Глава триста первая. Юйди-гэгэ, твой путь прегражден.
Что это за дела такие?
Даос Лу Я еще даже не показался, а тут внезапно выскочил Цзиньчань-цзы.
То, что он сопровождал Юйди к береговой линии, уже само по себе было переменной, не входившей в планы Ли Чаншоу.
Он думал, что не стоит портить Юйди настроение, к тому же в трех мирах никто не осмелился бы по-настоящему перечить Юйди, поэтому они и вышли прогуляться вместе.
Но почему сегодня события развиваются в столь нестабильном направлении?
Собрание лон-цзы, люди Западного учения прячутся в этом месте…
Здесь определенно кроется какая-то проблема!
Мысли Ли Чаншоу быстро закрутились, и он уже принял решение, передав голос Юйди внутри каюты:
— Ваше Величество, этот человек — мастер Западного учения по имени Цзиньчань-цзы, за последние десятилетия он несколько раз сталкивался с малым божеством. Сегодняшнее собрание лон-цзы, должно быть, его интрига, на которую мы наткнулись по воле случая. Малое божество в данный момент не знает, в чем именно заключается его расчет, но это определенно связано с делами рода драконов.
Юйди спокойно передал голос в ответ:
— Любимый чиновник, просто считай, что меня здесь нет, и поступай так, как ты поступил бы обычно.
Ли Чаншоу: …
Если бы Вашего Величества здесь не было, этот парень, приди он в храм Хайшэня танцевать молитвенный танец с раздеванием, и то не увидел бы малого божества.
Однако, заметив в глубине глаз Юйди некоторое нетерпеливое желание попробовать свои силы, Ли Чаншоу не решился сказать это прямо.
«Если хорошенько подумать, это Величество на самом деле просто хочет почувствовать хоть какую-то сопричастность к подобным важным делам Небесного двора…»
— Малое божество повинуется!
Ли Чаншоу согласился и передал голос Дун Мугуну с наставлениями.
Если позже вспыхнет конфликт, необходимо в первую очередь защитить Юйди.
Сила этого бумажного даоса была ограничена, и в союзе с Дун Мугуном они вряд ли смогли бы противостоять Цзиньчань-цзы. К тому же здесь было много войск рода драконов, чья позиция еще не была определена…
Если позже начнется настоящий бой, то в восьми случаях из десяти именно Юйди придется защищать двух своих подданных.
Юйди прекрасно осознавал, хватает ли им сил, но отношение должно быть правильным, а поза — безупречной.
Ли Чаншоу жестом велел танцовщицам немного отдохнуть, приказал музыкантам прекратить игру и, держа в руках фучэнь, первым вышел из каюты.
Дун Мугун слегка поклонился и сделал приглашающий жест, Юйди тайно метнул в него недовольный взгляд, и Дун Мугун поспешно выпрямился, одарив Юйди понимающей улыбкой.
Таким образом, все трое встали на носу судна, Ли Чаншоу задействовал божественную силу, и корабль помчался вперед, подобно молнии.
Юйди с улыбкой спросил, передавая голос:
— Чангэн, любимый чиновник, как ты обычно поступаешь, встречая подобных противников?
— Воплощение малого божества обладает ограниченной силой и не сильно в магических поединках, поэтому в основном я просто предлагаю идеи.
Ли Чаншоу не оборачивался, тайно передавая голос:
— Этот Цзиньчань-цзы жесток и беспощаден, его истинная сущность — свирепый зверь Хунмэн, однако сейчас он заслужил признание святого Западного учения, который, кажется, собирается принять его в ученики. В последнее время многие интриги Западного учения, касающиеся дел рода драконов, исходили от него. Будет лучше всего, если мы сможем удержать его здесь сегодня.
— Хорошо!
Глаза Юйди вспыхнули.
— Сегодня позволь мне увидеть, как мой любимый чиновник в битве умов одолеет силача с Запада!
Ли Чаншоу мысленно нахмурился.
Говоря всё это, он на самом деле хотел сказать, что если прикончить этого Цзиньчань-цзы, то Западному учению определенно станет больно.
Хотя один Цзиньчань-цзы и не стоил того, чтобы Юйди лично вступал в бой.
Но иметь силу, чтобы напрямую сразить противника, и при этом прятаться в тылу, наблюдая за зрелищем, было как-то…
Не слишком надежно.
Ну да ладно, раз уж это Юйди, а сам он — лишь малое божество четвертого ранга: дел много, заслуг мало, пока другие в отпуске, мы работаем сверхурочно, а войска выдвигаем, лишь разбрасывая бобы.
Как вести битву умов?
Как еще ее вести…
Ли Чаншоу начал тайно созывать людей.
Сначала его божественное сознание снизошло в храм Хайшэня, он обменялся парой слов с соседней нефритовой статуей и вскоре связался с Ао И, приказав тому немедленно собрать всех доступных экспертов рода драконов и как можно быстрее прибыть сюда, к Западному морю.
Ао И согласился, и Ли Чаншоу оборвал связь.
