Глава 218. Пилюли девяти превращений пополняют запас козырей!
Как только банда свирепых последователей Вэньцзинь-даожэня отступила, мастера из рода Драконов получили свободу действий. Подобно драконам, ворвавшимся в стаю рыб, они принялись разить врагов: мечи поднимались и опускались, круша неприятеля с юга на север и с севера на запад…
Вся повстанческая армия морских племен и демоны глубоководья лишились опоры, и их поражение было подобно обрушившейся горе1.
Сторона Западного учения, желая сберечь искру для будущих смут, забрала с собой немало влиятельных и могущественных генералов из числа морских повстанцев.
Однако демоны глубоководья были просто брошены здесь, превратившись в окончательно отыгранные фигуры…
Шестеро учеников святых Западного учения побродили по окраинам Восточного моря, но, упустив момент для появления, были вынуждены скрытно возвращаться на Западный континент Синюхэчжоу.
Западная брань.
Ли Чаншоу совершенно не заботило, насколько сильно они разгневаны и как будут делить между собой вину. Сейчас Ли Чаншоу беспокоило то, что уровень ненависти Западного учения к старшему Чжао Гунмину стал слишком высок.
И это не сулило ничего хорошего.
Хотя самого Чжао Гунмина это не волновало, Ли Чаншоу всё же чувствовал, что косвенно подставил Гунмин Дае…
Эту ненависть по праву должно было принять на себя Учение Людей.
Ли Чаншоу посмотрел на Великого монаха, собираясь что-то сказать, но помедлил.
Великий монах, словно прозрев мысли Ли Чаншоу, мягко спросил:
— Вы беспокоитесь о деле младшего соученика Чжао?
— Эх, — горько усмехнулся Ли Чаншоу, — ученик опасается, что Запад из-за этого дела начнет строить козни против Чжао Гунмина.
— Когда придет время, я сам вмешаюсь, тебе не стоит об этом слишком сильно беспокоиться.
Великий монах Сюаньду тихо рассмеялся и, глядя на изображение в хрустальном зеркале, слегка вздохнул и поднялся.
— Здесь больше нет важных дел, мне пора возвращаться в дворец Дошуай-гун. Чаншоу, не хочешь ли ты вернуться вместе со мной?
— Придется еще раз побеспокоить Великого монаха и подвезти ученика на полпути, — с улыбкой ответил Ли Чаншоу. — Ученик — лишь скромный младший адепт школы Дусянь, мне не пристало показываться в этом месте.
— Почему же? — удивился Великий монах. — Сегодняшний кризис рода Драконов наполовину разрешен благодаря тебе. С каких это пор ты стал таким скромным и не идешь к драконам, чтобы получить свою долю выгоды?
Ли Чаншоу отвесил церемонный поклон и серьезно произнес:
— Ученика заботит лишь мнение людей нашего Учения Людей, большего я не прошу. Дела в Драконьем дворце в конечном итоге — лишь чьи-то расчеты. Раз я уже получил награду от Вас, Великий монах, а также получил пожалование от Небесного двора, мне не следует проявлять жадность к сокровищам рода Драконов.
— Ха-ха-ха-ха! Мне как раз нравится твое умение правильно говорить.
Великий монах Сюаньду рассмеялся, заложив руки за спину, и, слегка погрозив Ли Чаншоу пальцем, добавил:
— Если бы ты родился на несколько юаньхуэй раньше, я бы не страдал от такого одиночества во время своего совершенствования. Чаншоу, что ты думаешь о дальнейшей судьбе рода Драконов?
Ли Чаншоу немного помолчал, а затем ответил:
— Хотя сегодня драконы и победили, это обнажило множество проблем. Полагаю, что в ближайшее время род Драконов… немного преисполнится спеси, так что Небесному двору не стоит вступать с ними в слишком тесные контакты. Сейчас Небесному двору нужно сохранять дистанцию и не выдавать намерения принять их под свое крыло. Ученик в облике Морского бога Южного моря продолжит направлять род Драконов со стороны. Я планирую даровать Ао И немного заслуг Небесного двора, чтобы создать пример для остальных драконов и завлечь их этой благодатью.
Великий монах медленно кивнул:
— Раз ты всё понимаешь, я не буду давать лишних наставлений.
Ли Чаншоу улыбнулся:
— Благодарю Великого монаха за напоминание.
— Ха-ха-ха, — Великий монах махнул рукой, — ты сказал, что у драконов выявилось много проблем. Каких именно? На этот раз я не экзаменую тебя, мне и самому любопытно.
Ли Чаншоу на мгновение задумался и произнес:
— Великому монаху лучше посидеть здесь еще пару часов, вскоре всё станет ясно само собой.
— О?
У Великого монаха тут же пробудился интерес, он усадил Ли Чаншоу обратно:
— Тогда посмотрим еще полдня, увидим, что за хорошее представление ждет нас впереди.
Неужели Вы действительно ничем не заняты?
Хорошее представление и правда намечалось, но нужно было подождать еще один день, до самого завершения свадьбы Ао И, когда новобрачных проводят в опочивальню.
