Битва на городской стене продолжалась, и техника обращения вспять Лэй Чжэньтина действительно оказалась поразительной. При нынешнем уровне боевого мастерства Лин Теханя даже не будь Лэй Чжэньтин ранен, ему было бы трудно стать для него достойным соперником. Однако, когда Е Ли и остальные прибыли на место, именно тело Лин Теханя было покрыто многочисленными ранами. Тем не менее Лин Техань всю жизнь посвятил совершенствованию пути боевых искусств и обладал стойким характером, поэтому, несмотря на ранения, он и не думал останавливаться.
Услышав, что Мо Сюяо и другие поднялись на стену, Лэй Чжэньтин первым отлетел назад, разрывая дистанцию.
— Мо Сюяо, это снова ты, — Лэй Чжэньтин, прищурившись, уставился на Мо Сюяо.
Его прежде глубокие и печальные глаза налились кровью, возможно, из-за ожесточенности битвы, а возможно, из-за того, что преждевременное возвращение Мо Сюяо разрушило его планы.
Мо Сюяо равнодушно вскинул брови. Только Е Ли, чью руку он сжимал в своей, могла понять, что его нынешнее состояние вовсе не такое мирное, каким кажется со стороны. Мо Сюяо с улыбкой произнес.
— Разумеется, это я, Ванъе. Зато, Ванъе, я немного удивлен, как это ты… до сих пор не умер.
Лэй Чжэньтин холодно усмехнулся.
— Раз ты еще не умер, как могу я, Ванъе, умереть?
Сказав это, Лэй Чжэньтин перестал обращать внимание на стоявшего в стороне Лин Теханя и бросился в сторону Мо Сюяо. Однако, острие длинного меча в его руке было направлено прямо на Е Ли, стоявшую рядом с Мо Сюяо. Выражение лица Мо Сюяо изменилось, и он одним движением ладони отправил Е Ли за спину Хань Минъюэ, а его меч «Истребляющее пламя» со звоном покинул ножны и безжалостно обрушился на Лэй Чжэньтина.
— Лэй Чжэньтин, Бэньван, сделаю так, чтобы ты умер очень жалкой смертью! — холодно проговорил Мо Сюяо.
В мгновение ока они вступили в схватку. Лэй Чжэньтин, не желая уступать, ответил со смехом.
— Кто умрет жалкой смертью, еще неизвестно.
Нельзя не признать, что техника обращения вспять, которой так опасались даже такие люди, как Хань Минъюэ и Лин Техань, обладала поистине сверхъестественным эффектом. После тяжелой битвы с Лин Теханем Лэй Чжэньтин выглядел так, будто совсем не растратил сил. В бою с Мо Сюяо его выпады по-прежнему были молниеносными, что заставило Мо Сюяо вспомнить ощущения от их самого первого поединка более десяти лет назад, когда он только начал странствовать по миру. В то время его боевое мастерство было чуть слабее, чем у Лэй Чжэньтина. Но, теперь Мо Сюяо был в расцвете сил, тогда как Лэй Чжэньтин начал постепенно стареть. Мо Сюяо был абсолютно уверен, что его нынешнее мастерство превосходит уровень противника, но даже при этом, сражаясь с Лэй Чжэньтином сейчас, он все равно чувствовал определенное давление.
Видя такое положение дел, Лин Техань без колебаний присоединился к сражению. В данной ситуации речь уже не шла о том, чтобы, используя численное превосходство, притеснять немногих. Лэй Чжэньтин применил технику обращения вспять и в любом случае был обречен на смерть, так что присутствующим не было нужды становиться для него погребальными жертвами. Что еще важнее, заставить Мо Сюяо отступить сейчас было невозможно. Раз так, Лин Техань не возражал против того, чтобы вдвоем бить одного.
Под давлением двух великих мастеров Лэй Чжэньтин наконец начал постепенно сдавать позиции. Но, даже в такой ситуации Лин Техань и Мо Сюяо получили немало новых ран. Эта битва продолжалась с самого утра до глубокой ночи. Е Ли и Хань Минъюэ совершенно не могли вмешаться, но никто из них не смел отойти ни на шаг. Им оставалось только пристально наблюдать за сражающейся троицей.
