— Кто здесь?
Из лесной чащи неспешно вышел мужчина в черном. В тусклом лунном свете отчетливо проступило его суровое лицо, глубокие морщины уже прорезали черты немолодого человека, а его мужественный облик казался высеченным из камня. Волосы на висках подернулись сединой, он безучастно взирал на собравшихся под луной людей.
— Му Цинцан? — глухо произнес Лин Техань.
— Гэчжу Лин, много лет не виделись, — безучастно кивнул Му Цинцан.
Пришедшим оказался не кто иной, как бывший сильнейший мастер Великого Чу, Му Цинцан, чей след внезапно затерялся много лет назад. Он посмотрел на стоявшую в стороне Е Ли и произнес.
— Ванфэй может уходить вместе со своими людьми.
Е Ли подошла, чтобы помочь подняться Чжо Цзину и Линь Ханю, и кивнула.
— Благодарю за труды, Сяньшэн Му.
Лин Техань молча смотрел, как Е Ли уводит людей, и не пытался преследовать их. Он прекрасно понимал, пока он не разберется с Му Цинцаном, сегодня ему не видать и волоска с головы Е Ли. Хотя он и был уверен, что сможет одолеть противника, один из четырех великих мастеров Поднебесной прошлого не был тем, с кем можно справиться мимоходом. К тому же он чувствовал, что за десять лет Му Цинцан в чем-то изменился. Десять лет назад ему довелось однажды сразиться с ним, и тогда он ясно ощутил, что мастерство Му Цинцана идет на спад. С тех пор он перестал принимать его в расчет. С годами силы неизбежно убывают, а Му Цинцан в то время как раз находился в поре зрелости. Однако, при этой встрече он обнаружил, что положение Му Цинцана вовсе не так плачевно, как он ожидал, более того, тот даже достиг некоего прогресса.
Кроме того, кое-чего Лин Техань не понимал. Нахмурившись, он произнес.
— Не знал, что Му Цинцан решит покориться дому Дин-вана.
Посторонние могли этого не знать, но Лин Техань, державший в руках Павильон Яньван, ведал о подлинном происхождении этого человека. Му Ян и Му Цзинминь только что попали в руки дома Дин-вана, а Му Цинцан явился спасать Дин-ванфэй, это и впрямь превзошло все ожидания Лин Теханя.
— Я не из людей дома Дин-вана, — холодно ответил Му Цинцан.
Лин Техань приподнял бровь.
— Тогда к чему это Му-сюну?
Му Цинцан ответил.
— Это всего лишь сделка с домом Дин-вана. Я пообещал дому Дин-вана три дня защищать Дин-ванфэй. Спустя три дня, делайте что угодно, воля ваша.
Лин Техань беспомощно вздохнул.
— Хоть я и не желал сегодня сражаться с Му-сюном, но, судя по всему, иного выхода нет.
Через три дня Е Ли уже давно вернется в лагерь армии Мо. Тогда под защитой сотен тысяч воинов армии Мо-цзяцзюнь и тысячи бойцов Цилинь не то что убить, даже приблизиться к ней будет непосильной задачей.
— Прошу, — безразлично кивнул Му Цинцан.
Вскоре на древней дороге стремительно сошлись две фигуры. Под луной они то расходились, то сближались, энергия клинков разлеталась во все стороны, а яростные порывы ветра подавляли своей мощью. Мощь схватки истинных мастеров была совершенно иной, нежели недавний бой с Е Ли и остальными.
В тени Лэн Лююэ и Бин Шушэн наблюдали за тем, как Е Ли со своими спутниками уносятся прочь на лошадях. Лэн Лююэ нахмурилась и спросила.
— Не стоит ли нам помочь Да-гэ перехватить их?
Хотя они оба не одобряли покушение на Дин-ванфэй, но раз уж Да-гэ настаивал на этом, они, как диди и мэймэй, могли лишь оказать ему всяческую поддержку.
Бин Шушэн покачал головой.
— Нет, дай им уйти. Дом Дин-вана не так прост, к тому же… только что Да-гэ поддался ей.
С мастерством Лин Теханя, если бы он действительно хотел убить Е Ли, он бы нанес удар из засады, и тогда, даже если бы Мо Сюяо явился лично, без предварительной подготовки он вряд ли смог бы ее защитить. Они убийцы, и им вовсе не обязательно стоять у дороги в ожидании, чтобы тратить время на пустые разговоры.
