Глава 311. Меч Небесного Императора, разящий демонов; открытие божеств рек, озёр и морей!
Когда Бянь Чжуан надел этот новенький серебристый доспех и встал у берега спокойной, но бескрайней Небесной реки, ожидая инспекции Хайшэня и Дунму-гуна, его…
Чувства были невероятно сложными.
А ведь поначалу он, Бянь Чжуан, прибыл в Небесный дворец действительно лишь ради той бессмертной цзецзе.
— Хотя сейчас он ещё не знал имени этой красавицы и уже оставил надежду, его изначальное стремление нельзя было скрыть.
Но именно в такой обстановке Небесный дворец с помощью заслуг и официальных чинов заставил его, Бянь Чжуана…
Обрести амбиции и желание двигаться вверх!
Много ли времени прошло? Из почти шуточного маршала Небесных Бобов он превратился в заместителя командующего водной армией Небесной реки!
Много ли времени прошло? Накопленная им сила заслуг уже в несколько раз превысила те заслуги, что собрал его собственный павильон Тянья-гэ, которым он управлял столько лет!
Конечно, при управлении подобными заведениями для «временных любовных испытаний» возможностей для накопления заслуг изначально было немного.
Теперь же Бянь Чжуан шел по Небесному дворцу — в пределах доступных ему зон — и братался с небесными генералами, а при встрече с небесными воинами каждый называл его «генералом» или «маршалом».
Этот возглас «маршал» действительно был в тысячу раз приятнее сотни обращений «молодой преемник»!
Более того, изредка проходя мимо групп бессмертных, он замечал, что большинство из них бросали на него любопытные и одобряющие взгляды, а не смотрели с неприязнью или отвращением.
И это были лишь видимые преимущества, а остальных было не счесть!
Самый яркий пример — рост уровня культивации стал даваться легче, а прежние преграды, казалось, исчезли без следа…
Он, Бянь Чжуан, теперь искренне желал стать выдающимся военачальником Небесного дворца!
Поэтому, когда Бянь Чжуан получил приказ из зала Тунмин, он был так взволнован, что едва не случился удар в Дао-сердце!
Но когда он ясно увидел в конце приказа приписку: «возглавить небесных воинов под началом Хайшэня, Божества четырёх морей Сюаньшан Уцюэ», у Бянь Чжуана потемнело в глазах, и он едва не сбежал из Небесного дворца той же ночью!
Почему?
Больше всего на свете он сейчас боялся встречи именно с этим Хайшэнем!
В вопросах, не касающихся отношений между мужчинами и женщинами, Бянь Чжуан не был глупцом.
Разве мог он не понимать, что получил столько наград от Небесного дворца лишь потому, что однажды спьяну сболтнул лишнего, непомерно хвастаясь, будто удостоился признания Дафаши из учения Жэнь и самого Хайшэня.
К счастью, столь возвышенная фигура, как Дафаши, не обратила внимания на эту мелочь;
А владыка Хайшэнь был весьма занят и до сих пор тоже не придавал значения этому пустяку.
Но теперь…
Бянь Чжуан давно перестал быть тем ничего не смыслящим сеятелем бобов, каким был раньше. Он в полной мере осознал, насколько безграничной властью обладает Хайшэнь в Небесном дворце.
Говорили, будто Дунму-гун лично заявлял: сейчас Хайшэнь несет на себе более восьмидесяти процентов важных дел Небесного двора, является самым доверенным сановником Его Величества Юйди и единственным, помимо Дунму-гуна, высокопоставленным чиновником, обладающим правом прямого управления войсками!
Конечно, самой мощной опорой Хайшэня оставался статус третьей по значимости фигуры в учении Жэнь.
А кто он, Бянь Чжуан?
Всего лишь владелец небольшого семейного дела, которое в Небесном дворце ровным счетом ничего не значило.
Пользуясь собственным хвастовством и опираясь на то, что в его руках были грабли, вышедшие из дворца Доушуай, он стал «восходящей звездой» среди небесных генералов.
Но всё это было лишь воздушными теремами, цветами в зеркале и луной в воде1 — стоило Хайшэню сказать хоть слово, как он тут же явил бы свой истинный облик…
Более того, чем выше его превозносили сейчас, тем болезненнее будет падение в следующий миг!
— Это же просто погибель моя!
Что делать?
Бянь Чжуан пребывал в сомнениях: он хотел всё бросить и уйти, но ему было жаль расставаться с нынешним «блеском и богатством».
В конце концов Бянь Чжуан решил заранее нанести визит Хайшэню и, какую бы цену ни пришлось заплатить, умолять его не разоблачать ту ложь, которую он распространил.
Но стоило Бянь Чжуану собраться выйти за дверь, как прибыл отряд небесных воинов, чтобы поторопить его и велеть немедленно прибыть к Небесной реке для управления войсками.
К-как же быстро?
Только вчера он получил приказ из зала Тунмин, а сегодня уже должен вступить в должность!
В тот момент у Бянь Чжуана подкосились ноги, и он едва не рухнул прямо во дворе своей резиденции.
Увидев это, несколько небесных воинов тут же подхватили его и, не говоря ни слова, приволокли сюда, поставив на место заместителя командующего.
Глядя на заискивающие улыбки этих воинов, Бянь Чжуан действительно хотел сослать их в Тянья-гэ, в «Обитель добродетельных дев», прислуживать тем бессмертным сяонянцзы2, что обожают мучить людей!