Увидев самый опасный момент схватки, Хань Минъюэ наконец не выдержал, издал долгий свист и громко рассмеялся. Е Ли, стоявшая в стороне, тоже слегка улыбнулась. Наблюдая за решающей битвой трех величайших мастеров Поднебесной, Хань Минъюэ неожиданно совершил прорыв в состоянии духа, и его боевое мастерство, не продвигавшееся многие годы, поднялось на новую ступень. Можно было не сомневаться, что через несколько лет имя Минъюэ-гунцзы обязательно окажется в ряду четырех величайших мастеров мира.
Под покровом ночи вся застава Фэйхун по-прежнему была залита огнями. В этом маленьком городке на каждой большой улице и в каждом переулке бесчисленные солдаты вели ожесточенные бои, и запах крови пропитал весь город. На тыловой городской стене престарелый лао-цзянцзюнь Юань Пэй вместе с немногими оставшимися воинами нес караул. Под стеной находились ворота, ширина которых составляла лишь треть от парадных ворот заставы Фэйхун, но за этими воротами открывались ровные, как ладонь, просторы большей части Северо-западного региона. Все воины были смертельно утомлены, но они по-прежнему крепко сжимали в руках оружие, раз за разом убивая врагов, рвущихся вперед. Позади них были народ и земли, которые они обязаны были защитить, и им уже некуда было отступать. У них не было иного выбора, кроме как уничтожить врага прямо в воротах.
Очередная волна солдат Силина, миновав уличные заслоны и засады воинов Мо-цзяцзюнь, ринулась в атаку. Юань Пэй с суровым видом громко скомандовал.
— Лучники, пли!
Стрелы полетели подобно ливню. Группа врагов пала, но вскоре их место заняли новые. Воины, охранявшие ворота, бросились вперед, вступая в рукопашную схватку с теми врагами, которым удалось прорваться сквозь обстрел.
Как раз, когда всем начало казаться, что этот день никогда не закончится, издалека снова донесся тяжелый топот копыт. Даже на расстоянии можно было почувствовать дрожь земли, это был звук скачущей во весь опор огромной армии. В этот момент все поняли, кто именно приближается. На изможденных лицах воинов Мо-цзяцзюнь снова засияла надежда.
— Подкрепление пришло!
— Подкрепление пришло! Братья, в атаку! Остановите людей Силина!
— Подкрепление пришло! — повсюду в маленьком городке раздавались радостные возгласы воинов Мо-цзяцзюнь, и битва с обеих сторон стала еще яростнее.
Миллионная армия под предводительством Лэн Хуайя ворвалась на заставу Фэйхун, и войска Силина, насчитывавшие несколько сотен тысяч человек, в одно мгновение потерпели сокрушительное поражение, подобное обрушению плотины на тысячу ли. Эти несколько сотен тысяч солдат и так весь день не могли пробиться сквозь заслон из чуть более чем ста тысяч воинов Мо-цзяцзюнь и понесли тяжелейшие потери, из-за чего их боевой дух пошатнулся. А теперь, когда внезапно появилось еще миллионное войско, даже самая стойкая воля солдат Силина не выдержала и сломилась. Еще до рассвета сражения в городке подошли к концу. Часть сил Силина в городе была уничтожена, часть — сдалась. Когда Лэн Хуай со своими людьми прибыл к тыловым воротам, он как раз успел подхватить пошатнувшегося Юань Пэя.
Юань лао-цзянцзюнь уже перешагнул семидесятилетний рубеж, и битва, длившаяся день и ночь, была бы тяжелым испытанием даже для молодых, не говоря уже о человеке столь преклонного возраста. Увидев Лэн Хуайя, Юань Пэй тоже облегченно вздохнул, если бы Лэн Хуай опоздал еще немного, они бы точно не выстояли.
— Лэн… Лэн-цзянцзюнь…
Лэн Хуай с виноватым видом произнес.
