Лань Линъэ старательно всё запоминала. Она ещё не знала, что шисюн уже определил её в ряды садовников-новичков. Слушая его тёплый голос, она невольно вспоминала мать, которая всегда говорила так же мягко и ласково…
Виды на пике Сяоцюн были неплохими, но рассказывать было особо не о чем.
Ли Чаншоу дважды обошёл с новой шимэй окрестности соломенной хижины, наметил место для её собственного жилища, а затем призвал облако и, взойдя на него, полетел вместе с Лань Линъэ вглубь гор.
— Шисюн, а ты тоже можешь летать верхом на журавле? — не удержалась от вопроса Лань Линъэ.
— Хм, это под силу любому, кто владеет искусством управления предметами, — Ли Чаншоу легонько коснулся облака под ногами. Облако вдруг издало звонкий крик, и огромный белый журавль, расправив крылья, плавно понёс их вперёд.
Глаза Лань Линъэ тут же радостно заблестели. Вцепившись маленькими ручками в даосскую рясу шисюна, она с восхищением смотрела вниз.
— Это всего лишь простая техника отвода глаз1, но важнее то, что когда ты будешь летать в пределах школы, тебе нужно помнить о некоторых вещах.
— О каких, шисюн?
Ли Чаншоу откашлялся, упорядочивая заранее подготовленный план обучения. Он решил начать с малого и наставлять шимэй на примере житейских мелочей.
— Во-первых, высота полёта в школе. Нельзя летать ни слишком высоко, ни слишком низко. На высоте часто пролетают высокопоставленные мастера, и если столкнуться с ними лицом к лицу, это легко может быть воспринято как неучтивость. Запомни, шимэй: если такие мастера обратят на тебя внимание, то с вероятностью в пятьдесят процентов ты произведёшь на них хорошее впечатление, и с такой же вероятностью — плохое. Хорошее впечатление не обязательно принесёт выгоду, а вот плохое — непременно обернётся скрытой угрозой. Поэтому лучше всего оставаться незамеченной. Если всё же встретишь кого-то, просто поприветствуй их поклоном — достаточно лишь должным образом исполнять свои обязанности.
— О, Линъэ запомнила!
— И ещё: нельзя летать слишком низко, иначе ты будешь проноситься над постройками на других пиках. Хотя внешне в нашей школе царит мир и гармония, втайне здесь идёт борьба, и многие слишком пекутся о своих местах в бессмысленных рейтингах. Полетишь низко — и они могут нацелиться на тебя. Поэтому, после сотни лет поисков, твой шисюн вывел идеальную высоту для полётов в школе: от тридцати до пятидесяти чжанов от нашего жилища. На такой высоте редко встретишь собратьев по учению, не говоря уже о старших мастерах…
Лань Линъэ внимательно слушала пространные речи своего шисюна, стараясь запечатлеть каждое слово в глубине души, и не сводила глаз с его лица с чётко очерченными чертами. Шисюн и правда очень красив, к тому же он так предусмотрителен…
…
Под непрекращающиеся наставления шисюна Лань Линъэ прибыла на главный пик школы Дусянь. Эта гора располагалась в самом центре гряды и была самой величественной и высокой; словно меч, пронзающий небеса, она уходила в самую высь облаков. Поэтому её и называли пиком Потянь.
На вершине пика Потянь стоял Бессмертный дворец — место, где глава школы, старейшины и хозяева пиков обсуждали дела. Полёты там были запрещены, и ученикам без особого распоряжения приближаться к нему не дозволялось. На склоне пика Потянь теснились павильоны и залы, возведённые вдоль горных уступов, и здесь ежедневно сновало множество людей.
Из объяснений шисюна Линъэ узнала, что здесь находится канцелярия, ведающая делами школы. Ученики со всех пиков приходили сюда за ежемесячным содержанием и регулярно отчитывались о своих успехах в совершенствовании Дао.
Идя по вымощенной синим камнем дороге, Лань Линъэ с удивлением обнаружила, что они с шисюном будто стали невидимыми. Вокруг было множество самых разных собратьев по учению, но ни один взгляд не задержался на них. Даже если чьи-то глаза случайно обращались в их сторону, они тут же плавно скользили мимо…
Голос Ли Чаншоу зазвучал у Линъэ в ушах — он продолжал неустанно поучать её:
— Запомни, Линъэ: не привлекать к себе внимания и уменьшать своё присутствие — это лучший способ избежать вовлечения в причины и следствия2. Я усовершенствовал одну даосскую технику сокрытия дыхания, обучу тебя ей, когда начнёшь свой путь в совершенствовании.
— Хорошо, спасибо, шисюн.
— Не стоит благодарности, это мой долг, — с улыбкой ответил Ли Чаншоу.
Он провёл Лань Линъэ вдоль дороги к зданию, над которым висела табличка «Зал Байфань».
Внутри Лань Линъэ, широко раскрыв глаза, наблюдала, как её шисюн вытащил двух духовных рыб и затеял непринуждённый разговор о житейских делах с даочжаном средних лет, отвечавшим за регистрацию.
Её шисюн…
Такой взрослый.
- чжан-янь-фа (障眼法, zhàngyǎnfǎ) — буквально «метод преграждения взора», даосская техника создания иллюзий, скрывающих истинный облик вещей. ↩︎
- инь-го (因果, yīnguǒ) — понятие причинно-следственной связи или кармы. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
