Тот человек категорически отрицает знакомство с ты и ничего не знает о клее в замочной скважине. Он признаётся лишь в том, что, увидев живущую в одиночестве молодую женщину, поддался внезапному порыву и совершил преступление.
Тебя допрашивали снова и снова, но ты так и не смог дать разумных объяснений. А около четырёх часов дня ты вдруг заявил, что в четыре тридцать в определённом жилом комплексе из окна выпадет ребёнок, и даже описал особенности защитной решётки в той квартире.
Полиция, следуя твоей наводке, отправилась в тот жилой комплекс и действительно спасла случайно сорвавшегося малыша. Благодаря своевременной подготовке ребёнок не пострадал, и никто, в отличие от тебя, не поранил руку — настоящий счастливый конец.
Теперь полицейские в участке смотрели на тебя со смешанными чувствами.
Ты и сам понимал, что вся эта череда твоих поступков выглядит крайне странно, и у тебя не было возможности логически их обосновать.
Если бы ты был человеком изворотливым, то, возможно, смог бы наплести что-нибудь про «пророчества», но ты был слишком косноязычен и не умел сочинять небылицы, чтобы пустить пыль в глаза, а потому лишь хранил молчание.
Следствие зашло в тупик. Ты — ветеран, на службе всегда был в числе лучших и каждый год получал звание отличника. С тех пор как ты начал работать на гражданке, за тобой не числилось ни одного проступка. Если не считать нелепой выходки с суперклеем, не было ни мотивов, ни целей, которые связывали бы тебя с преступниками.
К тому же, благодаря твоим «наводкам», действительно удалось спасти две семьи.
— Тебе больше нечего сообщить?
В полиции, должно быть, тоже очень тобой заинтересовались, поэтому не давили, а терпеливо вели беседу:
— Почему ты знал обо всём этом?
Если преступление мастера по кондиционерам ещё можно было списать на сговор, то как объяснить случай с ребёнком, который едва не выпал из окна, когда дедушка и бабушка были дома? Не мог же это быть план преступной группировки?
Да и какой в этом смысл? Даже если бы такое можно было подстроить, какая от этого выгода?
Узнав, что все, кого нужно было спасти, спасены, ты с облегчением выдохнул и приготовился к пассивному сопротивлению. Ты собирался скоротать ночь в камере временного содержания и дождаться завтрашнего шанса начать всё сначала.
Однако не успели тебя запереть, как пришёл ещё один офицер.
Этот офицер выглядел добродушным; если бы не форма, его ни за что не приняли бы за полицейского — скорее за учителя. Увидев тебя, он с улыбкой пододвинул стул и сел напротив.
— Моя фамилия Чжан. Можешь звать меня Лао Чжан или офицер Чжан.
Он предъявил удостоверение и, открыв в телефоне фотографию, жестом попросил тебя взглянуть.
— Посмотри, ты знаешь этого человека?
На снимке был симпатичный и интеллигентный молодой человек в очках в полуободковой оправе. Несмотря на то что это было фото на документы, уголки его губ чуть приподнимались в улыбке; он производил впечатление человека, с которым легко ладить.
Хоть ты и не понимал, что уголовному розыску от тебя нужно, ты послушно разглядывал фото какое-то время, а затем растерянно покачал головой.
— Нет, я не знаю этого человека.
— Подумай ещё раз, — Лао Чжан мягко напомнил тебе, — или, может быть, имя покажется тебе знакомым, например…
Он пристально следил за выражением твоего лица.
— Сяо Хэюнь?
Услышав это имя, ты вздрогнул, и твоё тело мелко задрожало.
Это мимолётное изменение не укрылось от Лао Чжана, и он тут же прищурился.
— Тебе знакомо это имя? Почему? Где ты его слышал?
В одно мгновение мягкость Лао Чжана исчезла, словно клинок вышел из ножен, обнажая истинную натуру следователя.
Под его взглядом тебе стало не по себе, и ты честно ответил:
— Я доставлял ему посылку, поэтому знаю имя.
— Должно быть, это не всё?
Лао Чжан коснулся пальцем фотографии в телефоне.
— Я уже слышал о том, что с тобой произошло. На первый взгляд кажется, будто ты совершил нечто дурное, но мне думается, не исключено, что ты что-то знал и хотел поступить правильно. Это так?
Под его пристальным взором ты невольно кивнул.
— Тогда ты можешь мне сказать, почему рано утром ты вдруг пошёл и заблокировал дверь в квартиру Сяо Хэюня?
Увидев твою готовность идти на контакт, Лао Чжан снова смягчился.
Он придвинул стул поближе, наклонился к тебе и спросил вполголоса:
— Ты ведь не хотел, чтобы он выходил из дома?
Ты помедлил мгновение, но, рассудив, что завтра цикл всё равно повторится и правды бояться не стоит, снова кивнул.
— Откуда ты узнал, что с ним что-то случится? Так же, как ты заранее предупредил полицию о мастере по кондиционерам и падении ребёнка?
Лао Чжан заметно напрягся и, прежде чем продолжить, сглотнул.
Конечно, так же. Среди множества посылок только его одну не удавалось доставить изо дня в день — значит, днём с ним точно что-то случалось.
Ты снова кивнул.
— С ним действительно случилось несчастье.
Рука Лао Чжана, державшая телефон, дрогнула, он не сводил глаз с твоего лица.
— Сегодня в час сорок пять дня пассажир одного из городских автобусов обнаружил бомбу и сообщил об этом в полицию. Когда мы, получив сигнал, прибыли на место, этот автобус пытался прорваться на мост через реку, где было много людей. Чтобы избежать ещё больших жертв, мой коллега был вынужден преградить автобусу путь своим автомобилем…
Он прикрыл глаза.
— Мои коллеги пострадали при взрыве автобуса, они сейчас в больнице.
Хотя ты и догадывался, что с Сяо Хэюнем каждый день происходит беда, ты и представить не мог, что речь идёт о таком. Твоё сердце сжалось от ужаса, и ты посмотрел на него с недоверием.
— Этот парень по имени Сяо Хэюнь в тот момент находился в автобусе.
Увидев твою реакцию, Лао Чжан понял, что ты тоже не знал о подробностях случившегося, и в его взгляде промелькнуло разочарование.
— Свидетели из проезжавших мимо машин видели, что в салоне происходила борьба. Осмотр места происшествия показал, что Сяо Хэюнь в итоге лежал рядом с тем, кто сообщил о бомбе. Либо между ними возник конфликт, либо они вместе пытались обезвредить злоумышленника, но потерпели неудачу и героически погибли…
— В ходе дальнейшего расследования дела мы выяснили, что рано утром ты залил клеем дверь Сяо Хэюня и заблокировал замочную скважину, после чего ушёл на работу…
Глядя на тебя, совершенно погружённого в свои мысли, он вдруг громко прикрикнул тебе в самое ухо:
— Говори, ты ведь что-то знаешь!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