Лэн Лююэ в раздумье нахмурилась и кивнула.
— Верно. Как бы то ни было, Да-гэ обещал перехватить и убить Е Ли в пути. Если Е Ли сама сумеет спастись и вернется в армию Мо, то это уже не будет иметь к нам никакого отношения.
Будучи наемными убийцами, и бесстрастная Лэн Лююэ, и мрачный, высокомерный Бин Шушэн по натуре своей оставались людьми хладнокровными и рассудительными. Для Павильона Яньван, чей авторитет ограничивался миром цзянху, противостояние с домом Дин-вана, чье влияние ныне простиралось на большую часть земель бывших Силина и Великого Чу, было делом крайне невыгодным. Неважно, был ли Мо Сюяо тяжело ранен или нет, пока он жив, армия Мо-цзяцзюнь и дом Дин-вана по-прежнему остаются силой, внушающей великий трепет. Нужно помнить, что в те годы Мо Сюяо, будучи калекой с парализованными ногами и страдая от действия яда, все же сумел сохранить пошатнувшийся дом Дин-вана. Что уж говорить о нынешнем времени, когда могущество дома Дин-вана находится в самом зените.
Если бы в этот раз Лэй Чжэньтин не прислал людей к их Да-гэ, они бы никогда не узнали, что их названый брат, с детства лишившийся родителей, на самом деле является ванцзы императорской семьи Силин. Однако, за столько лет императорская семья Силин не имела к ним никакого отношения, Да-гэ никогда не получал от нее никаких благ, более того, когда-то Лэй Чжэньтин своевольно притеснял их. С какой стати Да-гэ должен ради императорской семьи Силин идти против дома Дин-вана?
Битва между Лин Теханем и Му Цинцаном продолжалась до самого рассвета. Первые лучи утреннего солнца озарили край древней дороги. Лин Техань, опираясь на свой железный меч, стоял у обочины и, опустив взор, смотрел на Му Цинцана. Кровь бесшумно стекала из рукава по его руке и капала в дорожную пыль.
— Первый мастер Великого Чу, твоя слава и впрямь оправдана, — бесстрастно произнес Лин Техань.
В нескольких шагах от него Му Цинцан, смертельно бледный, стоял на одном колене. Его правое плечо было пробито почти насквозь, а одежда на животе пропиталась кровью. В этот раз их схватка не была похожа на прежние учебные бои между Лин Теханем и Мо Сюяо, это была битва не на жизнь, а на смерть. В последние годы Му Цинцан не интересовался мирскими делами, скрыв свое имя и полностью посвятив себя изучению боевых искусств. Сбросив оковы прошлого, он постепенно восстановил силы и даже продвинулся в своем мастерстве. Хотя он и уступал Лин Теханю, но, когда он сражался, не щадя собственной жизни, ему удалось удерживать противника здесь на протяжении всей ночи.
Му Цинцан небрежно смахнул кровь с губ и с горькой усмешкой ответил.
— Гэчжу Лин перехвалил меня. Я признаю свое поражение.
Лин Техань покачал головой и промолчал. Перед ним возникли Лэн Лююэ и Бин Шушэн. Увидев темно-красные пятна крови на земле подле Лин Теханя, они с недобрым видом уставились на тяжело раненного Му Цинцана.
— Да-гэ…
Лин Техань протянул руку, останавливая Бин Шушэна, который был готов убить Му Цинцана.
— Исход решен, не стоит множить раздоры.
Бин Шушэн кивнул и спросил.
— Да-гэ… мы продолжим погоню?
Лин Техань с легкой улыбкой взглянул на своих обеспокоенных младших и, приподняв руку с мечом, произнес.
— Я получил внутренние раны. Возвращаемся.
В глазах Лэн Лююэ и Бин Шушэна промелькнула искра радости, Да-гэ и впрямь не собирался убивать Дин-ванфэй.
— Да, Да-гэ, идем назад, — Лэн Лююэ шагнула вперед, чтобы поддержать Лин Теханя, тот отмахнулся и сказал. — Не нужно. Му-сюнь, не требуется ли тебе сопровождение?
— Благодарю, Гэчжу Лин, дом Дин-вана сам позаботится о Сяньшэне Му.
