Открыв глаза, сяогэ увидел знакомую картину и, глядя на комнату, где совершенно невозможно было определить время суток, внезапно вздрогнул.
Неужели время и место его цикла отныне переместились в комнату для допросов?
Сяогэ в ужасе и отчаянии закрыл глаза, а когда снова открыл их, обнаружил, что ничего не изменилось.
— Почему я всё ещё здесь!
Он вытаращил глаза, тяжело дыша.
— Я… я не хочу…
По сравнению с тем, чтобы быть запертым в комнате для допросов и раз за разом отвечать на вопросы, на которые он не мог дать ответа, он предпочёл бы навечно остаться в автобусе!
По крайней мере, в автобусе можно было поспать или найти способ выйти, а что ему делать, оказавшись взаперти в полиции? Как он может обмануть этих полицейских с настоящим оружием, чтобы они его отпустили?
Ловить извращенца?
Но это же и так отделение полиции!
Когда допрашивавший его полицейский снова задал вопрос, который только что уже звучал, сяогэ задрожал ещё сильнее, словно лист, готовый вот-вот опасть под осенним ветром; он был так напуган, что не мог дышать.
— Я… я…
От страха у него зубы попадали на язык, и он, запинаясь, пробормотал:
— Я… я не зна… знаю.
Подобный «допрос на измор» был лишь обычным методом дознания, использующим психологическую расслабленность преступника сразу после пробуждения, чтобы получить нужные зацепки. Офицер Ду повидал немало дел, но впервые видел, чтобы подозреваемый так пугался, едва открыв глаза.
— Хватит! Больше ни слова!
Видя, как зрачки сяогэ расширяются всё сильнее, а сам он обливается потом так, будто его только что вытащили из воды, присланный для содействия эксперт-психолог немедленно прервала процесс допроса.
— Если хотите получить сумасшедшего, продолжайте спрашивать!
Она нахмурилась и сделала запрещающий жест рукой.
Все, словно опасаясь разбить вазу при ловле крысы, притихли и не стали продолжать допрос.
— Дайте ему немного поспать.
Психолог медленно подошла к нему и погладила по волосам, словно успокаивая детёныша животного.
— Его психическое состояние сейчас нестабильно. Когда он придёт в себя, я попробую гипноз.
——
Тем временем психическое состояние Ли Шицин тоже становилось всё хуже.
Она не была на грани срыва, как сяогэ, но явно была изнурена настолько, что не могла нормально соображать.
На вопросы полиции она начала нести чепуху и выдумывать небылицы; сколько раз полиция задавала один и тот же вопрос, столько раз она давала разные бессмысленные ответы.
— Как вы познакомились с Сяо Хэюнем?
— В интернете познакомились… — отрёшенно сказала она.
— Только что вы говорили, что познакомились в Вичате, — нетерпеливо спросил офицер Цзян.
— Просто «потрясли»… «потрясли» в автобусе и нашли друг друга.
— Почему вы решили выйти?
— Мы приглянулись друг другу… да, приглянулись, хотели сойти, чтобы подружиться…
— Вы же раньше говорили, что ловили извращенца! — в ярости гаркнул офицер Цзян.
— Ролевые игры, да, это наши такие игры, ну, типа «извращенец в автобусе» и всё такое.
Ли Шицин несла околесицу.
— Чёртов «извращенец в автобусе»! А я тогда — «дед с тачкой»!
Услышав этот диалог, несколько полицейских, присутствовавших при допросе, не смогли сдержать смешок.
— Что именно вы обсуждали в раздевалке? Почему решили выйти раньше?
— Мы… мы разгорелись, как сухой хворост от яростного огня… ну, страсть в раздевалке? В «Юникло»? Нет, в «Мудзи»?
Она несла чепуху с отсутствующим взглядом.
— Мы не могли дождаться остановки.
Да есть ли у этой девчонки хоть капля стыда!
Офицер Цзян чуть не лопнул от злости, он в ярости с силой хлопнул по столу.
— Отвечайте как следует!
— А!
Напуганная громким хлопком, Ли Шицин отшатнулась, стул потерял устойчивость, и она с грохотом повалилась назад.
После глухого удара офицер Цзян мгновенно пришёл в себя, бросился к Ли Шицин и быстро присел рядом.
— Ли Шицин? Ли Шицин?
Осмотрев её, он в панике поднял голову:
— Скорее найдите кого-нибудь, посмотрите, есть ли кто в медпункте…
— Ли Шицин упала в обморок!
Прошло то ли много времени, то ли всего мгновение, когда потерявшие сознание Ли Шицин и Сяо Хэюнь смутно открыли глаза.
— Как хорошо!
Они переглянулись и, обнаружив, что снова вернулись в автобус, внезапно разрыдались.
Никогда прежде им не казалось, что обстановка в этом автобусе такая уютная, а атмосфера такая мирная. Ласковый ветерок, дующий в лицо, и едва заметная ритмичная качка едущей машины — всё это так располагало ко сну.
Затем они, не сговариваясь, сделали одно и то же движение.
— Снова закрыли глаза.
Покачивающийся автобус был подобен материнской колыбели, легко погрузив двух молодых людей в глубокий сон.
А что, если скоро случится взрыв?
Да плевать, пусть взрывается!
Нет больше ничего на свете страшнее дяденек-полицейских (слёзы)!
Слово автору:
Мини-сценка:
Психолог: Скоро я попробую «гипноз».
Автобус: (качаясь) Оставьте это мне!
Ли Шицин и Сяо Хэюнь: (обнявшись и рыдая) Как хорошо, мы наконец-то вернулись в наш уютный автобус!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
