— Кхм-кхм!
— Фужэнь, я знаю, что это неправильно и вопреки здравому смыслу, но я просто не могу скрыть своего восхищения вами. Сегодня лунный свет так прекрасен, и когда я смотрю на вас, мне кажется, будто я оказался во дворце на самой Луне. Позвольте мне видеться с вами чаще? Пусть это будут даже простые беседы. Фужэнь, из всей вашей жизни мне нужна лишь одна ночь.
— И вот так…
Стоявшие рядом Ао И и Ли Чаншоу помрачнели, а Юэ-лао, напротив, прилежно записывал эти слова. Бянь Чжуан продолжал разглагольствовать, прикрываясь «одним своим знакомым», и предлагал разные тактики обольщения.
Человек и дракон, стоявшие рядом, синхронно отвернулись.
Ли Чаншоу достал фарфоровый флакон, протянул его Ао И и сделал выразительный жест рукой у горла. Ао И понимающе кивнул и невозмутимо спрятал флакон, но всё же, почувствовав некоторую жалость, передал мысленно:
— Гэгэ-глава учения, в конце концов, это ведь мы заставили его говорить. Не будет ли предосудительным вот так сразу его избить?
Едва он закончил фразу, как Бянь Чжуан за его спиной выдал ещё пару советов:
— Если дело раскроется, можно с бесстыжим видом стоять на своём и крикнуть королю демонов, который пришёл ловить вас на горячем: «Ты потерял всего лишь достоинство и лицо мужчины-демона, но твоя фужэнь лишилась истинной, предначертанной Небом судьбы!» После такого точно пойдёт бой не на жизнь, а на смерть.
Ао И молча вынул меч, его узкие драконьи глаза вспыхнули яростью. Ли Чаншоу поспешил его остановить. Такой талант, как второй шисюн, в будущем мог ещё очень пригодиться, так что нельзя было оскопить его прямо сейчас.
Тем временем Бянь Чжуан, увлечённый поиском новых идей, внезапно почувствовал странный озноб, но, охваченный чувством долга и гордостью за свою миссию, не обратил на это внимания и продолжил болтать с Юэ-лао.
***
Неизвестно, как долго смогут продержаться демоны Северного континента.
В течение полугода после того, как Лу Я разослал свой манифест о карательном походе против Небес, Ли Чаншоу был крайне занят в Небесном дворце. Лишь когда работа всех ведомств вошла в привычное русло, а набор небесных воинов и отбор полководцев нормализовались, он смог постепенно освободиться.
Он отправил несколько бумажных даосов в недра Северного континента, чтобы следить за обстановкой и заодно проверять «достижения» различных божеств Небесного двора.
За первые полгода наибольших успехов добился Дворец Бракосочетаний.
Связывая красными нитями одиноких королей демонов, они подрывали их боевой дух и заставляли сердца метаться в тоске; связывая нитями уже женатых королей, они провоцировали десятки случаев междоусобной грызни, из-за чего более десяти молодых предводителей демонов погибли или получили раны.
Вторым по результативности после Дворца Бракосочетаний следовал Дворец Грома, а за ним — Дворцы Божественной мощи и Божественных отхожих мест.
На границах Северного континента времена года сменили свой черед, в местах скопления демонов перестала расти трава, а духовная энергия постепенно становилась мутной. Непрестанно гремел небесный гром, катились валы небесного огня, а на закатных облаках на западе то и дело проступали надписи: «Род демонов обречен», «Демоны несправедливы», «Кто творит беззаконие, сам себя погубит», «Борьба с Небесным двором — путь к смерти». Всё это оказывало на демонов огромное давление.
К этому времени мелкие бесы с низким уровнем культивации уже почти утратили боевой дух, а другие живые существа старались держаться как можно дальше…
В миазмах Северного континента часто мелькали охотники из племени ведьм; на юге же многочисленные бессмертные ордена северной части Срединного континента объединились, чтобы блокировать границы и не дать демонам ступить на свои земли.
К счастью для них, силы демонов с других границ непрерывным потоком снабжали восставшую армию Северного континента, позволяя ей держаться дальше.
Всего за полгода внутри рода демонов появилось немало трещин, которые, впрочем, пока удавалось сдерживать старым демонам древних времен.
Ли Чаншоу так и не удалось обнаружить следов даоса Лу Я. Полгода прослушивания не принесли вестей и о появлении у демонов какого-либо военного советника, что вызывало у Ли Чаншоу легкое недоумение.
Неужели Лу Я сам додумался до этой тактики?
Совсем на него не похоже.
На пике Сяоцюн Ли Чаншоу отозвал большую часть своего сознания. Сидя в тишине в бамбуковой роще, он открыл глаза.
Взглянув на оживленную комнату для игр, Ли Чаншоу невольно усмехнулся.
Редко когда все были в сборе: только что вышедшие из затвора Линъэ и Юцинь Сюанья тоже были там — пили чай, беседовали, играли на цине и в шахматы. Наставница-предок Цзян Линьэр вместе с тётями-наставницами Цзю Цзю и Цзю Юйши азартно резались в «Доу Дашэнь»1.
Ли Чаншоу на облаке отправился к загону для духовных зверей, проверил находящуюся в затворе Сюн Линли, а затем мысленно позвал Линъэ и Юцинь Сюанью выйти из павильона, решив заодно приоткрыть для Линъэ завесу дел Небесного двора.