Сразу после этого он отправил бумажного даоса в облике девушки, который из-под земли города Аньшуй добрался до границы Южного моря и заиграл на короткой флейте, обращаясь к океану.
Мгновение спустя в воде появилась рыба, и Ли Чаншоу передал ей голос.
Эта рыба была марионеткой даоса Вэньцзин.
Ли Чаншоу не стал ничего объяснять, лишь велел даосу Вэньцзин при возможности заглянуть в Западное море, не раскрывая себя, и сначала тайно встретиться с ним.
Закончив с этим, Ли Чаншоу начал размышлять, как ему потянуть время, чтобы соблюсти и собственное достоинство, и величие Небесного двора, а попутно сделать так, чтобы Юйди подумал…
«Хей, а эта битва выглядит довольно красиво».
В таких делах важна фраза «в рамках разумного, но вопреки ожиданиям».
Похоже, придется использовать ту каплю высокомерия и «второго года средней школы»1, что была в натуре Цзиньчань-цзы…
— Хм!
Когда их разделяло еще несколько тысяч ли, Ли Чаншоу холодно хмыкнул, его лицо стало безразличным, и он слегка взмахнул фучэнем.
Увидев это, Цзиньчань-цзы тут же прищурился от смеха, выглядя весьма довольным собой.
В этот момент на бессмертном судне в форме раковины поднялись несколько лон-цзы, их лица выражали разное.
Наследные принцы дворцов Западного и Южного морей лишь спокойно улыбнулись, оставаясь невозмутимыми.
Старший наследный принц дворца Северного моря был несколько озадачен, но вел себя нормально.
Ао Цзя, старший наследный принц дворца Восточного моря, сейчас пребывал в тревоге. Он нахмурился, глядя на внезапно вставшего Цзиньчань-цзы, а в глубине его глаз читалось сомнение.
Этот парень источает свирепость, откуда он вообще взялся?
Ао Цзя был статным и красивым лицом, но годы бесконечных развлечений сделали его фигуру хрупкой. Стоя на корабле, он походил на ожившее парчовое одеяние, а рога на его голове нельзя было назвать чистыми и прозрачными.
Заметив, что Хайшэнь с недобрым видом приближается с юго-востока, и увидев внезапно появившегося эксперта, кричащего: «Не желает ли Хайшэнь побеседовать с ним еще раз?»…
Поразмыслив, Ао Цзя кое-что понял.
Его подставили!
Хотя Ао Цзя и проводил дни в праздности, он не был дураком. Он знал, какой путь выбрал его отец, поэтому сейчас действовал решительно.
— Хайшэнь-гэгэ!
Ао Цзя выкрикнул приветствие, в его голосе слышалась поспешность. Он проигнорировал Цзиньчань-цзы и направился навстречу Ли Чаншоу, до которого оставалась тысяча ли.
Увидев это, Цзиньчань-цзы слегка нахмурился. Он завел руки за спину, но между его пальцами появился короткий нож в форме ивового листа, тонкий, как крыло цикады, а в глазах мелькнула свирепость.
Ли Чаншоу остро подметил это мимолетное движение Цзиньчань-цзы, прищурился и холодно произнес:
— Ты смеешь?
В уголках рта Цзиньчань-цзы заиграла улыбка. Он уже собирался щелчком отправить нож в полет, как вдруг его движение замерло.
Какое сильное намерение убийства!
Внезапно раздалось несколько драконьих возгласов, и из морской воды выметнулись три фигуры, не подняв при этом ни единого брызга. Расположившись треугольником, они неявно окружили Цзиньчань-цзы.
Это были три старца с драконьими головами. Их дыхание было устойчивым, а облик — величественным и необычайным. Чешуя на их лицах отливала слабым кровавым цветом, а сами они были окутаны видимым невооруженным глазом слоем кармического возмездия.
Древние боевые драконы!
Лицо Цзиньчань-цзы начало меняться.
Хайшэнь внезапно прибыл…
Драконы устроили засаду с такими экспертами…
Похоже, сегодняшний план уже давно был раскрыт Хайшэнем и родом драконов!
Но почему?
Он планировал это долгое время, искал обходные пути, тайно использовал тайные техники Западного учения, чтобы воздействовать на разум старшего наследного принца дворца Западного моря, намереваясь использовать это как прорыв, чтобы поглотить следующее поколение драконов.
Род драконов очень ценит преемственность поколений. Если он возьмет под контроль большую часть их молодежи, а затем надавит на них с других сторон, стоит ли беспокоиться, что драконы не падут?
Однако реализация плана только началась. Сегодня ему с трудом удалось заманить трех наследных принцев из Южного, Восточного и Северного морей, а заодно привлечь отпрысков нескольких важных драконьих сановников.
Он действовал скрытно и только-только затронул двух неважных потомков сановников, как Хайшэнь уже прибыл сюда!
- Чжун-эр (中二, zhōng èr) — «второй год средней школы», термин, описывающий подростков с завышенным самомнением, которые воображают себя героями со скрытыми силами. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
