Четвертая глава. Мир очень опасен
— Линъэ, знаешь ли ты, что такое ци?
— Ци — это меридианы неба и земли, дыхание всего живого. Всякое совершенствование берет начало в ци, тысячи божественных способностей — лишь превращения ци. Поглощение и круговорот порождают цикл Небесного круга.
— То, что я передаю тебе сегодня, — это базовая часть наследия нашей школы Дусяньмэнь, «И-ци чжэнтянь цзюэ».
— Этот раздел — метод заложения основ Дао. Даже если смотреть на все Пять континентов, это первоклассная техника создания фундамента. Какую бы технику ты ни выбрала для практики в будущем, ты сможешь опираться на этот фундамент.
— Линъэ… Линъэ?
— Ученица здесь!
В тени ивы у берега озера Лань Линъэ отвела взгляд, невольно устремленный к водной глади, и смущенно высунула кончик языка.
Старый даос Ци Юань обернулся к середине озера и с улыбкой произнес:
— Твой шисюн постигает технику водного шуйдунь, не позволяй ему отвлекать тебя. Слушай внимательно, я разъясню тебе основы этого раздела.
— Угу!
Лань Линъэ сосредоточилась, внимательно вникая в чудесные методы совершенствования, о которых говорил наставник, и стараясь понять смысл каждой фразы.
Однако спустя короткое время…
— Учитель! Шисюн исчез!
Лань Линъэ широко раскрыла миндалевидные глаза и, указывая на озерную гладь, тихо воскликнула.
Старый даос Ци Юань обернулся и беспомощно улыбнулся, вздохнув:
— Это техника уклонения! Пойдем, продолжим совершенствование в хижине. Твой шисюн питает глубокий интерес к разного рода техникам уклонения. Должно быть, это уже шестая по счету техника, которой он овладел.
— Учитель, а что такое техника уклонения?
Ци Юань погладил бороду и усмехнулся:
— Техника уклонения — это один из видов заклинаний, позволяющий заклинателю быстро перемещаться в различной среде. Метод водного шуйдунь позволяет стремительно передвигаться в воде, даже быстрее рыб. Смотри, разве твой шисюн не появился у берега? Скорость этой техники уклонения уже весьма незаурядна.
Лань Линъэ приподнялась на цыпочках и увидела, как стройная фигура шисюна возникла вдалеке у берега озера, спокойно стоя на поверхности воды.
Она вполголоса восхитилась:
— Шисюн такой способный!
— Что касается техник уклонения, то в нашей школе Дусяньмэнь твоего шисюна действительно можно назвать способным, — на лице старого даоса Ци Юаня отразилось смирение. — Если бы он тратил на другие заклинания хотя бы половину того усердия, что отдает техникам уклонения, то наставнику было бы гораздо спокойнее на сердце.
Лань Линъэ легонько моргнула и вслед за учителем вошла в соломенную хижину.
Старый даос Ци Юань небрежно призвал два молитвенных коврика, прикрыл деревянную дверь и кончиком хвоста своей метёлки-фучэнь легонько стукнул ученицу по макушке:
— Слушай внимательно!
— Ой, — Лань Линъэ поспешно села, скрестив ноги, наконец сумев успокоиться.
На озерной глади Ли Чаншоу шел прямо по волнам. Сделав пару шагов, его тело превратилось в поток воды и исчезло, чтобы через несколько мгновений возникнуть в самом центре озера.
«Водный шуйдунь освоен, вот только скорость слишком мала. Впрочем, при использовании водного шуйдунь можно слиться с водой, что позволяет противостоять ударам некоторых магических сокровищ. Вода приносит пользу всему сущему и не вступает в борьбу1, вода несет тысячи лодок и не рушится — это действительно стоит того, чтобы продолжать исследования».
Ли Чаншоу стоял, заложив руки за спину, погруженный в раздумья. Затем он продолжил прогулку по воде, исчезая с поверхности через каждые несколько шагов.
