На горизонте золотой свет рассеял густой черный дым, заполнявший небо.
— Почему кажется, что этот небесный демон умер, не сумев сомкнуть глаз? — вздохнул даос Тай-и.
Несколько фигур прилетели издалека. Добао-даожэнь держал на ладони юношу, захваченного небесным демоном. Он слегка встряхнул рукой, и тело юноши превратилось в горсть пыли, развеявшейся между небом и землей.
— Этого юношу уже не спасти, его душа была подчистую съедена небесным демоном, — произнес Чжао Гунмин. — Похоже, этот демон обосновался здесь уже давно, а не прибыл в этот раз.
Ли Чаншоу медленно кивнул, глядя на мерцающие тусклым золотом пылинки, и на мгновение задумался.
Хотя самый глубоко затаившийся юйвай тяньмо1 был вынужден явиться, по настоянию Ли Чаншоу пение сутр продолжалось еще некоторое время.
Когда бессмертные снова встретились, Добао-даожэнь пробормотал неуверенным тоном:
— На этот раз их точно не осталось, верно?
Все взгляды обратились на Ли Чаншоу. Тот на мгновение задумался и произнес: — Трудно сказать наверняка, в делах мира нет ничего абсолютного.
— Ты что, хочешь переплавить весь этот малый мир заново? — со смехом отругал его даос Тай-и. — Мы уже применили несколько мер одновременно, какие еще могут быть упущения?
Ли Чаншоу лишь слегка улыбнулся даосу Тай-и.
Путь осторожности не имеет пределов.
— Чангэн, распоряжайся дальнейшим сам, — Добао-даожэнь с улыбкой передал полномочия командования, предоставив Ли Чаншоу выбор.
Теперь, когда дело было улажено, пришло время разбирать мельницу и избавляться от осла…
— Благодарю, Добао-шисюн, — Ли Чаншоу сложил руки в приветствии и посмотрел на пришедших из Западного учения — человека и зверя.
Сердце Дицзана сжалось, Дитин поджал задние лапы, и оба уставились на Ли Чаншоу.
Ли Чаншоу, однако, улыбнулся и поклонился Дицзану:
— В устранении угрозы небесных демонов заслуга Дитина велика. Как говорится, способным достается больше дел, так что не будет ли разумно попросить Дитина остаться здесь и нести дозор еще некоторое время?
— В словах Водного бога есть смысл, — слегка улыбнувшись, ответил Дицзан.
Даос Тай-и, засунув руки в рукава, посмотрел на Дитина и лениво проговорил: — Главный хозяин еще слова не сказал, чего ты лезешь соглашаться?
Хотя Дицзан был полностью готов к язвительности даоса Тай-и, его лицо все равно потемнело, а дыхание сбилось. Чжао Гунмин и Добао-даожэнь рядом довольно прищурились.
На этот раз именно Ли Чаншоу выручил Дицзана из неловкого положения.
Он сразу сменил тему: — Старшие соученики, не стоит ли нам заглянуть в город Сюаньду? Неизвестно, стабилизировалась ли там обстановка.
— Нельзя, — Добао-даожэнь наотрез отказал и серьезно добавил: — Если старший соученик Сюаньду сам не попросит о помощи, мы не имеем права ступать туда без спроса. Это правило города Сюаньду, установленное еще в древности. Магические способности небесных демонов причудливы и непредсказуемы. Если мы поспешим туда бездумно, то, возможно, дадим им шанс.
Услышав это, Ли Чаншоу невольно озадачился.
— Раньше уже случалось подобное, — мягко сказала Юньсяо-сяньцзы. — Мастера, решившие самовольно помочь городу Сюаньду, попали под влияние небесных демонов, что привело к великой битве внутри города. Оборона Сюаньду тогда почти рухнула. Сейчас в городе Сюаньду находятся в основном дао-солдаты, созданные с помощью магических сил, и это тоже следствие того происшествия.
Дао-солдаты? Об этом он уже слышал от Великого монаха, но не знал подобных подробностей.
Ли Чаншоу с улыбкой кивнул, оставив мысль привести сюда Юцинь-шицзе для получения опыта, и расспросил Юньсяо-сяньцзы еще о нескольких деталях.
Вскоре Добао-даожэнь открыл земляной туннель, и бессмертные один за другим влетели в него, возвращаясь на Пять Континентов.
Когда проход закрылся, Дицзан опустил голову и посмотрел на Дитина под собой; на его лбу начали вздуваться вены.
Могучее тело Дитина вздрогнуло, и он поспешно передал мысленно:
— Хозяин, мы под карнизом Водного бога, приходится склонять голову.
— О? Неужели?
Дицзан молча спрыгнул со спины Дитина, достал из рукава пестик для усмирения демонов с платком и принялся неспешно его протирать.
Дитин отступил на полшага.
— Хозяин, неужели вы не думаете, что это именно из-за нашего выдающегося поведения Водный бог решил нас отпустить…
Вж-ж-ж! Пестик для усмирения демонов слегка завибрировал.
