Цзи Син толкнула дверь кабинета. Внутри руководители испытательного центра увлечённо беседовали. Она в мгновение ока нацепила дежурную улыбку и направилась к ним.
Сев на место, она почувствовала, что мысли путаются, а сосредоточиться не получается — они не связывались с Хань Тином всего два дня, но ей казалось, будто прошли годы. Она-то думала, что он по уши в делах, а он, оказывается, проводит время так «беззаботно».
— Что случилось? — спросил врач Ту.
Она пришла в себя и улыбнулась:
— Кажется, я немного перебрала.
— Тогда пей поменьше.
— Угу, — отозвалась Цзи Син. Но раз уж она пришла просить о помощи, то, хотя пить можно было и меньше, атмосфера за столом целиком зависела от неё, так что расслабляться было нельзя.
Она взяла себя в руки, быстро настроилась на нужный лад и снова включилась в беседу с руководством.
Разговоры — дело утомительное, требующее ума: нужно говорить так, чтобы у собеседника душа пела, но при этом не опускаться до грубой лести. Цзи Син чувствовала, что этот ужин вымотал её сильнее, чем бессонная ночь. А главное, она то и дело вспоминала, что Хань Тин сидит в соседнем кабинете и пьёт чай с Цзэн Ди, и от этого сердце словно иголками покалывало. Внимание разрывалось на две части, и она уставала ещё больше.
……
Хань Тин пил чай, не глядя на сидящую перед ним Цзэн Ди.
Полчаса назад он получил от неё сообщение — без единого слова, только одну фотографию.
Стол, полный мужчин, а в центре стоит Цзи Син и, запрокинув голову, выпивает бокал, пока окружающие её мужчины довольно улыбаются.
С первого взгляда это зрелище вызвало неприятный осадок; он переживал, много ли она может выпить, и боялся, как бы она не опьянела. Но ещё больше его задевала сама Цзэн Ди.
Она оказалась ещё более навязчивой, чем он предполагал.
Хань Тин поставил чашку и спросил:
— Как жизнь в последнее время?
Цзэн Ди усмехнулась:
— Ты всё ещё обо мне печёшься?
Хань Тин не ответил ни да, ни нет, лишь произнёс:
— Ты с Чан Хэ хорошо ладишь?
— Ты ревнуешь? — спросила Цзэн Ди.
— Если всё в порядке, то и живите мирно, не делай ничего, что могло бы ему навредить, — ответил Хань Тин. — Как в тот раз, когда ты прислала мне новости о «Тун Кэ», — больше так не поступай.
Оба гнули свою линию, он просто не подхватывал её тон. Улыбка сползла с лица Цзэн Ди:
— Ты что, уже подыскиваешь мне нового покровителя?
Хань Тин усмехнулся:
— Само собой, это не мне решать.
Цзэн Ди взяла чашку. Общение с Хань Тином всегда давалось ей с таким трудом.
Она мастерски умела набивать себе цену, но он в этом деле был ещё искуснее: всё видел, но помалкивал, на любые подстроенные ею неприятности смотрел сквозь пальцы. И даже если она, доведённая до предела, высказывала всё напрямую, он ловко уходил от ответа, словно применяя мягкую технику тайцзи.
Отпив чаю, она с насмешкой спросила:
— Тебе не нужно сходить туда и проведать её?
— У человека рабочая встреча, зачем мне мешаться? — ответил Хань Тин. Ни одного лишнего слова.
Цзэн Ди стало не по себе, и она бросила:
— Ты терпеть не мог мои выходы в свет, а к ней проявляешь такую снисходительность.
Хань Тин промолчал, не желая спорить.
Цзэн Ди не унималась:
— Что же ты в ней нашёл? Расскажешь мне?
«Стану я с тобой это обсуждать?» — подумал Хань Тин.
Он не ответил, лишь произнёс:
— Я пришёл сегодня только ради одного. — Он взял телефон, показал ей сообщение с фотографией и нажал «удалить». — Больше не делай так. А то можно подумать, что ты за ней следишь.
— Я слежу за ней? Сдалось мне это! Просто случайно… — начала Цзэн Ди.
— Мы договорились не связываться, так давай разойдёмся окончательно, не так ли? — сказал Хань Тин.
— Ты… — Цзэн Ди, казалось, всё ещё не могла этого принять. Чувствуя полное поражение, она лишь горько усмехнулась: — Всё-таки она моложе меня, вот и нравится тебе. Только интересно, как долго господин Хань планирует в это играть.
Хань Тин не выдержал и, слегка нахмурившись, сказал:
— Мы с ней теперь вместе.
Цзэн Ди замерла, осознав смысл этих слов. Её взгляд на мгновение расфокусировался, и хотя она попыталась выдавить улыбку, лицо её выглядело ужасно — она держалась из последних сил. Внезапно она понизила голос и спросила:
— Ты… чувствовал ли ты хоть раз… — Она хотела о чём-то спросить, но передумала. — Неужели тебе ни капли не стыдно передо мной?
Хань Тин долго смотрел на неё. Поняв, что слишком много ей позволял, он холодно усмехнулся:
— Боюсь, у тебя нет права задавать мне такие вопросы.
Его слова попали в самую точку. Цзэн Ди на какое-то время замолчала, отпила чаю и сказала:
— Всё же я была с тобой два-три года, потратила на тебя лучшие годы своей молодости.
— Не хочу говорить грубости, — ответил Хань Тин. — Но разве ты сама не знаешь, зря ли потратила это время?
Цзэн Ди промолчала. Вначале она действительно не отличалась верностью, но к нему относилась иначе, и не верила, что он этого не замечал. Она произнесла:
— Ты и впрямь беспощаден. Я ошибалась, думая, что между нами есть какая-то привязанность.
— Когда была возможность говорить о чувствах, ты хотела сделки. Когда же речь зашла о сделке, ты заговорила о чувствах. Неужели ты думаешь, что мир всегда будет подстраиваться под твои желания?
Цзэн Ди лишилась дара речи.
Что касается Цзи Син, то их посиделки подошли к концу, и все расходились в прекрасном настроении.
Когда банкет закончился, Цзи Син встала, чтобы проводить гостей, и в коридоре как раз столкнулась с выходящими Хань Тином и Цзэн Ди.
Взгляд Цзи Син на мгновение встретился со взглядом Хань Тина. Он был абсолютно спокоен, и в его облике не проглядывало ни тени неловкости, какая бывает, когда человека застают с поличным. Цзи Син поспешно отвела глаза.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
