На этот раз всё должно получиться.
Ли Чаншоу посмотрел на опустившегося у берега озера Ваньцин-шанжэня, затем на вышедшую из травяной хижины шицзу2 Цзян Линьэр, а после опустил взгляд на зажатый в руке пузырёк с «Огнем сердца»…
«Ладно, это пока не понадобится, если сделать слишком много, выйдет боком».
Спрятав мешочек с лекарством, Ли Чаншоу встал перед алхимической лабораторией, заложив руки за спину.
На берегу озера те двое уселись под знакомой ивой.
Ли Чаншоу немного подумал и передал Линъэ мысленное послание, дав ей несколько наставлений.
Вскоре Линъэ на облаке отправилась к озеру. Опустившись перед хижиной, она разбудила наставника Ци Юаня, который, вероятно, был погружён в медитацию, и пересказала ему слова старшего соученика…
Старый даос Ци Юань взглянул в сторону ивы и поначалу опешил:
— Прогресс идёт так быстро?
Ли Чаншоу и Линъэ: …
Вслед за этим Ци Юань нежно улыбнулся, и в его глазах отразились чувства, полные нежности и ностальгии.
Он смотрел на свою наставницу Цзян Линьэр так, словно видел… старую деву, которая несколько тысяч лет в одиночестве охраняла пустые покои и сегодня наконец-то собралась выйти замуж.
Он чувствовал безграничное облегчение и легкую грусть от скорой разлуки.
— Наставник, пойдёмте скорее, — Линъэ скорчила рожицу, и Ци Юань, погладив бороду, негромко рассмеялся и кивнул в знак согласия.
Затем учитель и ученица направились к иве на берегу. Поприветствовав шицзу и Ваньцин-шанжэня, старый даос Ци Юань произнес:
— Наставница, шибо, ваш ученик в последнее время желает изучать путь алхимии, поэтому я ненадолго переберусь в алхимическую лабораторию.
Цзян Линьэр мгновенно всё поняла. Стараясь сохранять невозмутимость, она ответила согласием, хотя кончики её ушей уже густо покраснели.
Линъэ достала нефритовую печать, почтительно протянула её Цзян Линьэр и мягко сказала:
— Шицзу, это изолирующая формация для вашего дома, которую старший соученик сделал вместе с тётей-наставницей Цзю Цзю.
— Хм, хорошо, я поняла, — когда Цзян Линьэр принимала печать, её маленькие ладони слегка дрожали.
Стоявший рядом Ваньцин-шанжэнь мягко спросил:
— Сяо Юань, у меня есть несколько методов алхимии, тебе что-нибудь нужно?
— Не нужно, не нужно, — поспешно ответил Ци Юань. — Ученик просто хочет попробовать что-то новое, я пойду.
Сказав это, Ци Юань и Линъэ снова поклонились и на облаке направились к алхимической лаборатории.
В радиусе десяти ли вокруг озера остались только Цзян Линьэр и Ваньцин-шанжэнь…
Они смотрели друг на друга с нежностью; слова были наготове, но ещё не слетели с губ.
Ваньцин-шанжэнь тихо произнес:
— Линьэр, недавно я… изучил одну технику.
— Хм, — Цзян Линьэр опустила голову. — Какую технику?
— Давай зайдём внутрь, здесь, снаружи, показывать неудобно.
— Хорошо… хорошо…
Голос Цзян Линьэр стал тонким, словно писк комара. Она в каком-то забытьи поднялась и, сама указывая путь, направилась к своей хижине.
Как только Ваньцин-шанжэнь переступил порог, Цзян Линьэр мгновенно активировала все формации дома и наложила ещё несколько слоев магических барьеров собственной силой.
Она действовала немного суетливо.
Ли Чаншоу спокойно улыбнулся.
Разве такой маленький барьер может стать для него преградой? Как-никак, он был маленьким заклинателем, который несколько раз собственноручно подрезал свою ступень Дао и находился всего в шаге от завершения стадии Небесного Бессмертного.
Направив божественное чутье, он обнаружил, что внутри барьера появился ещё один, более мощный, — по-видимому, установленный Ваньцин-шанжэнем.
Ли Чаншоу: …
Ну что ж, он и не собирался подглядывать за чужими тайнами, просто хотел проследить за развитием событий — вдруг что-то пойдёт не так.
Раз не позволяют смотреть, значит, не будем.
Увидев, что на облаке подлетают наставник и Линъэ, Ли Чаншоу развернулся и принялся за приготовления.
Он достал специально изготовленный стол с вырезом в центре, куда помещался железный котел. Этот котел был разделен двумя железными пластинами на четыре ячейки.
Самодельный магический артефакт — полностью автоматический стол для хого1!
На самом котле стояли ограничения для поддержания постоянной температуры, силу огня можно было регулировать количеством вливаемой магической силы.
Кроме того, имелись маленькие барьеры против брызг, защитные чары от смешивания запахов и целый ряд других мелких конструкторских решений.
Подготовив стол и стулья, Ли Чаншоу передал Сюн Линли указание забить нескольких духовных зверей, подходящих для варки и жарки.