— Шисюн!
— Чаншоу-шисюн.
Раздались два тихих оклика, и Линъэ с Юцинь Сюаньей одновременно прилетели на облаках. Их одежды развевались на ветру, являя взору неописуемую красоту, у каждой — своего рода.
Линъэ была подобна куску чистейшего белого нефрита. Изящная прическа «плывущие облака», белоснежная нижняя одежда и светло-зеленое шелковое платье с вышитыми орхидеями в сочетании с легкой, как дымка, светло-белой юбкой с высокой талией — красоту её стана нельзя было описать простым словом «стройный».
Юцинь Сюанья же была облачена в свое любимое ледяно-синее платье, волосы собраны в хвост. Белоснежная лебединая шея и почти идеальные линии фигуры гармонировали друг с другом, но даже такая стать не могла затмить её чистого и прекрасного лица.
Хотя для Ли Чаншоу всё это можно было описать одной фразой…
Просто радуют глаз.
Ли Чаншоу установил вокруг них барьер, взглянул на свой камень восприятия, а также на амулеты, защищающие от подслушивания, что были у обеих младших сестер, и перешел прямо к делу:
— Сюанья, как далеко ты от уровня Небесного Бессмертного?
«Сюанья?» Линъэ удивленно моргнула. Когда это шисюн стал так близок с Юцинь-шицзе!
Юцинь Сюанья ответила:
— Потребуется минимум десять с лишним лет затвора… Чаншоу-шисюн, неужели моя культивация продвигается слишком медленно?
— В культивации не важна скорость, ты и так прикладываешь много усилий, — мягко сказал Ли Чаншоу, доставая из-за пазухи два флакона с пилюлями и передавая их Юцинь Сюанье с помощью бессмертной силы. — Эти пилюли ускоряют развитие и укрепляют связь культиватора с Великим Дао. Принимать можно лишь по одной в десять лет. Не торопись, продвигайся шаг за шагом. Насколько сможешь прорваться с их помощью — настолько и будет хорошо.
Ли Чаншоу с некоторым беспокойством дал наставления и спросил:
— Слышали ли вы о том, что между родом демонов и Небесным двором вот-вот вспыхнет война?
— Слышали, — ответила Линъэ. — Многие старшие в ордене говорят об этом, в Фэнъюйчжоу2 часто об этом упоминают.
Юцинь Сюанья спросила:
— Небесному двору не хватает людей?
— Верно, но спешить не стоит, — сказал Ли Чаншоу. — Сейчас Небесный двор в стадии подъема, и я хочу сделать из тебя, Сюанья, почитаемую героиню Небес, а для этого тебе нужна опора в виде уровня Небесного Бессмертного. Сейчас среди небесных воинов и полководцев преобладают мужчины, но в том, что касается силы культиваторов, мужчины и женщины равны. Если в Небесном дворе появится доблестная дева-воительница, не уступающая мужчинам, это принесет огромную пользу.
Услышав это, Юцинь Сюанья поджала губы, сложила ладони в приветствии и, низко склонив голову, твердо произнесла:
— Сюанья не разочарует шисюна!
— Хорошо!
«Повышение лидерских качеств женщин-культиваторов Великих Пустошей зависит от тебя!»
Конечно, вслух это произносить не стоило.
Ли Чаншоу снова заговорил:
— Линъэ, как продвигается твоя подготовка к испытаниям в мире?
— Ну… разве это не через двенадцать лет… Хи-хи, шисюн, неужели тебе и правда не жаль отпускать меня одну в этот холодный мир Великих Пустошей?
Ли Чаншоу кивнул:
— Да, не жаль, и даже очень не жаль…
Не успел он договорить, как все трое услышали голос:
— Линъэ отправляется на испытания? Это дело хорошее.
Дафаши!
Ли Чаншоу обернулся и увидел возникшую рядом вращающуюся схему Великого предела. Мощь врожденного сокровища Тайцзиту Ли Чаншоу ни с чем бы не спутал.
Из схемы донесся голос Дафаши:
— Чангэн, иди сюда вместе со своими младшими сестрами. Угадай, что твой старший брат вам принес?
Ли Чаншоу был полон вопросов. Дав наставления Линъэ и Сюанье не забывать о приличиях, он повел их внутрь схемы, и они мгновенно оказались в той самой речной долине неподалеку от секты Дусяньмэнь.
В игровой комнате Цзю Цзю глянула в сторону загона для зверей и пробормотала:
— Куда это они вдруг подевались?
— Сердце не на месте? — прищурившись, усмехнулась Цзян Линьэр. — Раз так, сходи и проверь сама. Пара Небесных Бессмертных!
— Тётя-наставница, вы только что выкинули пару Небесных Бессмертных, — меланхолично заметила Цзю Юйши. — А у меня тут еще одна карта Небесного Бессмертного завалялась.
— А, правда? Ха-ха-ха! Тётя-наставница вовсе не мошенничает!
***
- Доу Дашэнь (斗大神, dòu dàshén) — «Борьба с божеством», пародия на популярную карточную игру «Доу дичжу» (Борьба с помещиком). ↩︎
- Фэнъюйчжоу (风语咒, fēng yǔ zhòu) — магическое заклинание «Заклятие ветра», используемое для передачи новостей и слухов на расстоянии. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