И что теперь?
Что еще оставалось делать?
Пока Бянь Чжуан пребывал в смятении, его бессмертное восприятие уловило фигуры Дунму-гуна и Хайшэня, приближающихся на облаке.
В это мгновение в его левом глазу прокручивались сцены того, как он пирует с небесными генералами, а прекрасные бессмертные зовут его «маршал-гэгэ».
В правом глазу рисовалась картина того, как небесные воины прижимают его к земле и бросают в пруд Небесной кары, где яростные молнии испепеляют его в прах, а взгляды этих бессмертных полны презрения…
Он даже мог представить, что они говорят!
«Надо же, прикрывался именем учения Жэнь, чтобы сладко есть и пить, да еще и получил столько наград от Небесного дворца, — поистине бесстыдство высшей меры».
«Отброс! Подлец!»
«А я-то думала, что в будущем он станет великим маршалом».
Нет —
Всё это не может просто так исчезнуть, он, Бянь Чжуан, должен ухватить свою судьбу!
— Хайшэнь!
У Бянь Чжуана на шее вздулись вены, его голос охрип, переходя в крик, рожденный самой душой:
— Хайшэнь прибыл! Это Хайшэнь! Господин Хайшэнь!
За спиной Бянь Чжуана…
Сто тысяч небесных воинов, выстроенных в три яруса и девять полков, разом уставились на него, и в их головах возникло сто тысяч вопросов.
Но Бянь Чжуан уже не обращал ни на что внимания. Заливаясь слезами, он на белом облаке бросился навстречу Дунму-гуну и Ли Чангэну.
Когда до них оставалось еще несколько сотен ли, Бянь Чжуан прокричал:
— Хайшэнь! Нижайший военачальник Бянь Чжуан — ваш заместитель!
На лбу Дунму-гуна проступили черные линии, и он с некоторым сомнением посмотрел на Ли Чангэна, прошептав:
— Может, поищем другого заместителя? Этот выглядит… не совсем нормальным.
— Ничего страшного, — Ли Чангэн прищурился в улыбке. Его бессмертное восприятие уловило выражение лица Бянь Чжуана, а услышав его крик, наполненный силой бессмертного, он уже понял, почему тот так себя ведет.
В глубине души Ли Чангэн тоже немного недоумевал…
Куда же делась та «непоколебимая гордость», с которой этот парень когда-то перед дворцом Дракона игнорировал всё на свете ради Кэ Лээр?
Впрочем, Ли Чангэн не хотел усложнять жизнь будущему «второму старшему соученику».
Особенно глядя на то, как красив нынешний Бянь Чжуан, и вспоминая образ будущего Чжу Бацзе…
В душе Ли Чангэна всплывали самые разные чувства.
Бянь Чжуан поспешно подлетел к Ли Чангэну и, то ли от избытка чувств, то ли еще от чего, подогнул ноги и пал ниц прямо на облаке, проскользив в таком положении несколько сотен чжанов.
Хлоп!
Уткнувшись лицом в облако и сложив ладони над головой, Бянь Чжуан громко выкрикнул:
— Нижайший военачальник Бянь Чжуан готов преследовать бессмертных сяонянцзы… нет, готов служить Хайшэню с усердием собаки и лошади!
Готов размазать печень и мозги по земле, не жалея себя!
Дунму-гун, нахмурившись, посмотрел на Ли Чангэна и серьезно спросил:
— Ты уверен, что всё в порядке?
Ли Чангэн улыбнулся:
— Он еще молод. Если его немного закалить, в будущем он может принести большую пользу.
Распластанный на облаке Бянь Чжуан невольно замер. Он слегка приподнял голову, украдкой взглянул на двух высокопоставленных владык Небесного дворца и начал лихорадочно обдумывать слова Хайшэня…
Что это значит?
Неужели Хайшэнь и впрямь ценит его?
Может, в нем есть какая-то уникальная черта, которую он сам в себе не замечал, но которая привлекла внимание Хайшэня?
Пока Бянь Чжуан пребывал в оцепенении, Ли Чангэн поторопил его:
— На облаке прохладно, командующий Бянь, поскорее поднимайся.
Прошу тебя, поспеши обратно и прикажи военачальникам, имеющим ранги, выйти вперед. У меня будут распоряжения.
Бянь Чжуан вздрогнул всем телом, мгновенно вскочил, в его глазах читалось недоумение, а в голове была полная пустота.
Что вообще происходит?
А Ли Чангэн тем временем снова улыбнулся:
— Командующий Бянь, береги грабли, подаренные тебе Дафаши, не повреди их.
— О! Да-да!
Губы Бянь Чжуана задрожали, но он тут же пришел в себя и, выкрикивая «слушаюсь!» и «благодарю владыку Хайшэня», прижал девятизубчатые грабли к груди. Развернувшись, он бросился к берегу Небесной реки, на ходу отдавая приказы…
— Дунму-гун, пойдёмте.
***
Ли Чаншоу с улыбкой сделал приглашающий жест и, любуясь величественным пейзажем Небесной реки вместе с Дун Мугуном, за разговорами и смехом направился к месту сбора небесных воинов.
- цветы в зеркале и луна в воде (镜花水月, jìnghuā shuǐyuè) — обр. нечто призрачное, видимое, но недосягаемое. ↩︎
- сяонянцзы (小娘子, xiǎoniángzǐ) — вежливое и ласковое обращение к молодой женщине. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