Затем он выложил заранее подготовленные небесные травы и духовные овощи, налил в котел воду из бессмертного источника и начал готовить бульонную основу.
Там рождалось радостное событие, значит, и здесь должно стать оживленно.
Пусть это и не могло сравниться с размахом Дворца Дракона и здесь не было толпы поздравляющих, как в мире смертных, но всё же должен был чувствоваться вкус свадебного пира…
К приходу наставника и Линъэ хого был почти готов.
Линъэ радостно воскликнула:
— Старший соученик, что за новую штуку ты опять придумал?
Ли Чаншоу с улыбкой ответил:
— Это называется… горячий котел. Мне ещё нужно приготовить соусы. Линъэ, сходи на Пик Потянь и пригласи тётю-наставницу Цзю Цзю, она за это время совсем извелась от скуки. Сегодня мы хорошенько повеселимся, отпразднуем за шицзу и шибоцзу.
— Ой, я мигом!
Линъэ развернулась и улетела на облаке. Старый даос Ци Юань встряхнул рукавами и с улыбкой спросил:
— Чаншоу, чем твой наставник может помочь?
Ли Чаншоу поспешно ответил:
— Вы просто присаживайтесь и смотрите, как я могу позволить вам работать.
Старый даос Ци Юань, улыбаясь, покачал головой и пошёл отдыхать в кресло-качалку перед дверью.
Вскоре Сюн Линли ловко забила, нарезала и разложила по тарелкам мясо нескольких духовных зверей. Притащив в лабораторию десятки цзиней свежего мяса, она сияла от радости.
Ещё через мгновение прилетели на большой тыкве-горлянке Линъэ и Цзю Цзю.
Однако за Цзю Цзю увязались и несколько её старших соучеников и соучениц…
Несколько бессмертных, чьи имена начинались с иероглифа «Цзю», снова пришли на Пик Сяоцюн, чтобы даром поесть и выпить, а заодно попрактиковаться в искусстве сплетен.
Ли Чаншоу, словно фокусник, вытащил ещё один стол для хого. Обменявшись приветствиями, он усадил Цзю У, Цзю Ши, Цзю Луэр и еще троих за соседний стол.
В алхимической лаборатории сразу стало тесновато, но зато по-настоящему шумно.
Собравшиеся здесь родственники и друзья обоих «старых молодоженов», скрывшихся в хижине, стали свидетелями этого исторического момента…
Цзю У схватил Ли Чаншоу за руку и, подмигивая, шепотом спросил:
— Ну что, дело уже сделано? Или в процессе?
Ли Чаншоу улыбнулся и промолчал.
Честно говоря, он и сам не осмеливался делать выводы о том, чем занимаются те двое за закрытой дверью…
Хотя, согласно здравому смыслу, сейчас они должны были предаваться «не поддающемуся описанию неописуемому», но, зная, что Ваньцин-шанжэнь умудрился принять пособие для начинающих за магическую технику, ситуация могла развиться… как угодно.
Цзю Сань — третья ученица Ваньцин-шанжэня, красивая женщина-заклинательница с героическими чертами лица, находящаяся на пике стадии Истинного Бессмертного и близкая к прорыву к Небесному Бессмертному, — впервые появилась на Пике Сяоцюн.
Цзю Сань рассмеялась:
— Пятый, хватит задавать глупые вопросы. Наставник даже великую формацию активировал, значит, всё точно получилось.
Цзю У вздохнул:
— Характер нашего наставника… Третья шицзе, ты ведь и сама знаешь.
Цзю Ши, слегка нахмурившись, негромко произнесла:
— Я и правда беспокоюсь, понимает ли наставник хоть что-то в таких делах. Эх, если бы мы могли слышать, что происходит внутри, было бы хорошо.
Цзю Луэр моргнула:
— Но мы же не можем… пойти и подслушивать под стеной…
Глаза у всех присутствующих мгновенно загорелись.
— Кхм, — предостерег их Ли Чаншоу. — Досточтимые шибо, база совершенствования шибоцзу Ваньцина непостижимо глубока. Вряд ли у нас получится подобраться незамеченными… Мы только напугаем их.
— У меня есть способ!
Цзю Цзю вдруг выпрямилась, уперев руки в боки.
— Я оставила в комнате тёти-наставницы Цзян Линьэр раковину-передатчик! Сначала я хотела разузнать, нет ли у этой шишу каких-нибудь слабостей, чтобы можно было дать ей отпор, и никак не ожидала, хи-хи… что это пригодится именно сейчас!
С этими словами Цзю Цзю выудила из рукава другую раковину размером с кулак, сделанную из белого нефрита.
Не дожидаясь ответа, она коснулась раковины пальцем, активируя заклинание.
В алхимической лаборатории стало так тихо, что было слышно, как падает игла. Все они затаили дыхание, и тогда из раковины донеслось несколько слабых, прерывистых фраз…
- хого (火锅, huǒguō) — «китайский самовар», традиционное блюдо, при котором ингредиенты варятся в котелке с кипящим бульоном прямо за столом. ↩︎
- шицзу (师祖, shīzǔ) — почетный титул для наставника своего наставника; «дед-наставник» или «бабка-наставница» в иерархии заклинателей. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