— Юань лао-цзянцзюнь, это я… мы опоздали, вы натерпелись трудностей.
— Пришли — и хорошо… пришли — и хорошо… — повторял Юань Пэй.
В следующую секунду у него потемнело в глазах, и он лишился чувств. Лэн Хуай среагировал мгновенно и подхватил его.
— Юань лао-цзянцзюнь… Юань лао-цзянцзюнь… лекаря!
Как раз в это время сюда направлялся Фэн Сань, услышав голос Лэн Хуайя, он быстро примчался на место. Взяв Юань Пэя за руку и проверив пульс, он с облегчением сказал.
— Ничего серьезного, просто крайнее переутомление. Пусть Юань лао-цзянцзюня сначала отнесут в покои. Позже попросим Сяньшэна Шэня осмотреть его.
Убедившись, что с Юань Пэем все в порядке, Лэн Хуай выдохнул. Юань Пэй был старейшим из ныне живущих военачальников Мо-цзяцзюнь. Если бы с ним здесь что-то случилось, это стало бы невосполнимой потерей.
Отправив людей сопровождать Юань Пэя в особняк цзянцзюня, Лэн Хуай и Фэн Чжияо приказали только что прибывшим воинам обыскать все улицы и переулки на предмет затаившихся остатков врага. Когда со всеми распоряжениями было покончено, совсем рассвело, и оба наконец смогли перевести дух. Переглянувшись, Фэн Чжияо вдруг выкрикнул.
— Ванъе и Ванфэй все еще на городской стене!
Если бы Мо Сюяо уже покончил с Лэй Чжэньтином, он непременно появился бы вместе с Е Ли, чтобы взять командование на себя. То, что их до сих пор не было видно, означало лишь одно, решающая битва на стене еще не завершена.
Когда они поспешно прибыли к передней стене заставы Фэйхун, Цинь Фэн и остальные уже были там. Несмотря на раны и изнеможение, они сидели или прислонялись к стене с совершенно расслабленным видом. Фэн Чжияо невольно улыбнулся и, пожав плечами, прошел к лестнице, чтобы присесть рядом с Цинь Фэном у края стены. Эта битва закончилась, и, вероятно, очень долгое время воевать больше не придется, разве это не повод для облегчения? Для солдата отсутствие возможности побывать на поле боя за всю жизнь, возможно, и печально. Но для государства, если оно всю жизнь погрязло в войнах, лучше уж поскорее погибнуть.
Увидев поочередное появление Фэн Чжияо, Лэн Хуая и остальных, Лэй Чжэньтин наконец понял, что вновь проиграл армии Мо. Его атаки стали еще более яростными. Однако, после суток ожесточенного боя истощение Лэй Чжэньтина было куда более серьезным, чем у Лин Теханя и Мо Сюяо. Даже самая могущественная техника обращения вспять не могла гарантировать ему состояние неуязвимости в течение двадцати четырех шичэней, даже будучи великим мастером, под совместным натиском Лин Теханя и Мо Сюяо, двух сильнейших экспертов современности, он получил тяжелые раны. Будучи человеком, даже заранее растратив всю жизненную силу, он имел предел, поэтому после нескольких последовательных яростных атак Мо Сюяо и Лин Техань отчетливо почувствовали перемену в состоянии Лэй Чжэньтина.
Двое обменялись взглядами, и длинный меч в руке Лин Теханя прочертил радугу, устремившись прямо к груди Лэй Чжэньтина. Мо Сюяо, находившийся позади него, взмыл в воздух и сверху вниз направил меч в макушку Лэй Чжэньтина.
Лэй Чжэньтин холодно усмехнулся, уклонился от меча Мо Сюяо и голой рукой намертво перехватил клинок Лин Теханя. Затем, следуя инерции меча, он рванулся вперед, нанося удар ладонью в грудь Лин Теханю.
