Когда они вернулись домой, было уже начало восьмого. Фу Шицзэ открыл холодильник: Юнь Ли разложила всё по своим местам, так что продукты были как на ладони.
Он достал овощи и замороженные стейки.
Поняв его намерения, Юнь Ли некоторое время всматривалась в лицо Фу Шицзэ, казавшееся отрешённым от мирской суеты, и искренне спросила:
— Ты умеешь готовить?
Фу Шицзэ не ответил.
Юнь Ли тоже поднялась, собираясь усадить Фу Шицзэ обратно на диван:
— Давай лучше я приготовлю.
Она с силой надавила ему на плечи, но поняла, что не может сдвинуть его с места.
Он направился на кухню и, задвинув за собой дверь, принялся за дело. Открыв на платформе E-zhan два старых видео Юнь Ли, он просмотрел их на ускоренной перемотке. Её объяснения были очень подробными, и Фу Шицзэ в точности повторил в памяти весь процесс.
На готовку ушло всего полчаса. Когда он подал всё на стол, Юнь Ли уставилась на повязанный на нём розовый фартук — тот был явно не по размеру и сидел на мужчине слишком тесно.
Глядя на его холодноватое лицо, Юнь Ли, сдерживая смех, достала телефон и открыла камеру.
Фу Шицзэ оставался беспристрастным:
— Что ты делаешь?
Звук на телефоне не был выключен, и в воздухе раздался отчётливый щелчок затвора.
Фу Шицзэ: «…»
Он уставился на неё, и от этого взгляда ей стало не по себе. Юнь Ли не решилась проказничать дальше и убрала телефон. Видя, как она струсила, Фу Шицзэ, не снимая фартука, отодвинул стул и сел.
— Покажи.
Он был немногословен.
Юнь Ли открыла только что сделанный снимок и протянула ему. На фото высокий мужчина с холодным выражением лица стоял в розовом фартуке, который был ему маловат. Из-за того, что ракурс был взят снизу вверх, его высокомерный вид и милый наряд странным образом гармонировали друг с другом.
Фу Шицзэ усмехнулся одними губами:
— Неплохо.
— Тогда я сделаю ещё один? — Она снова подняла телефон. — А может, сфотографируемся вместе? — сменила она тактику.
Фу Шицзэ больше не сопротивлялся и позволил ей приблизиться. Юнь Ли прильнула к нему. На экране его лицо выглядело суровым, и она подтолкнула его плечом:
— Улыбнись.
Выражение его лица ничуть не изменилось, но Юнь Ли не стала настаивать. Прижавшись щекой к его щеке, она отвела камеру подальше, чтобы в кадр попала и его одежда.
Он не обращал внимания на то, что она делает селфи, и, когда их щёки соприкоснулись, несколько раз тёрся о неё.
Она сделала несколько кадров подряд.
Ужин не занял много времени. Когда Фу Шицзэ закончил мыть посуду, они уселись на татами на балконе. Юнь Ли сама обустроила это место после того, как сняла квартиру. Сквозь окно была видна часть далёкого колеса обозрения.
В полночь отсюда должен был открыться вид на фейерверки города Наньу.
Они вместе посмотрели фильм, и время уже близилось к полуночи. Прислонившись к плечу Фу Шицзэ, они молча смотрели в окно.
Тишину нарушил звонок по видеосвязи. Звонил Юнь Е. Юнь Ли выпрямилась и ответила на вызов. Юноша был на улице в наушниках, на нём была лишь тонкая ветровка.
Юнь Е переключил камеру и показал Юнь Ли всё вокруг. Это было то самое место, где разрешали запускать фейерверки и куда они раньше часто ходили встречать Новый год. Вокруг него собралось немало людей.
— Я купил фейерверков, — сказал Юнь Е, глядя в камеру. — Так и быть, покажу тебе, считай, что встречаем Новый год вместе на расстоянии.
Она взглянула на Фу Шицзэ, тот, склонив голову набок, смотрел на неё.
Как же быстро она оказалась в затруднительном положении.
Заметив, как меняется выражение её лица, Юнь Е недовольно проворчал:
— Сама виновата, что не дала мне денег на билет на самолёт, чтобы я мог встретить праздник с тобой в Наньу.
— Если бы ты действительно прилетел в Наньу и смог встретить Новый год со мной, я бы телефон проглотила, — безжалостно отбрила его Юнь Ли. Юноша нахмурился и ничего не ответил. На экране на мгновение всё потемнело, а затем снова стало светло: Юнь Е уже поджёг два бенгальских огня в руках и помахал ими перед собой.
Юнь Е:
— Юнь Ли, эти фейерверки подорожали, теперь десять юаней за две штуки. Я сегодня накупил на шестьдесят, так что делим пополам. Быстро скидывай мне хунбао.
Время шло секунда за секундой, до полуночи оставалось всего две минуты. Юнь Ли, не медля, перевела ему сто юаней. Юнь Е принял их мгновенно и, увидев сумму, удивлённо хмыкнул, будто случилось нечто из ряда вон выходящее.
Юнь Ли:
— Перевела, а теперь мне пора встречать Новый год.
Юнь Е:
— ?
Юнь Ли:
— Пока-пока.
Юнь Е:
— …
Она тут же сбросила вызов. Фу Шицзэ, наблюдавший за их перепалкой со стороны, ничуть не обиделся:
— Могла бы и не отключаться от брата.
Юнь Ли бешено замотала головой. Это был их первый совместный Новый год. Разве в нём найдётся место для такого «третьего лишнего», как Юнь Е? В крайнем случае, она позже скинет ему ещё пару хунбао.
Фу Шицзэ ничего не сказал и притянул её в свои объятия. Юнь Ли только хотела что-то сказать, как за окном раздался непрекращающийся грохот фейерверков. В небо одна за другой взлетали искры, взрываясь и рассыпаясь разноцветными лучами.
Лента обновлений на сайте E-zhan в телефоне заполнилась сообщениями «С Новым годом!». Кто-то делился своими желаниями или планами на год, а кто-то — итогами прошедшего.
Юнь Ли легонько потрясла Фу Шицзэ за плечо:
— Есть ли у тебя какое-нибудь желание на этот год?
Фу Шицзэ лениво уронил голову ей на плечо:
— А у тебя?
— Моё желание… — Юнь Ли повернула голову к нему. — Я хочу, чтобы ты любил меня как можно дольше.
Фу Шицзэ тоже посмотрел на неё. Спустя долгое время он нежно коснулся её губ, и в этой нежности прозвучал его голос:
— Оно исполнится.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
