Здесь?
На кровати?
На кровати!!!!
Юнь Ли была не ребёнком, и в голове сами собой всплывали соответствующие картины. Она серьёзно обдумала этот вопрос: они вместе совсем недолго. Юнь Ли произнесла тоном, не терпящим возражений:
— Давай позовём гостей как-нибудь в другой раз.
— …
Фу Шицзэ уже закрыл глаза, но, услышав её слова, снова разомкнул веки и уткнулся лицом в её волосы:
— Не только гостей. В будущем я буду очень хорошо к тебе относиться.
Он обнимал девушку, но в голове раз за разом прокручивались сцены того, что с ней случилось — это вызывало невыразимое чувство удушья.
Сонливость была сильной, но Фу Шицзэ не мог уснуть. Он просто встал и пошёл в душ. Когда горячая вода омывала его тело, он вспомнил о подарке, который Фу Дуншэн специально купил для Юнь Ли.
Это было обычное дело: многие при первой встрече с родителями молодого человека получают от них подарок. Но именно этот случай заставил его осознать: из-за своего прошлого состояния ему было бы крайне трудно обеспечить Юнь Ли подобную, совершенно нормальную жизнь.
Он мог бы постоянно причинять ей боль и, по сути, ничем не отличался бы от того маньяка.
Выйдя из душа, Фу Шицзэ обнаружил, что забыл взять с собой одежду. Нахмурившись, он обернулся полотенцем.
Когда он вернулся в комнату, Юнь Ли всё ещё была там, внимательно разглядывая стоящий у изголовья кровати флакон с ароматизатором.
Он и забыл об этом.
— Ты уже помылся, а этот ароматизатор… — Юнь Ли обернулась и увидела его обнажённую грудь. Капли воды стекали с волос на тело и пол. Взгляд мужчины казался влажным, в его обычном равнодушии проглядывала мягкость.
— Того человека поймала полиция, я заодно забрал его, — невозмутимо ответил Фу Шицзэ, подошёл к шкафу и достал пижаму.
Юнь Ли долго не могла прийти в себя, уставившись на спину Фу Шицзэ. Капли воды блестели на его чересчур бледной коже. Он повернул голову, влажные пряди прилипли к щекам. Юнь Ли заворожённо наблюдала, как одна капля скатилась по шее к ключице, скользнула ниже по груди, по животу и исчезла под белым полотенцем.
— Ещё не насмотрелась? — спросил он, держа в руках пижаму, и в его голосе послышалось искушение. — Подойди поближе и посмотри.
Юнь Ли в растерянности закрыла глаза руками:
— Я сейчас уйду.
Сначала посмотрела, а потом закрыла глаза. Только она могла так поступить.
— Не нужно, — сказал он. Юнь Ли замерла на месте, лишь отвернувшись. Сзади послышался шорох переодевания.
Сердце Юнь Ли бешено колотилось. Вскоре он протянул ей полотенце и присел на край кровати.
— Поможешь мне вытереть волосы?
Юнь Ли пристроилась позади него. Сверху ей был виден его расстёгнутый ворот. Она медленно вытирала его волосы и, как подобает цзюньцзы, заметила:
— У тебя пуговица не застёгнута.
— Сегодня в пять часов семнадцать минут дня кто-то сказал, что хочет стать человеком, который знает меня лучше всех, — спокойно процитировал её слова Фу Шицзэ и притянул её руку к своему воротнику. — Теперь в этом нет нужды?
Юнь Ли была ещё спокойнее него и сзади застегнула его первую пуговицу.
Она продолжала бережно вытирать его волосы, её движения были очень нежными. Полотенце закрывало Фу Шицзэ обзор, но он чувствовал её тепло за спиной. В комнате воцарилась тишина, и недавнее волнение в миг сменилось уютным спокойствием.
Он опустил голову, взял её руку, поднёс к губам и поцеловал.
У Юнь Ли тоже было хорошее настроение. Закончив сушить его волосы, она указала на дроны:
— Это всё макеты?
— Нет, настоящие, — видя её интерес, он разрешающим тоном добавил: — Можешь взять поиграть.
Каждый из них выглядел довольно дорогим, поэтому Юнь Ли не решилась их трогать. Вспомнив, что видео с роботом пометили как юмористическое и теперь у неё появился тег «комедийный блогер», она спросила:
— Можно одолжить эти дроны, чтобы снять ролик? Возможно, мне понадобится твоя помощь.
