В саду росло множество деревьев мэйхуа, чей аромат был нежен и тонок. В конце тропинки виднелся сложенный из кирпича и камня квадратный колодец. Ло Вэй всю дорогу жадно любовалась цветами и лишь подойдя к самому колодцу услышала шорох человеческих голосов:
— Кто здесь?
Голос осекся, словно от испуга.
Ло Вэй подошла ближе и увидела за колодцем юношу.
Он сидел на корточках, держа в руках надкушенную сладость, в уголках его рта виднелись крошки. Его щеки были впалыми, отчего круглые черные глаза казались еще больше.
Юноша был одет в дорогой парчовый халат с набивным узором из кизила, но обшлага его рукавов протерлись, нитки вылезли, а сама ткань покрылась пятнами разной величины — наряд выглядел совсем ветхим.
К тому же, в такой зимний день даже самый дорогой шелк не мог защитить от холода.
— Ты…
Ло Вэй наклонилась, но не успела ничего спросить, как юноша, словно от сильного испуга, подскочил на месте. Крепко сжав в руке сладость, он отступил на несколько шагов.
И как раз в этот момент издалека донесся зов:
— Шестой принц…
Шестой принц?
Услышав это обращение, Ло Вэй быстро перебрала в уме обрывки воспоминаний. В памяти всплыли лишь смутные образы – у Гао-ди сейчас всего шесть сыновей. Не считая старшего принца, который рано уехал в свои владения, второй, третий, четвертый и пятый уже достигли возраста начала обучения, и Ло Вэй видела их всех в зале Цзышаньтан.
Только самый младший, шестой принц Сун Лань, еще ни разу не появлялся в Цзышаньтане.
Мать шестого принца изначально была служанкой императрицы и жила при ней в боковом зале Цюнхуа, однако позже по неизвестной причине была заточена в саду Ланьсюнь, и с тех пор ее редко видели на людях.
Император туда не заглядывал, поэтому сад Ланьсюнь ничем не отличался от Холодного дворца. Мать Сун Ланя была слаба здоровьем, но почему-то Гао-ди так и не нашел для него приемную мать более высокого ранга.
Так Сун Лань с самого детства и жил в этом месте под присмотром евнухов и тёть-наставниц.
Глядя на него сейчас, казалось, что живется ему несладко. Неужели прислуживающие ему люди в дворце не проявляли должного усердия?
Пока Ло Вэй вспоминала былое под доносившиеся крики, юноша, не обращая внимания на остальное, поспешно запихнул остатки сладости в рот.
Кусок был довольно крупным, и юноша едва не подавился. Ло Вэй увидела, как он схватился за горло, а глаза его закатились, и поспешно вытащила свой шелковый платок. Одной рукой она стерла крошки с его губ, а другой легонько похлопала по спине:
— Шестой принц, глотайте медленнее.
Едва она договорила, как подбежала запыхавшаяся, крупного телосложения тётя-наставница. Не успев толком разглядеть представшую перед ней картину, она принялась отчитывать:
— Ланцзюнь заставил нас набегаться в поисках!
Ло Вэй, не заметив в ее словах ни капли уважения, невольно удивилась — в императорском городе царили строжайшие порядки, и она еще никогда не видела столь дерзких и невоспитанных слуг.
— Как тётя может так отчитывать шестого принца?
Услышав голос, тётя-наставница, уперев руки в бока, подняла голову и только тогда заметила стоявшую рядом девочку в плотном парчовом халате цвета абрикосового рассвета.
Несмотря на юный возраст, лицо ее было миловидным, а одежда — изысканной. Когда она говорила, белояшмовые подвески в ее ушах покачивались, отражая свет неяркого зимнего солнца.
Тётя-наставница не знала, кто такая Ло Вэй, но с одного взгляда поняла, что перед ней благородная особа из императорского города, и тут же сменила гнев на милость, расплывшись в улыбке:
— Благородная особа не знает, шестой принц непослушен, мы лишь боялись, что он поранится, потому и бросились искать его и отчитывать. Если мы проявили неучтивость, молим благородную особу о прощении.
Ло Вэй не успела ответить, как юноша схватил ее за край рукава, но тут же отдернул руку, словно испугавшись, что его ладони слишком грязные.
Он произнес едва слышно, словно писк комара:
— Цзецзе, я не проказничал, я просто очень проголодался.
Тётя-наставница нахмурилась, но в присутствии Ло Вэй была вынуждена проглотить готовые сорваться с языка жалобы:
— Обед закончился совсем недавно, ланцзюню не следует снова принимать пищу.
Ло Вэй бросила на нее взгляд, а затем сама взяла его за руку и повела в ту сторону, откуда пришла:
— Ничего страшного, принц, идемте со мной.
Увидев, что они собираются уходить, тётя-наставница всполошилась и преградила им путь, упав на колени:
— Благородная особа, нельзя! По указу императора, до того как он начнет обучение в зале Цзышаньтан, его высочеству не велено покидать сад Ланьсюнь.
— Ло Вэй!
Кто-то позвал ее, и по узкой тропинке, выложенной синим камнем, подбежала девочка. Ло Вэй посмотрела вдаль и, узнав принцессу Шу Кан, радостно помахала рукой. Приподнявшись на цыпочки, она заметила, что вслед за Сун Яофэн идет и Сун Лин.
Теперь у тёти-наставницы не осталось причин не узнать пришедших, и она принялась отвешивать земные поклоны:
— Нижайший поклон второму принцу и принцессе.
Сун Яофэн подбежала к ним. На ней был красный плащ, отороченный мехом снежной лисицы, который выглядел очень теплым:
— И как ты только сюда попала? Хорошо, что императорский брат привел меня сюда, иначе я бы тебя ни за что не нашла.
Сун Лин же сразу заметил Сун Ланя, которого Ло Вэй держала за руку. Не успев обмолвиться с ней ни словом, он обеспокоенно нахмурился:
— Суйхань, шестой младший брат одет слишком легко.
Тётя-наставница, стоявшая на коленях, застыла в виноватой позе, не смея поднять головы. Сун Лин не обратил на нее внимания. Он снял свой плащ из черной лисицы, накинул его на плечи Сун Ланю и лишь после этого сухо произнес:
— Поднимись.
Сун Яофэн отвела Ло Вэй на несколько шагов в сторону и зашептала ей на ухо:
— …И как ты только на него наткнулась? Ты не знаешь еще, что его мать в немилости, но когда он родился, Императорская обсерватория1 специально подала доклад, что его гороскоп несчастливый, якобы он одинокий и губительный2 для близких. Лучше держаться от него подальше.
Сун Лань, вжавшись в плащ Сун Линя, сжался еще сильнее. Похоже, он услышал их слова и посмотрел на девочек покрасневшими глазами.
Ло Вэй стало невыносимо жаль его, и она тихо возразила:
— Разговоры о небесных знамениях призрачны и туманны. Одно дело, если бы он просто держался в стороне от всех, но посмотри, как легко он одет, в обычной жизни ему наверняка приходится несладко.
- Императорская обсерватория (司天监, sī tiān jiān) — официальное ведомство, отвечавшее за астрономию, составление календарей и толкование небесных знамений. ↩︎
- Одинокий и губительный (孤克, gū kè) — астрологическое понятие, означающее судьбу, при которой человек обречен на одиночество и приносит несчастье своим близким. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