— Неужели вы сомневаетесь в моей искренней преданности? В «Атласе чудовищ и духов», составленном Шангу Яошуай Байцзэ, я — символ верности! Хозяин, давайте поговорим по-хорошему!
— Раз верный, то стой смирно!
— Хозяин, уберите палку, тогда и поговорим!
— Негодяй, и зачем только я тебя тогда взял!
— Хозяин, нельзя же вот так взять и отвернуться от собственного зверя!
— Стой!
— Хозяин, вы просто не можете справиться с Водным богом, бессмысленно так упрямиться, ха-ха-ха-ха!
В лучах утреннего солнца по небу неслась большая собака с синей шерстью, а за ней, занеся пестик для усмирения демонов, гнался молодой даос в широких одеждах с чистыми чертами лица.
Во многих племенах людей, только что переживших смуту небесных демонов, люди издалека наблюдали за этой сценой с легкими улыбками.
За пределами великого массива города Сюаньду Сюаньду-дафаши стоял среди куч черной слизи, глядя на черные тени, разбегающиеся в море Хаоса, и с облегчением выдохнул.
— У Чаншоу там, должно быть, все уже улажено?
Великий монах на мгновение задумался, но все же почувствовал легкое беспокойство. В конце концов, небесные демоны весьма коварны, и хотя его младший брат во всем проявляет осмотрительность, он всё же слишком простодушен.
Да, простодушен.
***
В мирской обители Наньшаньбучжоу2, в большом городе, который в последнее время оживился из-за некоего «великого мудреца».
У ворот академии семеро юношей и девушек стояли уже целый час, находясь здесь с самого рассвета.
Поначалу они начали было ворчать, чувствуя, что Му-сяньшэн нарушил обещание.
Но когда Хуа Юминь произнес: — Должно быть, это испытание, которое устроил нам сяньшэн! — группа ребят тут же взбодрилась и принялась терпеливо ждать. Вскоре на лицах трех девушек, не надевших сегодня вуали, выступила испарина.
Хуа Юминь вдруг внезапно обнаружил:
«А эта несносная Ся Ниншуан, оказывается, довольно симпатичная».
Хотя она была еще совсем юной и не обладала таким чарующим станом, как играющая на струнах Инъин или Тин-Тин и Шуан-Шуан из цветочного терема, чьи фигуры заставляли воображение разыгрываться при первом же взгляде, ее лицо было чистым и милым. Чем дольше он смотрел, тем больше казалось…
— Чего уставился! — Ся Ниншуан вскинула брови и фыркнула. — Если бы сяньшэн не запретил надевать вуаль, я бы ни за что не позволила такому ветреному гуляке, как ты, пялиться на меня!
У Хуа Юминя слегка дернулся уголок рта.
И что в ней такого? Да это же просто свирепая женщина! Тот, кто на ней женится, точно будет страдать от ее придирок всю жизнь!
Не связываться, лучше не связываться. Нужно просто прилежно учиться мастерству у сяньшэна.
Скрип — деревянная дверь академии отворилась, и перед ними предстал Ли Чаншоу в облике ученого средних лет. Зеная, он произнес:
— Заходите.
— Сяньшэн, вы только что проснулись? — вытаращил глаза Хуа Юминь.
— Вчера ночью бушевала буря, выходил истреблять нечисть, — спокойно ответил Ли Чаншоу. — Вернулся, притомился и решил немного вздремнуть.
При этих словах глаза Хуа Юминя и остальных троих юношей мгновенно зажглись, три девушки тоже проявили любопытство.
— Неужели демоны действительно существуют? — поспешил спросить Хуа Юминь.
— Ха-ха-ха-ха!
Ли Чаншоу громко рассмеялся. Когда все семеро вошли внутрь, он закрыл деревянные ворота и, заложив руки за спину, пошел по каменной дорожке, мягко говоря:
— В этом мире люди — основа, но когда всё сущее обретает разум, их называют мириадами духов. Как говорится, люди, духи, бессмертные, демоны, оборотни и призраки — в мире ни в чем нет недостатка. Просто здесь, в Южном Чжоу, в местах обитания нашего человеческого рода, другие встречаются довольно редко. Что же до оборотней и демонов: когда дух уклоняется от пути истинного, он становится оборотнем-яо, когда человек теряет всякую совесть, он становится демоном-мо. Только и всего.
Хуа Юминь, моргая, тщательно обдумывал эти слова. В его душе вновь возникло странное чувство, и он постарался запомнить каждое слово.
Войдя в бамбуковую хижину, Ли Чаншоу зевнул:
— Вы семеро сначала обсудите, какие именно уроки выберете, а я еще немного отдохну. Занятия начнутся после полудня.
- Юйвай тяньмо (域外天魔, yùwài tiānmó) — в китайской мифологии существа из внешних миров, стремящиеся поглотить души и разум практикующих даосов. ↩︎
- Наньшаньбучжоу (南赡部洲, nánshànbùzhōu) — один из четырех великих континентов в буддийской космологии, обитель людей. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
