Помолчав, она добавила:
— И на тебя накину.
Фу Шицзэ ничего не ответил, лишь небрежно застегнул пару пуговиц на куртке.
Они шли по дорожке университетского городка. Юнь Ли вдруг почувствовала, насколько удивительна эта сцена, и осторожно спросила:
— Как ты здесь оказался?
Фу Шицзэ повернул голову и взглянул на неё:
— Ты прислала мне сообщение с просьбой о помощи.
Юнь Ли поняла, что речь о тех новостях про происшествия в лифтах, которые она скидывала. Смутившись, она проговорила:
— Это не была просьба о помощи. Я застряла и хотела, чтобы ты меня утешил, а не чтобы ты специально сюда ехал. К тому же в итоге пришла охрана.
Фу Шицзэ ответил:
— Я сходил за ними в главный корпус.
Это значило, что если бы он не пришёл, охрана бы тоже не появилась. Ей бы пришлось и дальше сидеть взаперти, так что Фу Шицзэ действительно её выручил.
Продолжать спорить было бы верхом неблагодарности. Юнь Ли посмотрела на него:
— Тогда в знак благодарности я угощу тебя поздним ужином.
Фу Шицзэ взглянул на неё:
— Нет, на улице холодно.
Юнь Ли не сдавалась:
— Тогда зайдём в какое-нибудь заведение с кондиционером?
— Там душно.
Юнь Ли не отступала:
— А если купить еду навынос?
Фу Шицзэ ответил:
— Хлопотно потом прибираться.
Юнь Ли продолжила настаивать:
— А если я у тебя приберусь?
Фу Шицзэ посмотрел на неё и ничего не сказал.
Подойдя к машине, Фу Шицзэ открыл дверцу переднего пассажирского сиденья и спросил:
— В общежитие или в Цилисянду?
Юнь Ли села вперёд:
— В Цилисянду.
Когда Фу Шицзэ сел в машину, Юнь Ли придвинулась к нему и, поджав губы, с улыбкой спросила:
— Ты меня отвезёшь?
Фу Шицзэ спросил:
— А что?
— Ничего, — Юнь Ли откинулась на спинку сиденья и добавила: — Как же хорошо.
Доставив Юнь Ли в Цилисянду, он поехал в Бэйшань Фэнлинь. По дороге телефон дважды пискнул. Остановившись на светофоре, Фу Шицзэ разблокировал экран — сообщение от Юнь Ли.
«Ты уже дома?»
Он невольно ответил: «Ещё нет».
Машина медленно двигалась по дороге. Фу Шицзэ вспомнил недавнюю сцену: она, раскрасневшаяся, повязывает ему шарф, и её пальцы, кажется, на миг коснулись его щёки.
Он едва не проехал на красный.
Потеряв покой, Фу Шицзэ припарковался у обочины. Шарф мягко лежал на шее. Он коснулся его — пушистый на ощупь, сохранивший едва уловимый цветочно-фруктовый аромат.
Он открыл кошелёк и достал из отделения для карт бумажную луну, которую Юнь Ли подарила ему в Сифу.
— Когда я вижу тебя, мне кажется, будто я вижу луну.
Он провёл по ней подушечкой пальца. В груди на мгновение разлилось тепло, но оно быстро угасло, оставив после себя лишь трудновосполнимую пустоту.
Он открыл платформу «Е», и прежде чем он успел набрать хоть слово, в строке истории поиска сразу высветилось: Сянь Юнь Дида Цзян.
Опустив стекло, Фу Шицзэ закурил и пролистал публикации Юнь Ли до самой первой, сделанной в две тысячи двенадцатом году. Тогда она только поступила в университет; в её по-детски искренней улыбке сквозило волнение. Говорила она медленно, иногда опуская взгляд к сценарию.
С голых деревьев опадали последние листья, свистел ранний зимний ветер.
Из дома звонили несколько раз, но Фу Шицзэ отвечал коротко, просто сказав, что вернулся в Цзяннаньюань.
Прошло три часа. Когда началось последнее видео, он нажал на паузу, не отрывая взгляда от лица на экране.
Пока экран не погас.
Фу Шицзэ потушил сигарету и обречённо усмехнулся:
— Ты точно сошёл с ума.
Приближался срок сдачи рекламных материалов для EAW, поэтому все выходные Юнь Ли планировала просидеть в квартире за монтажом видео. В субботу рано утром позвонил Юнь Е и приглушённым голосом спросил:
— Юнь Ли, ты передала подарок?
Вспомнив об этом, Юнь Ли оторвалась от работы:
— Сначала я хочу кое-что спросить. У вас это взаимно?
— Мы… мы просто друзья, — неуверенно ответил Юнь Е.
— О, похоже, молодец к ней со всей душой, а девица — спиной, — поддразнила Юнь Ли. — В её имени тоже есть иероглиф «Юнь». Если ты станешь зятем-примаком, сможешь добавить её фамилию перед своим именем.
Юнь Е: — …
У Юнь Е не было настроения спорить, поэтому он решил пойти на попятную и заговорил вкрадчиво:
— Цзецзе, можешь завтра передать? Я ещё раз скину тебе её номер телефона и адрес.
— Угу, — Юнь Ли понимала душевные порывы брата, но, чтобы избежать гнева Юнь Юнчана, если всё вскроется, поспешила откреститься: — Юнь Е, я не одобряю ранние отношения, это мешает учёбе.
Юнь Е возмутился:
— Я могу сделать как ты: поступить в университет и только потом начать встречаться.
Юнь Ли почувствовала укол в самое сердце:
— Говори о себе и не приплетай меня. В любом случае, не смей забрасывать учёбу.
Юнь Е на мгновение замолчал:
— Инь Юньи учится очень хорошо. Она наверняка поступит в Сикэда.
Юнь Ли не придала значения его словам и из любопытства потребовала:
— Фото. — Предвидя отказ, она пригрозила: — Не покажешь — не будет подарка.
Юнь Е возмутился:
— Почему ты не держишь слово?
Юнь Ли ответила безразличным тоном:
— Я всегда такая. Ты что, первый день меня знаешь?
Делать нечего, и Юнь Е отправил Юнь Ли фотографию. Снимок был сделан сбоку, в коридоре: высокая девушка с волосами, собранными в пучок, и овальным лицом оборачивается и кому-то улыбается. Юнь Ли не ожидала, что Юнь Е нравятся такие, и присмотрелась внимательнее:
— Ракурс такой, будто снято исподтишка. Не думала, что мой диди — тоже извращенец.
Юнь Е сердито огрызнулся:
— Можно подумать, ты сама никогда не снимала втайне.
Юнь Ли усмехнулась, не отрицая:
— Поэтому я и сказала «тоже».
Юнь Ли не хотелось идти домой к незнакомым людям, да и звонить им желания не было, поэтому она написала Инь Юньи сообщение. Ответ пришёл мгновенно.
Инь Юньи сообщила Юнь Ли, что завтра у неё будут дополнительные занятия в районе площади Тяньци. В нескольких сообщениях она настояла на том, чтобы её гэгэ подвёз её к Юнь Ли, дабы той не пришлось ехать специально.
Площадь Тяньци была одним из крупнейших торговых центров Наньу, в получасе езды от Хайтянь Шанду.
Они договорились встретиться в воскресенье в шесть вечера в кафе на первом этаже Хайтянь Шанду. Наложив лёгкий макияж, Юнь Ли взяла подарок Юнь Е и вышла из дома.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
