры и прошёл уже час с лишним, Фу Чжэнчу спросил Юнь Ли, не подкатывала ли к Фу Шицзэ какая-то женщина.
Она честно всё рассказала.
Фу Чжэнчу, который был уже изрядно пьян, скривил губы:
— Самоуверенная особа. Деньги дяди Сяся могут тратить только младшие в семье. — Осознав, что это не относится к двум другим присутствующим, он добавил: — Юнь Ли-цзецзе тоже может их тратить.
Дэн Чуци это показалось забавным:
— А почему не скажешь, что и я могу? Ты что, меня дискриминируешь?
Фу Чжэнчу посмотрел на Дэн Чуци, потом на Юнь Ли и серьёзно произнёс:
— Юнь Ли-цзецзе такая красивая, если бы она отрастила длинные волосы… — Он не успел договорить: арахис прилетел ему прямо в голову.
Не успел он понять, откуда прилетело, как увидел, что Фу Шицзэ прижал его голову рукой, взъерошил волосы и негромко сказал:
— Веди себя скромнее.
Сказав это, он предоставил остальным развлекаться самим, а сам встал и вышел за дверь.
За столом Фу Чжэнчу уже окончательно опьянел и спал, откинувшись на спинку стула. Ся Цуншэн и Дэн Чуци были более стойкими к алкоголю и обсуждали дела компании.
Прождав Фу Шицзэ на том же месте долгое время и не дождавшись его возвращения, Юнь Ли встала и под предлогом похода в уборную выскользнула через заднюю дверь.
Начало осени. Прохладный ветерок гулял по улицам и переулкам, Наньу наполнился тонким ароматом османтуса.
Вдоль дороги мелькали силуэты прохожих. Юнь Ли плотнее запахнула куртку и огляделась по сторонам, но Фу Шицзэ нигде не было видно. Обхватив себя руками, она пошла вперёд; в этот час бары вдоль пути сияли огнями.
Дойдя до моста, она покружила вокруг, но никого не нашла. На противоположной стороне моста не горело ни одного фонаря.
Поколебавшись, Юнь Ли развернулась, чтобы идти назад.
— Юнь Лили.
Не успела она сделать и пары шагов, как вдруг услышала голос Фу Шицзэ. Юнь Ли не сразу сообразила, что происходит, обернулась и только тогда заметила под деревом слабый красный огонёк.
Фу Шицзэ вышел из тени.
Юнь Ли посмотрела на землю: хоть было и не очень отчётливо видно, там уже скопилась целая россыпь окурков.
Она не знала, когда он её заметил, и в недоумении спросила:
— Ты всё время был здесь?
— Угу.
Юнь Ли не могла в это поверить:
— Как же я тебя не увидела?
Фу Шицзэ был без куртки, в одной лишь тонкой рубашке, но, казалось, совсем не чувствовал холода.
Он наступил на окурок, туша его, и спросил в ответ:
— Ты меня искала?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
