Внизу, в сиянии бессмертных сил, седовласая женщина смотрела на происходящее, и в глазах её застыло отчаяние. Она горестно звала «Сяо Я», вопрошая и крича:
— Когда же вернётся мой сын!
— Когда же вернётся мой сын!
Ли Чангэн стоял глубоко под землёй в толще скал. Он смотрел вверх на эту сцену и на какое-то время погрузился в молчание.
Чёрное пламя постепенно утихало. Барьер бессмертных сил внизу слабо мерцал, уже не в силах держаться.
В свете огня Юцинь Сюанья медленно опускалась вниз. Её окутывали пряди лазурного сияния, ледяное синее платье было сплошь в прожжённых дырах, а свет бессмертных сил вокруг её тела вытягивал те немногие крохи энергии, что у неё остались.
Юцинь Сюанья изо всех сил старалась удержать равновесие, чтобы не упасть. Она хотела приземлиться на ноги, но стоило ей коснуться земли, как колени подогнулись, и она опустилась прямо перед пожилой женщиной…
— Нян.
Пожилая женщина левой рукой сжала запястье молодой женщины, а правую, дрожащую, подняла и протянула к бледному, измождённому лицу Юцинь Сюаньи.
— Глупая Сяо Я, зачем ты вернулась?
Уголки глаз Юцинь Сюаньи покраснели, она поджала губы и покачала головой.
В воздухе уже раздавались резкие женские выкрики, со всех сторон наступали чёрные тени. К счастью, те бессмертные, что прежде преграждали путь Юцинь Сюанье и преследовали её, теперь не двигались вперёд.
Юцинь Сюанья проглотила две пилюли, мягко вдохнула и раскрыла правую ладонь. Тяжёлый меч вновь обратился в летящие мечи, чтобы отразить врага.
Пошатываясь, она поднялась и заслонила собой нян и старшую невестку. Медленно выпрямив спину, она обвела взглядом всё вокруг.
Её голос охрип от слабости, но летящие мечи всё ещё звенели. Они превращались в потоки света, раз за разом оттесняя нападающих.
— А ну прочь!
Та тяжело раненная женщина в чёрном халате и маске снова прилетела назад, яростно ругаясь сквозь зубы.
Она достала из-за пазухи деревянный треножник и высыпала из него чёрных ядовитых насекомых. В мгновение ока эти насекомые выросли до размеров вороны и бросились в атаку на Юцинь Сюанью.
Юцинь Сюанья, превозмогая слабость, сложила пальцы в магический жест и, обернувшись, прижала к себе нян и старшую невестку. Шестнадцать летящих мечей стремительно закружились в радиусе трёх чжанов, окружая собой больше десятка женщин.
Тела этих ядовитых насекомых словно были выкованы из алмаза — мечи отбрасывали их, но не могли нанести ни малейшего вреда.
Летящие мечи сновали с невероятной скоростью, и возведённая ими линия обороны на время сдержала сотни ядовитых тварей.
Однако техника управления мечами требовала огромных затрат бессмертных сил. Пилюли, которые проглотила Юцинь Сюанья, были гораздо сильнее обычных восстанавливающих снадобий, но даже их действие не могло восполнить потери энергии.
Не колеблясь, она зажгла силу юаньшэнь1, но это помогло ей продержаться лишь мгновение…
— Сяо Я!
Пожилая женщина попыталась оттолкнуть Юцинь Сюанью, но как мог обычный человек, лишь принявший пилюлю долголетия, сдвинуть истинного бессмертного?
Пусть даже бессмертную, чьи силы были на исходе и которая становилась всё слабее;
Пусть даже бессмертную, которая из-за возжжения силы юаньшэнь больше не могла сдерживать полученные в пути раны…
Сознание Юцинь Сюаньи постепенно затуманивалось. Искусство управления мечами, въевшееся в плоть и кровь, теряло мощь. В глубине души всплывали образы, они накладывались друг на друга, пока не остался лишь один силуэт со спины.
Он стоял в размытом свете и тенях, мягко говоря ей, говоря…
«Только благодаря такой младшей соученице, как ты, я могу вовремя вспоминать о важном, ты словно светишь мне».
«Младшая соученица, посмотри на эту клятву Небесному Дао, гладко ли я её написал?»
«Я всегда боялся хлопот, не хотел привлекать лишнего внимания и тем более не желал ввязываться в какие-либо бури».
«Несколько лет назад у меня внезапно появилась болезнь — всё тело сводит судорогой, стоит только женщине коснуться меня».