Мо Сюяо только этого и ждал, первоначальный выпад в голову был лишь обманным маневром. Макушка, это жизненно важная точка сюэ, и если бы Лэй Чжэньтин не потерял способность двигаться, он бы ни за что не позволил так легко нанести туда удар. Сменив направление атаки, меч «Истребляющее пламя» прочертил холодный блеск и мгновенно вонзился в правое плечо Лэй Чжэньтина. Удар ладонью, направленный в Лин Теханя, замер, Лин Техань крутанул меч, вырывая его из рук противника, пригнулся и вместе с Мо Сюяо нанес одновременный удар по ногам Лэй Чжэньтина слева и справа.
Внезапно получив ранение от меча Мо Сюяо, Лэй Чжэньтин от резкой боли быстро отскочил назад. Он уклонился от последующих двух ударов, однако на его левой ноге все же остался кровавый след от меча Лин Теханя.
Лэй Чжэньтин отступал до самой крепостной стены, пока не сумел восстановить равновесие. Опустив взгляд на рану на правом плече, он нахмурился. Сама по себе эта рана не была смертельной, но на этом же плече всего несколько дней назад он получил огнестрельное ранение от Е Ли, которое еще не зажило. Теперь же удар Мо Сюяо лишь усугубил положение. К тому же техника обращения вспять не могла полностью избавить его от боли, многочисленные раны и муки, терзавшие его тело, вновь значительно подорвали его силы.
Мо Сюяо и Лин Техань не торопились. Крепко сжимая мечи, они с безразличным видом смотрели на Лэй Чжэньтина. Принимая во внимание характер Лэй Чжэньтина, в сложившейся ситуации он определенно не станет снова убегать, оставалось лишь опасаться, что перед смертью он захочет забрать кого-то с собой.
— Иметь возможность сразиться с Дин-ваном и главой павильона Яньван, я прожил эту жизнь не зря, — спокойно улыбнулся Лэй Чжэньтин.
Лин Техань сохранял спокойствие и молчал, а Мо Сюяо холодно усмехнулся.
— Я никогда и не собирался сражаться с тобой. Мне нужно лишь одно, ты умрешь, а я останусь жить.
Лэй Чжэньтин на мгновение остолбенел, а затем не сдержался и громко расхохотался, запрокинув голову к небу.
— Ха-ха… Дин-ван действительно достоин своего звания, Мо Люфан породил достойного сына! Мо Сюяо… Если бы сегодня здесь не было Лин Теханя, то от моей руки пал бы именно ты!
Самое непредсказуемое в этом мире — человеческое сердце, но Мо Сюяо непостижимым образом умел просчитывать его. Поэтому даже такой мастер, как Лин Техань, позволял ему распоряжаться собой. Возможно, Е Ли была права, в те годы дом Дин-вана едва не был уничтожен из-за коварства людских сердец. Мо Сюяо, извлекая горькие уроки из прошлого, сумел постичь все желания и помыслы человеческой души. Именно поэтому Лэй Чжэньтин проиграл в его руках.
Мо Сюяо не обратил внимания на насмешку Лэй Чжэньтина и безразлично произнес.
— Если бы главы Лин не было здесь, ты все равно не ушел бы живым. У меня нашлись бы другие способы отправить тебя на тот свет.
Лэй Чжэньтин громко расхохотался. Присутствующие в недоумении переглядывались, не понимая, над чем он смеется. Возможно, он и сам не понимал. Когда он наконец отсмеялся, Лэй Чжэньтин снова выпрямился и, направив меч на Мо Сюяо, сказал.
— Хорошо! Ладно… Тогда я посмотрю, какой смертью Ванъе заставит меня умереть!
На губах Мо Сюяо заиграла жестокая улыбка.
— Я хочу, чтобы ты… жаждал смерти, но не мог умереть!
Атмосфера на крепостной башне вновь изменилась, все невольно затаили дыхание, не отрывая взглядов от троих противоборствующих мужчин. Смертельная схватка между тремя людьми с высочайшими достижениями в боевых искусствах в этом мире вот-вот должна была завершиться. В то же время это означало, что в этой многолетней войне за власть над Поднебесной скоро определится победитель. И хотя, многие уже давно знали, кому в итоге достанется мир, они все равно не могли сдержать трепета в душе и не в силах были отвести глаз.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
