Тихая ночь таила в себе нарастающий гнев.
— Кто он такой?
— Мой коллега.
— Как долго вы встречаетесь?
— Месяц.
— Откуда он родом?
— Из Наньу…
Лицо Юнь Юнчана мгновенно помрачнело:
— Мало того что уехала в Наньу учиться, так ещё и замуж там собралась? В нашем Сифу мужчин не осталось?
Юнь Ли предвидела такой исход, поэтому мягко сказала:
— Де, ты можешь дать мне чуть больше свободы в личных отношениях…
— Какую ещё свободу! Если тебя в Наньу кто-нибудь обидит, нас рядом не будет — кто за тебя заступится? — Он, как и всегда, отрезал: — Вернёшься и сразу расстанешься с этим парнем. Тебе сколько лет-то? Если и искать кого, то в Сифу.
Эти слова больно кольнули Юнь Ли в самое сердце.
— Мне не нужно, чтобы за меня заступались, я сама могу себя защитить! — Гнев вскипел в ней.
Она не понимала: с самого детства она вела себя крайне осторожно и никогда не доставляла Юнь Юнчану хлопот, но он всё равно считал её беспомощной.
Почему родители всегда считают, что дети должны идти по намеченному ими пути?
— Я виделась с его родителями. Они очень разумные люди, оба — профессора в Сикэда.
Она надеялась, что это поможет Юнь Юнчану принять их, но эти слова лишь подлили масла в огонь. Он в ярости выкрикнул несколько ругательств и, громко хлопнув дверью, ушёл.
Юнь Ли с холодным лицом вернулась в комнату собирать вещи. Слова а-де эхом отдавались в голове, причиняя невыносимую боль.
— Ты ещё и втайне с его родителями виделась?
— Ты меня вообще ни во что не ставишь?
— Ты теперь считаешь, что у меня образование слишком низкое, и решила найти партию повыгоднее?
Юнь Юнчан повёл себя неразумно, и Юнь Ли не собиралась уступать, как раньше. Удачно совпало, что один из родственников праздновал первый день рождения ребёнка, и родители ушли помогать ещё спозаранку. Воспользовавшись их отсутствием, Юнь Ли вышла из дома с чемоданом. Подняв глаза, она увидела Юнь Е, который как раз выходил из своей комнаты.
Похоже, он только что умылся: волосы были взлохмачены, на кончиках блестели капли воды, а на щеке виднелся бледный след от подушки. Он сонно прищурился и спросил:
— Правда уезжаешь?
— Угу, — отозвалась Юнь Ли.
Юнь Е остался стоять на месте, засунув руки в карманы.
Коридор был узким, свет — тусклым. Высокий юноша с тёмными бровями был одет в просторную бейсбольную куртку.
Расставание всегда пробуждает странные чувства, а тишина и полумрак лишь сгущали атмосферу, придавая моменту особый смысл. В пустом доме Юнь Е сейчас казался кем-то иным. Взрослым проблемным ребёнком, оставшимся без присмотра.
Юнь Ли на мгновение замешкалась и заговорила тоном ворчливой сестры:
— А-де и а-нян вернутся только послезавтра вечером. Эти два дня ты будешь дома один, перекуси где-нибудь в городе.
Юнь Е посмотрел на неё:
— О.
Юнь Ли:
— Или закажи доставку.
Юнь Е:
— О.
Юнь Ли:
— На худой конец, сходи поесть к младшей тёте.
«…» Эти три коротких «о» прозвучали так, будто он был чем-то недоволен. Юнь Ли не понимала, в чём дело, но, проявив несвойственное ей терпение, спросила:
— Почему ты так отвечаешь? У тебя есть какие-то претензии к цзецзе?
— Нет, — ответил Юнь Е. — Просто чувствую себя так, будто наступили каникулы.
— ?
Юнь Е наклонил голову и медленно повторил:
— Перекусить в городе, заказать доставку, поесть у тёти… — Он сделал паузу и спросил: — Не находишь это удивительным?
Юнь Ли не поняла:
— О чём ты?
Юнь Е пожал плечами:
— Когда ты уезжаешь, мне хотя бы не придётся готовить.
Юнь Ли:
— …
Столкнувшись с такой явной иронией, Юнь Ли промолчала. Юнь Е взял её чемодан и направился к выходу. Юнь Ли и представить не могла, что две порции лапши быстрого приготовления, которые она заставила его сварить, вызовут в нём такую глубокую обиду.
Спустившись, Юнь Ли взглянула на телефон. Обернувшись к Юнь Е, который тащил чемодан, она сказала:
— Ну всё, я пошла. Возвращайся к урокам, до остановки тут пара шагов.
— На автобусе поедешь? — Юнь Е поставил чемодан. — Ты же с вещами.
— Он не тяжёлый.
— Неужели не устала? Я отвезу тебя в аэропорт.
— Как это ты меня отвезёшь? — Юнь Ли усмехнулась. — Поедешь со мной на автобусе?
— Да ну, — Юнь Е дерзко вскинул бровь и, достав из кармана ключи от машины, пару раз подбросил их на ладони. — Я поведу.
Эти слова могли бы растрогать. Но если бы только Юнь Е был совершеннолетним, Юнь Ли, пожалуй, растрогалась бы куда сильнее.
Она недоверчиво стукнула его по голове:
— И где ты опять раздобыл ключи от машины а-де?
Этого он не ожидал. Юнь Е нахмурился:
— На столе лежали.
— Вот и пускай бы они там лежали! — Юнь Ли не удержалась и стукнула его ещё раз. — Они что, сами тебе в руки просились? Зачем ты их взял?
— Может, перестанешь драться? — получив дважды, Юнь Е с трудом сдерживал гнев. — Я же умею водить.
Юнь Е не лгал. Их а-де, Юнь Юнчан, уже больше десяти лет работал инструктором в автошколе, и сын постоянно там ошивался. Насмотревшись на него за столько лет, он давно научился управлять машиной.
Всю дорогу до остановки Юнь Ли, пользуясь правом старшей сестры, вовсю читала Юнь Е нотации. Она пыталась втолковать ему, что в его возрасте позволительно, а что — нет. Юнь Е за всё время не проронил ни слова.
Когда они дошли до станции, Юнь Ли закончила свои нравоучения. Заметив его бесстрастное лицо, она невольно задумалась: а не перегнула ли палку? Юнь Ли вздохнула:
— Я не собиралась тебя ругать, просто беспокоюсь о твоей безопасности…
Не успела она договорить, как Юнь Е вдруг вскинул руку и остановил такси.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