Как всем известно, следующим шагом после этого неизменно следует… шумное веселье в покоях молодых.
Но перейдем к делу.
За стенами хрустального дворца Восточного моря войска драконов оттеснили сильных врагов, но не стали их преследовать, занявшись наведением порядка на поле боя. Хотя свадьба Ао И и пропустила благоприятный час, это не сильно на неё повлияло: церемония возобновилась и пошла своим чередом.
Снаружи — великая битва, внутри — великая свадьба; кровь окрасила лазурные волны, помогая прямо на месте нейтрализовать беду радостью2.
Все мастера и полководцы рода Драконов, только что участвовавшие в битве, а также командиры пришедшего подкрепления, стали собираться в хрустальном дворце…
И тогда те самые «проблемы», о которых говорил Ли Чаншоу, проявились во всей красе.
Среди мастеров рода Драконов те, кто сражался яростнее всех и обладал средним или высоким уровнем совершенствования, оказались на самых последних местах для почетных гостей.
Места же впереди были заняты «знатью» рода Драконов, которые либо вовсе не вступали в бой, либо, выйдя наружу, лишь издалека наблюдали за сражением.
Что же касается многочисленных генералов из числа воинов-цзяо, то они и вовсе не имели права входить в хрустальный дворец и могли лишь наблюдать за всем издалека.
Ли Чаншоу указал на эту картину и негромко произнес:
— Посмотрите, Великий монах, это и есть смертельная рана рода Драконов.
Лицо Великого монаха стало серьезным, на этот раз он не стал делать предсказания на пальцах, а погрузился в раздумья.
Такие вещи, как человеческие сердца, невозможно вычислить.
Великий монах слегка покачал головой и бесстрастно заметил:
— Те, кто удерживает власть, не обладают достаточной силой; те же, кто доблестно сражается с врагом, подобны рабам. Род Драконов всё еще придерживается порядков древних и стародавних времен, где превыше всего ставится чистота крови. К сожалению, с тех времен прямая родословная Изначального Дракона слишком сильно поредела из-за необходимости запечатывать морские пучины, и теперь они уже не могут подавить этих превращенных драконов и воинов-цзяо.
Под превращенными драконами подразумевались те представители племен змей, рыб и цзяо, имеющие в себе каплю драконьей крови, что смогли переродиться в драконов; их четко отделяли от истинных драконов.
Ли Чаншоу прошептал:
— Трудность рода Драконов в том, что они не могут передать власть этим превращенным драконам и воинам-цзяо. Ведь если они это сделают, первыми против Короля драконов восстанут те, кто сейчас сидит по правую и левую руку от него.
— Тц, — нахмурился Великий монах, — роду Драконов определенно нужно сильнодействующее лекарство. Хотя на этот раз Западное учение и нанесло им болезненный удар, он был недостаточно жестоким.
Ли Чаншоу добавил:
— После этой битвы морским племенам понадобится как минимум несколько столетий, чтобы прийти в себя. В дальнейшем оказывать давление на драконов смогут только мастера самого Западного учения. Если кто-то воспользуется внутренними противоречиями в роду Драконов…
— Ими уже воспользовались.
Великий монах взмахнул рукой, и изображение быстро сфокусировалось на смуглом здоровяке, стоявшем снаружи зала.
Это был генерал воинов-цзяо, обладающий истинной силой стадии Золотого Бессмертного, с мощным дыханием и крепким телом.
Великий монах сделал хватательное движение в сторону зеркала, и тело здоровяка словно стало прозрачным; в области дракона-цзяо отчетливо виднелся присосавшийся сюэвэнь.
Ли Чаншоу хмыкнул и тихо сказал:
— Великий монах, это как раз марионетка, созданная нашим человеком.
— То есть той самой чарующей женщиной?
— Скорее всего; этих сюэвэнь ученик видел уже несколько раз.
Они переглянулись и, обменявшись понимающими улыбками, молча обошли эту тему, продолжив обсуждать дальнейшую судьбу рода Драконов.
Великий монах: «Немного понимаю, немного понимаю».
Малый маг: «Немного… понимаю».
Сегодняшнее нападение на род Драконов можно было с натяжкой назвать великой победой, и большинство драконов пребывали в сильном воодушевлении.
Разумеется, были и исключения — такие совестливые драконы, как Ао И, чьи сердца были отягощены скорбью по погибшим сородичам.
Великий монах еще недолго понаблюдал за свадьбой, и когда дело дошло до подношения подарков гостями, он потерял интерес и увел Ли Чаншоу прочь.
Перед уходом Ли Чаншоу убрал то хрустальное зеркало;
- Бинбай жу шаньдао (兵败如山倒, bīng bài rú shān dǎo) — образное выражение, означающее полное и сокрушительное поражение, подобное обвалу горы. ↩︎
- Чунси (冲喜, chōngxǐ) — древний обычай проводить радостное торжество (обычно свадьбу), чтобы нейтрализовать череду неудач, болезней или дурных предзнаменований. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