«Пик Малого Циона, Ли Чангэн, девятая ступень Трансформации Духа…»
Старший брат, береги себя.
Тогда на склоне холма она хотела произнести эти слова, но в последний момент сердце её дрогнуло, и она промолчала.
Бессмертные силы были исчерпаны…
Сила юаньшэнь почти иссякла, сияние на летящих мечах начало слабо мерцать.
Чувство слабости, утомление и неизбежный страх перед лицом смерти — всё это разбивалось о её непоколебимое сердце Дао.
Я не жалею, не ропщу, не питаю ненависти и не имею сожалений.
Юцинь Сюанья медленно закрыла глаза. Её юаньшэнь слегка содрогнулся, в самом его центре затеплилась искра огня — она была готова сжечь свой чжэньлин2, чтобы защитить это место ещё на миг.
Она была первой среди учеников школы Дусяньмэнь, ученицей, которой гордился учитель.
Даже если ей суждено погибнуть здесь, она не позволит своей душе попасть в чужие руки, чтобы не навлечь позор на школу.
Учитель, простите, ваша ученица не оправдала ваших надежд…
Тук!
Тук, тук, тук…
Юцинь Сюанья невольно замерла. Мир в её глазах уже почти обесцветился, и она опустила взгляд на старшую невестку, которую видела лишь раз в жизни.
Неизвестно откуда взяв силы, Юцинь Сюанья протянула правую руку и положила её на слегка округлившийся живот молодой женщины.
Это… это билось сердце…
Пальцы Юцинь Сюаньи задрожали, глаза внезапно покраснели, слёзы брызнули, словно жемчужины с оборванной нити. Хриплым голосом она спросила:
— Почему… почему…
Она спрашивала снова и снова.
Молодая женщина, которая до этого момента держалась изо всех сил, закрыла лицо руками и громко разрыдалась.
— Почему всё так, — дыхание Юцинь Сюаньи сбилось, силы окончательно покинули её, и она едва не рухнула на землю.
Дзинь, дзинь-дзинь…
Мечи один за другим падали на землю, их блеск погас.
Чёрные тени медленно приближались, а ядовитые насекомые собрались в воздухе, зависнув над головой Юцинь Сюаньи подобно огромной скале.
Женщина в чёрной маске в небе неистово хохотала. Она взмахнула рукой, и рой насекомых с силой обрушился вниз…
Юцинь Сюанья крепко зажмурилась, левой рукой сжала подвеску и, дрожа губами, издала слабый призыв:
— Помоги мне…
Хум!
Внезапно в небо ударил столб золотого света, центром которого стала Юцинь Сюанья, накрыв собой пространство в десять чжанов!
Падающие насекомые мгновенно расплавились в этом сиянии, а сам золотой луч прошил густой дым и пронзил ночное небо!
Юцинь Сюанья сидела на коленях с плотно закрытыми глазами. Сжимая обеими руками нефритовую подвеску, она вложила остаток сил в крик:
— Помоги мне! Помоги мне спасти её… Старший брат, а-а-а!
Вокруг золотого света воцарилась тишина, слышны были только её рыдания.
Стройная фигура неведомо когда появилась рядом с Юцинь Сюаньей. Человек был одет в тёмно-синий халат школы, который выдавали в Зале Байфань, длинные волосы были просто перехвачены лентой. Он стоял, опустив голову и глядя на хрупкую, израненную девушку перед собой.
— Я здесь.
Тело Юцинь Сюаньи мелко задрожало, она в смятении повернула голову и увидела, как большая ладонь опустилась к ней, вкладывая несколько пилюль прямо в рот.
— У-у, у-у-у!
Ли Чангэн поднял голову к небу, обводя взглядом всё вокруг. Из золотого сияния вылетели бесчисленные фулу, которые в мгновение ока закрыли собой небо и луну — их были тысячи, а может, и десятки тысяч…
Голос Ли Чангэна разнёсся внутри и за пределами города:
— Кто не хочет умирать, запечатайте своё совершенствование и медитируйте на месте.
Ли Чангэн на мгновение умолк и посмотрел за пределы золотого света на женщину в маске. Уголки его губ слегка дрогнули.
— Кроме тебя.
- Юаньшэнь (元神, yuánshén) — изначальный дух, высшая духовная субстанция практика. ↩︎
- Чжэньлин (真灵, zhēnlíng) — истинная душа, ядро сущности бессмертного, уничтожение которого означает окончательную смерть. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