— М-м, — Фу Шицзэ коснулся пальцем её нижней губы. — А вознаграждение будет?
Он действительно не упускал ни единой возможности. Юнь Ли смущённо пробормотала:
— Не факт, что мне вообще понадобится помощь.
Он слегка приподнял уголки губ, притворившись, что не слышал этих слов. Юнь Ли поняла намёк и, немного поборовшись с собой, добавила:
— Когда мой диди снимается, он не просит вознаграждения…
Фу Шицзэ не раз видел, как властно вела себя Юнь Ли в компании брата, и невольно заметил:
— Он просто не смеет просить. — Он сделал паузу. — Так будет вознаграждение?
Между ними уже было немало моментов близости, и Юнь Ли, прикинув, что ничего не теряет, небрежно согласилась:
— Ну ладно.
— Можно получить аванс? — он указал на свои губы. — Поцелуй сюда.
Провозившись так довольно долго, Юнь Ли вспомнила его недавние слова и попыталась защитить свой имидж:
— Я не так уж деспотична со своим диди.
Фу Шицзэ играл с её волосами:
— Ты не деспотична.
Вспомнив дневной разговор в больнице, когда Юнь Ли по нескольку раз переспрашивала, прежде чем задать вопрос — совсем не так, как с Юнь Е, — он почувствовал, что это несправедливо по отношению к ней. Помолчав немного, он произнёс:
— Лили, что бы ты ни сделала и что бы ни сказала, моя любовь к тебе от этого не изменится.
Юнь Ли подняла на него взгляд.
— Ты можешь быть со мной и подеспотичнее.
Его взгляд был спокойным и дарил Юнь Ли безграничную поддержку. Помедлив, она медленно спросила:
— Та студенческая карточка, о которой я спрашивала в прошлый раз… чья она?
Пальцы Фу Шицзэ, перебиравшие пряди её волос, замерли.
Атмосфера мгновенно словно оледенела.
Юнь Ли чутко почувствовала, что спросила о том, о чём не следовало.
— Моего друга детства, он умер, — его голос был абсолютно ровным. Он продолжил играть с её волосами, пытаясь отвлечься. — Поэтому я не очень хочу об этом говорить.
Услышав это, Юнь Ли и сама вся одеревенела. Она тут же выпрямилась и, запинаясь, проговорила:
— Прости, я не знала, мне не следовало…
— Лили, — Фу Шицзэ прервал её и сжал её руку. — Не нужно извиняться.
Он продолжил:
— Ты и так должна была об этом узнать.
Юнь Ли показалось, что она бестактно бередит его раны, и она замолчала, опустив голову. Его рука легла ей на макушку, успокаивающе погладив. После душа его ладонь казалась горячее, чем обычно.
А у Юнь Ли глаза наполнились слезами.
–
В незнакомой обстановке Юнь Ли никак не могла уснуть, она долго ворочалась. Она думала о проблемах своего характера: страхе перед общением с незнакомцами, нерешительности и чрезмерной чувствительности к словам и поступкам других людей.
Нельзя сказать, что это было плохо, в конце концов, она прожила так много лет. Вот только в большинстве случаев это не приводило ни к чему хорошему.
Особенно сегодня вечером.
Слёзы капали на подушку; ей казалось, что она ранила Фу Шицзэ.
Юнь Ли не стала долго тонуть в этом самобичевании и посреди ночи запустила прямую трансляцию.
Среди фанатов было немало «полуночников», и вскоре число зрителей выросло до нескольких сотен. Она выбрала несколько сообщений.
— Почему стрим посреди ночи? — Соскучилась по семье.
— Сянь Юнь сто лет не обновлялась. — Ну, раз меня называют Сянь Юнь, то когда-нибудь я всё же «перевернусь».
— Вы помирились с гэгэ из кофейни? — Мы встречаемся, не переживайте.
Эта фраза вызвала настоящую бурю. В чате посыпались сообщения: «А-а-а-а, жена ушла!». Юнь Ли это показалось забавным:
— Не волнуйтесь, стримерша пока ещё жена для своей семьи, — она сделала паузу. — А вот в будущем — не факт.
Не забыв о своей изначальной цели, Юнь Ли откашлялась:
— Семья, хочу попросить вас об одном одолжении…
— Стримерша хочет немного потренировать свои навыки общения, так что, семья, давайте просто поболтаем.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
