Это же ещё ребёнок! Ребёнок, чей переходный возраст растянется как минимум на пару тысяч лет!
Разумеется, ворчать про себя — это одно, а Ли Чаншоу всё же должен был продолжать весело беседовать с Чжао Дэчжу через передачу голоса.
Будучи обычным влиятельным сановником, следовало соблюдать профессиональную этику: обманывать верхи… кхм, использовать определённое красноречие, чтобы Небесный Император был доволен и спокоен — тогда и сам в будущем не останешься без небесных заслуг.
Стоило им выйти за Восточные Небесные Врата, как они встретили Ао И, который во главе огромного войска драконов прибыл к Небесному двору с подношениями. Скорость, с которой действовал Дворец драконов Восточного моря, и впрямь поражала.
Увидев Ли Чаншоу, Ао И, чей взор до этого был тусклым, внезапно просиял.
— Цзяочжу-гэгэ, — окликнул он его слегка охрипшим голосом.
Ли Чаншоу пошёл ему навстречу и, достав пилюлю для укрепления духа, протянул её Ао И. Не упоминая о бедствиях рода драконов, он лишь спросил:
— Тебе уже стало немного легче?
Ао И выдавил из себя улыбку, кивнул в знак согласия, а затем, отступив на полшага, сложил руки в даосском приветствии и поклонился Ли Чаншоу, не произнося лишних слов благодарности.
Ли Чаншоу сказал:
— Передай дела с подношениями другим, а сам отправляйся со мной, прогуляемся, развеешься немного.
— Гэгэ, — Ао И не спешил соглашаться, а проговорил вполголоса: — Большинство сородичей ещё не обрели покой, я хочу сейчас побольше времени проводить с ними. К тому же в четырёх морях всё ещё разгораются разрозненные сражения…
— Это займёт лишь половину дня, — мягко убеждал Ли Чаншоу. — Если ты сам не сможешь воспрянуть духом, как же ты собираешься утешать других?
Стоявшая рядом Лунцзи добавила:
— Даою, не перенапрягайся, тебе тоже нужно с кем-то поговорить.
Ао И тихо вздохнул, ответил Лунцзи даосским приветствием, обратившись к ней «Ваше Высочество», и согласился отправиться вместе с ними, велев воинам, доставившим дары драконов, самостоятельно входить в Восточные Небесные Врата.
Ли Чаншоу добавил:
— Перед уходом трижды поклонись в сторону дворца Линсяо, воздавая благодарность. Лишних вопросов не задавай.
— Слушаюсь.
Ао И не стал ни о чём спрашивать, подоткнул подол боевой юбки и трижды поклонился в сторону дворца Линсяо.
Стоявший рядом Чжао Дэчжу с улыбкой кивнул, затем глянул на своё нынешнее воплощение, и в глубине его глаз мелькнула лёгкая досада.
Ну и ладно.
Быть Небесным Императором, которого почитают все живые существа, тоже весьма недурно.
…
Спустя три часа. Мир Юймин, великая застава к востоку от города Фэнду.
На вершине утёса у края ущелья Исяньтянь1 лежали, прислонившись к огромному камню, двое дюжих молодцов. Они только что набили животы и теперь держали в руках свои маски-головы.
Один издал довольное «хм», смакуя послевкусие, другой причмокнул губами — во рту всё ещё стоял аромат яств. Они глубоко вдыхали воздух, наполненный запахом блаженства…
— Ма, когда мы снова отправимся искать Шуйшэня? Разъезжать повсюду с Шуйшэнем куда приятнее, чем киснуть здесь. Му-у-у!
— Ты же без маски, зачем мычишь! У драконов в этот раз из-за Запада всё вышло прескверно. Не зря Запад — великое учение двух Господ Святых: действуют они так черно, что даже исконным демоническим предкам до них далеко.
Нютоу усмехнулся:
— Ну и что? Шуйшэнь всё равно их раскусил. Подумаешь, морское око пробили — так ведь и его заткнули! Кстати говоря, Шуйшэнь силён: даже осквернённый источник сумел запечатать.
Мамянь похлопал себя по животу и пробормотал:
— Должно быть, он его только стабилизировал, угроза наверняка осталась… Ик!
В этот самый миг в ушах раздался голос:
— Друзья даою…
Нютоу и Мамянь вытаращили глаза, мгновенно вскочили и в суматохе натянули свои маски-головы.
— Шуйшэнь!
— Это я. Мы не виделись несколько дней, как вы поживаете?
Нютоу и Мамянь усиленно закивали. Оба стали всматриваться на восток и вскоре… вспомнили, что их изначальные духи не слишком сильны, а радиус восприятия ограничен.
В этот момент они видели лишь, как над ними издалека прилетает множество душ и истинных душ, а у подножия утёса на облаках летят несколько культиваторов — живых существ, прибывших в Дифу по делам…
Снова послышался голос Ли Чаншоу, в котором сквозила улыбка:
— Друзья, сейчас я нахожусь за десять тысяч ли от вас и приближаюсь вместе с одним великим генералом Небесного двора. Этот генерал имеет необычайное происхождение, и в Дифу он прибыл, чтобы проверить положение дел. Одно его слово перед Его Величеством Юйди стоит десяти моих. Если Дифу намерена перейти под управление Небесного двора и получить защиту Небесного Императора, то в этот раз нужно хорошо себя показать и действовать осторожно.