Благодаря непрерывным поискам, вскоре ему больше не требовалось идти по поверхности — стоило лишь коснуться озерной воды, как он мог мгновенно применить технику. Ли Чаншоу всё еще не был удовлетворен и продолжал сосредоточенно размышлять, кажется, совершенно не замечая бега времени.
Лишь после полудня голос старого даоса Ци Юаня позвал его обратно.
— Линъэ еще не достигла стадии бигу, и одними пилюлями насыщения сыт не будешь. Когда позже будешь ставить хижину, сооруди еще и печь. До тех пор, пока Линъэ не перейдет на бигу, готовь ей еду раз в день.
Ли Чаншоу сложил руки в приветствии:
— Ученик повинуется.
— Я отправляюсь на практику. Линъэ, если что-то понадобится, можешь обратиться к шисюну.
— Слушаюсь, учитель!
Лань Линъэ подражала движениям шисюна, чинно сложив руки перед наставником, но в этот момент её животик предательски заурчал, отчего её прелестное лицо мгновенно залилось густой краской.
Даос Ци Юань расхохотался и исчез, обратившись струйкой лазурного дыма. Ли Чаншоу тоже улыбнулся, но отвел взгляд в сторону озера, чтобы не смущать шимэй еще сильнее.
— Шисюн! Учитель только что применил технику дымового шуйдунь?
— А? Дымовой шуйдунь? — Ли Чаншоу на мгновение замер, а затем невольно рассмеялся. — Это техника иллюзорных образов. В основном она используется для спасения жизни в бою, но также может ранить или пленить врага. Можно сказать, это коронный прием нашего учителя. Хочешь научиться? Подожди, пока твое совершенствование окрепнет, и тогда учитель передаст его тебе.
— А как насчет водного шуйдунь шисюна? Может ли Линъэ практиковать его сейчас?
— Для водного шуйдунь еще рано. Его можно изучать только после того, как ты перейдешь на стадию переплавки ци в дух. Это касается всех техник уклонения пяти стихий. А пока не забивай голову, неоперившийся птенец-заклинатель, только что завершивший свою медитацию.
Лань Линъэ моргнула:
— Шисюн, а что значит «неоперившийся птенец»?
— Наверное… неуклюжий новичок?
Ли Чаншоу прищурился от улыбки и повел Лань Линъэ к пустому участку рядом с аптекарским огородом.
— Что хочешь съесть? На нашей горе полно дичи. Если у тебя нет особых предпочтений, я предложу что-нибудь на свой вкус.
Дичь?
— Шисюн, мы будем есть в обед… эти лекарственные травы?
— Конечно нет. — Ли Чаншоу вытянул правую ладонь вперед. Камешек подлетел сбоку, сделал круг в его ладони и с резким свистом устремился прямо в лесную чащу.
Лань Линъэ не удержалась от восхищенного возгласа, а в лесу в тот же миг поднялся переполох, распугавший стаи птиц.
Вскоре из зарослей вылетел фазан с трехцветным оперением; камешек засел у него в груди, и духовная птица уже испустила дух.
Камень проделал путь туда и обратно, после чего Ли Чаншоу небрежно отбросил его в траву. Глаза Лань Линъэ заискрились от удивления.
Вскоре Ли Чаншоу уже привычно установил вертел у берега озера, ощипал фазана, выпотрошил его и, достав несколько припасенных баночек с приправами, принялся «искушать»… аппетит шимэй.
— Шисюн, что это было за заклинание с камнем? Почему он улетел и смог вернуться?
— Простейшее управление предметами, — улыбнулся Ли Чаншоу. — Это всего лишь малая техника.
- шуй ли вань у эр бу чжэн (水利万物而不争, shuǐ lì wàn wù ér bù zhēng) — вода приносит пользу всем существам и не вступает в борьбу; фраза из «Дао Дэ Цзин», символизирующая высшую добродетель и отсутствие соперничества. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
