А его жена тем временем, используя эти несколько лет, тайно готовила самый важный предмет во всей операции — бомбу.
В этот заранее оговорённый день они поставили всё на карту и выбрали такой способ, чтобы уйти из жизни вместе с дочерью.
Ли Шицин и Сяо Хэюнь тоже поняли, почему они не могли найти в интернете никакой конкретной информации.
Потому что «начало» этой истории, по правде говоря, не считалось какой-то крупной аварией, и по сравнению с такими происшествиями, как «поджог» или «массовое столкновение», случившимися в этом же месте ранее, оно могло показаться даже ничтожным.
Если бы кто-то не вставил это в подборку дорожно-транспортных происшествий, то история о девушке, погибшей на этом мосту, возможно, исчезла бы из человеческой памяти, подобно большинству сплетен, которые люди обсуждают в праздных разговорах, — просто канула бы в лету.
По какой бы причине эта девушка ни вышла из автобуса, теперь, когда её уже нет в живых, а её родители покинули этот мир вслед за ней в результате того страшного происшествия, истину уже не отыскать, как и не узнать их истинных мыслей.
По мере того как полиция по крупицам восстанавливала правду, те, кто её узнал, могли лишь вздыхать о прискорбном начале и сокрушаться о душераздирающем конце.
》》》
Опираясь на улики, предоставленные Ли Шицин и Сяо Хэюнем, полиция в кратчайшие сроки расследовала всё дело и предоставила соответствующие доказательства. Отдел криминалистики выделил компоненты взрывчатого вещества из обломков на месте взрыва и провёл анализ; они совпали с остатками в гараже Тао Инхун, что подтвердилось вещественными доказательствами.
Позже полиция через интернет-транзакции Тао Инхун получила список купленных ею химикатов и, разматывая этот клубок, обнаружила и арестовала нескольких поставщиков, незаконно продававших запрещённые химические вещества.
В компании Ван Синдэ также подтвердили, что он сам вызвался работать в эти смены и выходил на маршрут более двух лет.
В выходные и праздничные дни на этом маршруте всегда больше всего людей и работы, поэтому многие водители автобусов не хотели попадать в эти смены. Но поскольку Ван Синдэ был трудолюбив и не обременён семьёй, он добровольно взял на себя вождение в это время. Автобусная компания ежегодно присваивала ему звание «ударника труда», и он постепенно стал «старожилом» на этой линии.
После случившегося мало кто из коллег мог поверить, что кроткий и внимательный добряк Ван Синдэ способен на такое. Начальник, ответственный за дело его дочери, даже не мог вспомнить, как выглядел отец той девушки, потому что Ван Синдэ был человеком неприметным и лишённым какой-либо индивидуальности.
Одновременно с выявлением мотивов преступления был восстановлен и весь процесс совершения злодеяния; дело наконец было раскрыто.
Узнав все детали дела от начала и до конца, полиция провела пресс-конференцию для нескольких авторитетных ведущих СМИ, где сделала официальное заявление и разъяснение, формально объявив о завершении расследования.
С момента принятия дела до его раскрытия у следственной группы ушло не более пяти часов. Всё было логично, подкреплено достаточными доказательствами и ясными фактами. Такая эффективность и скорость работы вызвали похвалу со стороны различных ведомств, а также бурное обсуждение пользователями сети расторопности местного отдела уголовного розыска.
В то же время многочисленные СМИ и пользователи интернета начали проводить собственное глубокое расследование того давнего «происшествия», и, возможно, это породит ещё более горячие дискуссии…
Но это уже не заботило Сяо Хэюня и Ли Шицин.
Получив желаемые результаты и осознав мотивы, побудившие дядю Сыцзи помочь Дашэнь, двое молодых людей, будучи одними из ключевых свидетелей по этому делу, завершили дачу показаний, прошли все формальности и, наконец, получили разрешение уйти.
— Ещё раз благодарю вас за помощь.
Встречал их Лао Чжан, и провожал из отдела уголовного розыска тоже Лао Чжан.
— Прошу прощения, изначально я собирался угостить вас обедом, но появилось много дел, провозились до самой ночи, так что смог предложить вам только готовые обеды в коробочках…
— Ничего страшного, еда в коробочках тоже очень вкусная.
Сяогэ и Ли Шицин поспешили заверить, что это пустяки.
— Нужно ли мне подвезти вас?
Лао Чжан посмотрел на время — было уже девять вечера.
— Не нужно, мы прогуляемся пешком.
Ли Шицин покачала головой и с горечью в голосе произнесла: — Пока что не хочется садиться ни в какой транспорт.
За эти несколько циклов «воспоминания» о поездках были слишком ужасающими.
Будь то страшный автобус, полицейская машина с её пугающей атмосферой или даже такси, где постоянно крутили новости о месте происшествия, — всё это оставило у неё психологическую травму.
Она предпочла бы ехать на прокатном велосипеде, лишь бы больше не садиться ни в какую машину.
Сяогэ, всё время бывший рядом, решил проводить спутницу.
— Ну что ж, тогда будьте осторожны по пути домой.
Лао Чжан с пониманием улыбнулся.
— Офицер Чжан…
Когда они уже собирались разойтись, Ли Шицин немного помедлила и вдруг окликнула Лао Чжана: — А если… я имею в виду, просто если…
Она запнулась, и под взглядом сяогэ, выражавшим немое «что ты опять задумала?», снова начала излагать свою «серию предположений» полицейскому, которому они доверяли.
— Если бы вы сегодня сидели в кабинете и вдруг получили сообщение от незнакомца о том, что в определённом автобусе заложена бомба, и знали бы, что она взорвётся в 13:45, и вам срочно требовалась бы помощь — вы бы помогли немедленно?
Лао Чжан на мгновение опешил, задумался и кивнул.
— Я бы помог.
Обеспокоенность на лице сяогэ при взгляде на Ли Шицин сменилась некоторым удивлением.
— Если бы кто-то намеренно сделал ложный вызов, растрачивая ограниченные ресурсы полиции, то как бы он ни пытался это скрыть, мы бы его вычислили, и закон заставил бы его понести соответствующую ответственность и заплатить сполна, — сказал Лао Чжан. — Но если бы всё оказалось правдой, то это могло бы спасти бесчисленное количество жизней. По сравнению с этим риск растраты ресурсов полиции — сущие пустяки.
— Более того, даже если это обычные люди или незнакомцы, пока кто-то просит полицию о помощи, мы обязаны её оказать. Именно ради этого мы и выбрали носить эту форму.
Лао Чжан улыбнулся.
— Вам может показаться, что я говорю напыщенные казённые слова, но мы действительно так поступаем, не сомневайтесь.
— Я не сомневаюсь, я верю, что вы именно такие хорошие полицейские.
Ли Шицин лучезарно улыбнулась и достала телефон.
— Тогда, офицер Чжан, может, оставите контакты? Если мы вспомним ещё что-то упущенное, то сможем связаться с вами.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