Услышав это, Нютоу и Мамянь воспрянули духом. Братья переглянулись, их глаза светились радостью.
Нютоу крикнул:
— Живее! Ма, иди извести Великого жреца-у, пусть наведут в городе шороху! Му-у-у!
— И-го-го!
Мамянь рванул с места и одним прыжком преодолел сотни чжанов. Он мчался по вершине утеса, не забывая на бегу достать каменный гребень и причесывать свою гладкую гриву.
Нютоу потер свои огромные лапищи, спрыгнул к заставе и во всю глотку заорал, приказывая нескольким сотням охранявших это место у засуетиться. Это не на шутку напугало тех немногих культиваторов, что как раз собирались пройти через пост.
Когда Ли Чаншоу, управляя облаком, подлетел к ним на расстояние тысячи ли вместе с Чжао Дэчжу, Лунцзи и Ао И, Нютоу заметил их и зычно прокричал:
— Барабаны!
Несколько дюжих молодцов из рода у вынесли старый обшарпанный барабан. Нютоу схватил колотушки и выбил дробь боевого танца у.
Бум-бум-бум…
В разных частях города Фэнду загремели барабаны, отозвавшись эхом почти в половине Мира Юймин.
Увидев это издалека, Ли Чаншоу едва заметно улыбнулся.
Чжао Дэчжу сказал через передачу голоса:
— Чангэн, похоже, ты уже успел сделать в Дифу немало приготовлений.
— Ваше Величество заблуждается, этот мелкий бог ничего не делал, — ответил Ли Чаншоу. — Просто в Дифу прослышали, что род драконов подчинился Небесному двору, и зная о милосердии Небесного Императора, они сами пожелали войти в наш строй.
Чжао Дэчжу тут же довольно сощурился, однако… его заблуждение лишь укоренилось.
Позади них Лунцзи взглянула на Ао И и тихо прошептала:
— Учитель всю дорогу с кем-то переговаривается.
Ао И кивнул, ничего не ответив, на его пригожем лице отразилась задумчивость.
Стоило облаку Ли Чаншоу опуститься перед ущельем Исяньтянь, как он услышал беспорядочные выкрики «У-ла-у-ва!» нескольких десятков у.
Сбросив матерчатые доспехи стражей канцелярии, у обмотались звериными шкурами, сдержали кипящую в жилах кровь и под бой барабанов закружились в грациозном танце, представив исполненный силы групповой танец.
Когда они закончили и расступились, Чжао Дэчжу одобрительно захлопал в ладоши.
— Му-у-у! Дорогу! Явите тушь и кисти! — скомандовал Нютоу.
Стражи Дифу, охранявшие заставу, разом развернулись и подняли с двух сторон десять огромных камней, на которых чьей-то кровью были выведены десять крупных иероглифов:
«Дифу приветствует вас!
С сансарой проблем не будет!»
— Пф-ф! — Лунцзи не сдержалась и, прикрыв рот ладонью, рассмеялась. Ао И тоже едва заметно улыбнулся.
Чжао Дэчжу одарил всех приветливой улыбкой и вместе с Ли Чаншоу прошёл вперёд, чтобы сесть в приготовленную… воловью повозку.
В этот раз Нютоу лично вел вола. Не успели они выйти за пределы Исяньтянь, как он принялся увлеченно расхваливать «туристические достопримечательности» Мира Юймин.
Ли Чаншоу с улыбкой спросил:
— А где же наш друг Мамянь?
— Ушёл вперед готовиться! Му-у-у! — небрежно бросил Нютоу как раз в тот момент, когда воловья повозка покинула ущелье и вышла из зоны действия сдерживающего построения.
Внезапно повеяло иньским ветром, отовсюду послышался призрачный женский смех.
Издалека донеслась протяжная скорбная музыка, и под этот печальный аккомпанемент по небу и земле закружились сонмы женских силуэтов.
Они явились, они явились! С застывшими улыбками, источая густую иньскую энергию, они летели все вместе!
В руках у них были корзины с цветами, из которых они рассыпали лепестки цветов пианьхуа2…
Они напевали мелодии, напоминавшие те, что поют в мире смертных для заманивания душ…
— Шуйшэнь, ну как тебе?
Нютоу торжествующе усмехнулся:
— Это наш высший протокол приема в Дифу. Если этих мало, можем еще найти! У нас их навалом!
- Исяньтянь (一线天, yīxiàntiān) — «Полоска неба», природный ландшафт, где узкий проход между скалами оставляет видимой лишь узкую полосу неба. ↩︎
- Пианьхуа (彼岸花, bǐ’ànhuā) — цветы, растущие на берегах реки забвения в буддийской мифологии, также известные как ликорис лучистый или «цветы берега мёртвых». ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
