Фу Чэнъюй неспешно подошёл к ним, посмотрел на Жуань Сысянь и Фу Минъюя и усмехнулся:
— А ты действительно вовремя вернулся.
Жуань Сысянь ещё не успела прийти в себя, а Фу Минъюй уже взглянул на наручные часы и сказал:
— Времени мало, я сначала пойду поем новогодний ужин, а ты?
Фу Чэнъюй указал назад, где всё ещё находилось несколько иностранных мужчин средних лет, а затем снова посмотрел на Жуань Сысянь:
— Познакомимся в следующий раз, сегодня не буду вам мешать.
Даже когда они вернулись домой, Жуань Сысянь всё ещё казалось, что всё это происходит не наяву.
Фу Минъюй сразу прошёл на кухню, а Жуань Сысянь, даже не переодевшись, последовала за ним.
— Почему не перевезла вещи наверх?
Жуань Сысянь не ответила. Она стояла позади Фу Минъюя и ткнула его пальцем в спину.
— Ты сегодня всё время провёл в самолёте?
Фу Минъюй открыл холодильник, окинул его взглядом, пытаясь отыскать какие-нибудь свежие продукты.
— А как иначе? В холодильнике шаром покати, что мы будем есть сегодня вечером?
Жуань Сысянь смотрела на его спину.
— Есть пельмени. Когда ты возвращаешься? Тебе не нужно побыть с а-де и а-нян? К тому же твой гэгэ тоже вернулся.
— Мой а-де в Америке, а-нян поехала к нему. Что же до моего гэгэ — как думаешь, он захочет ужинать с нами? — Он наклонился, открыл морозильную камеру и нахмурился. — Будем есть это?
Сказав это, он с облегчением улыбнулся.
Видов было довольно много.
И то хорошо: удобно и быстро.
Жуань Сысянь:
— В супермаркетах никого нет. Ты так и не сказал, когда возвращаешься в Сингапур.
Фу Минъюй небрежно достал упаковку пельменей и направился к кухонным шкафам.
— Попозже.
Такой ответ заставил Жуань Сысянь занервничать, и она тут же переспросила:
— Попозже — это когда именно?
Фу Минъюй неторопливо закатал рукава, начиная приготовления.
— Через два часа.
Жуань Сысянь приоткрыла рот, кровь во всём теле забурлила, а в сердце одновременно с этим поднялась волна горечи.
Промолчав какое-то время, она обняла Фу Минъюя со спины.
В те годы, когда она училась в университете, однокурсники каждый раз на Чуньцзе приглашали её к себе домой, но она не хотела их обременять и всегда отказывалась. Позже, когда она начала работать, почти каждый канун Нового года проходил в отелях.
— На самом деле тебе не стоило так утруждаться, я уже привыкла.
Вода закипела, Фу Минъюй бросил в неё пельмени и невозмутимо произнёс:
— Тогда избавляйся от этой привычки.
Когда в праздничной программе начали показывать фокусы, Жуань Сысянь, скрестив ноги на диване, не отрывалась от телефона в ожидании возможности перехватить «красные конверты». Она даже не заметила, когда Фу Минъюй сел рядом с ней.
— А!
Она тут же схватила Фу Минъюя за руку:
— Дай мне свой телефон!
Фу Минъюй мельком взглянул на неё и протянул телефон.
— Какой пароль?
— 0921.
Спустя несколько секунд Жуань Сысянь, уставившись в два экрана, с ледяным выражением лица не знала, что и сказать.
— Три юаня и два цзяо?
Фу Минъюй повернул голову к ней:
— Твоя удача…
Жуань Сысянь метнула в него гневный взгляд, и Фу Минъюй, усмехнувшись, проглотил слова, которые собирался произнести.
— Давай есть.
Она наклонилась, взяла миску и посмотрела на пельмени перед собой:
— Тебе не кажется, что это слишком скромно для тебя?
Фу Минъюй подхватил палочками пельмень и поднёс к её губам.
— Если сейчас же не съешь, то скоро «обиженной» почувствуешь себя ты.
Жуань Сысянь машинально открыла рот и, держа во рту пельмень, ошеломлённо уставилась на Фу Минъюя.
Прожевав, она невнятно пробормотала:
— Ты вообще человек?
Канун Нового года!
Всего два часа!
Она-то думала, он специально вернулся, чтобы встретить праздник вместе с ней, а оказалось — ради удовлетворения физиологических потребностей?!
Жуань Сысянь проглотила пельмень, отодвинулась на другой край дивана и уставилась в телевизор.
— Фу Минъюй, я подозреваю, что ты меня совсем не любишь, тебе просто нужно моё тело.
— А если не желать твоего тела, разве это можно назвать любовью?
— …?
Возразить было нечего.
Фу Минъюй протянул руку и снова притянул её к себе.
— Ешь быстрее, а то остынет.
Покончив с едой, Жуань Сысянь прильнула к груди Фу Минъюя. Её глаза были устремлены на экран, но мысли витали далеко от передачи.
Она то и дело поднимала голову, и её взгляду открывался подбородок Фу Минъюя.
— На что ты смотришь?
Жуань Сысянь потянулась рукой к его подбородку, он слегка покалывал пальцы.
— Всё кажется каким-то нереальным.
— Ты только посмотри на неё, — Фу Минъюй крепче обнял её и склонился ближе. — Тебе нужно что-то более существенное, чтобы почувствовать реальность происходящего?
— Ты…
Оставшиеся слова замерли на губах: Фу Минъюй нежно поцеловал её и, поглаживая по спине, негромко произнёс:
— Всё по-настоящему, я здесь.
Жуань Сысянь молчала, долго глядя на него, пока в глазах не защипало, и лишь тогда прошептала:
— Мне кажется, ты относишься ко мне лучше, чем моя а-нян.
— Вот как? Тогда в будущем всегда будь со мной, — спокойно сказал Фу Минъюй, не сводя взгляда с её лица. — Хорошо?
Жуань Сысянь опустила голову, уткнулась ему в грудь и обхватила его руками за талию, так крепко вцепившись в одежду, что кончики пальцев побелели.
В телевизоре шумел и гремел праздничный концерт, а за окном тихо падал снег.
Среди бесчисленных огней, горевших этой ночью в окнах домов, наконец-то нашёлся один, что светил именно для неё.
Два часа пролетели словно две секунды — не успела она и глазом моргнуть.
Из телевизора зазвучала знакомая всем песня, а за окном расцвели фейерверки.
Фу Минъюй поднялся, взял куртку и спросил:
— Я пойду?
Жуань Сысянь всё ещё пребывала в каком-то оцепенении. Только проводив его до самого низа, она заметила, что вышла в домашних тапочках, и её пятки остались открытыми.
— Поднимайся, — сказал Фу Минъюй. — Я ведь не навсегда ухожу, не делай такой вид, будто не хочешь меня отпускать.
— Кто это ещё не хочет отпускать? — Жуань Сысянь махнула ему рукой. — Иди уже, я спустилась просто ради приличия, я тоже пошла.
Фу Минъюй пристально посмотрел на неё и сел в машину, в то время как Жуань Сысянь зашла в лифт.
Вернувшись домой и увидев опустевшую квартиру, она внезапно почувствовала тоску.
Этот вечер казался сном.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