Неизвестно когда, у края дороги появился Мо Хуа. Он холодно взирал на троих стоящих перед ним людей. При виде Мо Хуа Лин Техань нахмурился, многочисленные убийцы Павильона Яньван, отправленные задержать Цилинь и аньвэй армии Мо, по всей видимости, сгинули. Лин Техань не знал Мо Хуа в лицо, но по его виду понимал, что боевое искусство этого человека многократно превосходит мастерство Чжо Цзина или Линь Ханя. То, что подобный человек не имел никакой известности ни при дворе, ни в цзянху, лишь подтверждало, что в доме Дин-вана и впрямь таятся драконы и скрываются тигры.
Что ж, Павильон Яньван… за долгое время он тоже начал его утомлять. Кивнув, Лин Техань произнес.
— Прощайте. Если Дин-ван пожелает отомстить, то я буду ждать его в любое время.
Лэн Лююэ хотела что-то добавить, но под взглядом Лин Теханя ей пришлось лишь беспомощно умолкнуть и последовать за ним прочь.
У дороги остались лишь Мо Хуа и Му Цинцан. Мо Хуа глухо произнес.
— Благодарю за помощь, Сяньшэн Му. Как ваши раны?
Му Цинцан поднялся, но тело его ощутимо пошатнулось. Хотя он сражался с Лин Теханем несколько шичэней, его раны были куда тяжелее. Лин Техань сказал, что получил внутренние раны, но Му Цинцан прекрасно понимал, повреждения того были лишь поверхностными.
— Неплохо. Надеюсь, дом Дин-вана сумеет сдержать обещание, — Му Цинцан пристально посмотрел на Мо Хуа.
Мо Хуа кивнул и, подняв руку, легко хлопнул в ладоши. Двое людей в черном подошли, ведя за собой старика, хотя «ведя» было не совсем точным словом, скорее они его тащили. Волосы этого старика были белыми как снег, а все изборожденное морщинами лицо заставляло его выглядеть так, словно его возраст давно перевалил за семьдесят лет. Однако те, кто знал его, понимали, что ему не исполнилось еще и шестидесяти, до этого срока не хватало двух лет, всего полмесяца назад он все еще походил на сорокалетнего мужчину средних лет.
— Что вы с ним сделали? — взгляд Му Цинцана стал холодным, и он заговорил суровым голосом.
— Мы ничего не делали, — равнодушно ответил Мо Хуа. — Он уже был таким, когда его забирали.
С тех пор как Муян-хоу увидел тело Му Яна, он словно постарел на двадцать или тридцать лет всего за одну ночь. Более того, его рассудок помутился, он пребывал в полном беспамятстве, и как бы посторонние ни обращались с ним, он никак не реагировал. Лишь изредка приходя в себя, он хватался за любого встречного и звал «Ян-эр». Даже Мо Сюяо, который изначально хотел встретиться с ним, потерял к нему всякий интерес. Если бы не это, Му Цинцан, боюсь, тоже не смог бы его увидеть.
Му Цинцан, превозмогая слабость в покачивающемся теле, шагнул вперед, поддержал Муян-хоу и негромко позвал.
— О… отец?
Казалось, услышав слово «отец», Муян-хоу шевельнул застывшими, полными пустоты глазами. Он пристально уставился на Му Цинцана и спустя долгое время произнес.
— Ян… Ян-эр?
В глазах Му Цинцана промелькнула тень печали. Приняв Муян-хоу из рук двух облаченных в черное аньвэй, он сказал.
— Отец, пойдем домой.
Муян-хоу без малейших возражений позволил Му Цинцану увести себя. Позади них раздался густой голос Мо Хуа.
— В обмен на то, что вы спасли Ванфэй, Муян-хоу передается в ваше распоряжение. Однако… если он снова совершит то, чего делать не следует, Сяньшэн Му лучше помнить слова Ванъе.
Му Цинцан на мгновение замер, после чего глухо ответил.
— Я знаю. В будущем вы больше не увидите ни его, ни меня.
Глядя вслед удаляющимся фигурам Му Цинцана и Муян-хоу, стоящий рядом с Мо Хуа аньвэй тихо спросил.
— Тунлин, мы вот так просто позволим им уйти?
Мо Хуа кивнул и серьезно произнес.
— Му Цинцан спас Ванфэй.
В делах, касающихся ванфэй, Ванъе всегда держит слово. Более того, за столько лет Ванъе так и не убил Му Цинцана, и теперь у него, естественно, не возникнет желания лишать его жизни.
— Возвращаемся, в армии еще есть дела.
Вскоре три фигуры в черном исчезли в конце древнего тракта.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
