Я перепробовал множество вариантов: день рождения Хань Пиньму, номер его мобильного телефона, дни рождения его родителей и так далее, но всё было напрасно.
Когда я уже готов был сдаться, мне пришла в голову одна комбинация цифр.
Я вспомнил, как Хань Пиньму говорил, что 28 июня 1997 года в 14:43 его мать попала в автомобильную аварию. В тот момент смерть разлучила мать и сына навеки, и жизнь Хань Пиньму с тех пор пошла по иному пути.
В папке было два документа Word.
Я открыл первый. Это было письмо. Судя по обращению, оно предназначалось мне.
Здравствуй, Ли Чэн.
Поздравляю, ты угадал пароль. Жаль только, что, когда ты читаешь это письмо, я уже не могу поговорить с тобой лично. Знаю, что тебе наверняка любопытно узнать о некоторых вещах — вы, полицейские, скорее всего, все такие.
Не стану отрицать: на самом деле в тот момент, когда ты вступил в команду «Киберспорт Нефтяного города», я уже догадался, кто ты такой. Я понял, откуда ты пришёл и зачем. Знаю, тебе очень хочется выяснить, что же произошло на самом деле в те годы и какую роль во всём этом сыграл я. Поразмыслив, я всё же решил прибегнуть к такому способу.
Ду Цзюань убил я. Я ненавидел эту женщину. Это она разрушила брак моих родителей, разрушила мой дом.
В 1996 году Ду Цзюань пришла работать официанткой в ресторан «Чжуннань» — на работу, истинная суть которой была ясна всем в тех кругах. С самого начала она была женщиной с коварными намерениями. И действительно, Ли Чжэнбинь вскоре представил её моему отцу, Хань Шуанлиню, который тогда был в самом расцвете сил. В тот же год, как они познакомились, отец предложил матери развестись. Мать ради меня отказалась. Но после этого отец под подстрекательством Ду Цзюань перестал приходить домой. Сама же Ду Цзюань выслеживала мать по дороге с работы, в безлюдных местах оскорбляла её, избивала, вынуждая развестись с отцом. В конце концов она даже явилась к матери на работу и в зале заседаний при всех разделась догола. Терзая мою мать, она кричала, что беременна от отца, и требовала, чтобы мать уступила ей место.
Мой отец, Хань Шуанлинь, тоже оказался неблагодарным человеком. В своё время он смог так высоко подняться на нефтяном месторождении Чанчуань только благодаря тому, что женился на моей матери. До свадьбы он был всего лишь десантником в запасе, у которого не было ни гроша за душой; его распределили работать в управление подземных работ. После свадьбы дедушка постоянно продвигал его: сначала перевёл в аппарат управления, затем помог попасть в автопарк администрации. Только благодаря маме и дедушке он зажил в достатке и почёте и смог брататься с такими людьми, как Ли Чжэнбинь, которые раньше и не взглянули бы на него.
Но после смерти дедушки отец мгновенно изменился. Он захотел развестись с мамой, твердил, что сыт по горло вечными уступками и хочет следовать за истинной любовью. Почему же он не говорил о вынужденных уступках, когда въезжал в дом для руководителей? Почему он не думал о своей истинной любви, когда из кожи вон лез, добиваясь моей матери ради карьеры?
Моя мать была человеком хрупким. Под давлением Ду Цзюань и отца у неё началось психическое расстройство, но отец, совершенно не заботясь о нас с матерью, снова подстрекаемый Ду Цзюань, подал в суд на развод. Я тогда был маленьким, и суд постановил, что в такой ситуации развод невозможен, так как после него мы с матерью остались бы без опекуна.
В день оглашения приговора Ду Цзюань три часа орала под окнами нашего дома, как рыночная торговка, а потом ворвалась в квартиру и начала всё крушить, крича, что дом принадлежит отцу и чтобы мать убиралась вместе со мной. Мать в ужасе спрятала меня в шкафу, а отец сидел в машине неподалёку и наблюдал за всем этим.
Тогда, прячась в шкафу, я всё равно был счастлив, потому что суд не разрешил развод. Я думал, что отец наконец-то сможет вернуться домой, и наша семья снова станет такой, как прежде. Я и представить не мог, что отказ в разводе не только не вернёт сердце отца, но и обречёт нас на ещё более жестокие мучения. С тех пор Ду Цзюань открыто сожительствовала с моим отцом на месторождении и каждые несколько дней приходила к нам домой устраивать погромы. Так продолжалось до 28 июня 1997 года, когда мама погибла в автокатастрофе на шоссе Аньюань.
Свидетели говорили, что мама сама бросилась под машину. На шоссе Аньюань не было камер, а у мамы было психическое заболевание, поэтому дорожная полиция вынесла заключение о самоубийстве. Я обращался в полицию, заявлял на отца и Ду Цзюань, говорил, что это они убили мою мать, но полицейские твердили мне одно: доказательств нет. Доказательств нет? Доказательство — это я! Потому что за несколько дней до этого мама сказала мне, что ни за что не разведётся и тем более не покончит с собой, потому что это было бы только на руку отцу и Ду Цзюань.
Не прошло и трёх месяцев после смерти матери, как Ду Цзюань официально вышла замуж за отца и перевелась из ресторана в техникум. В одночасье она из торгующей собой девицы превратилась в учительницу.
Я ненавидел её, но у меня не было возможности отомстить. В то время я был всего лишь старшеклассником, даже оплата обучения и расходы на жизнь зависели от Хань Шуанлиня. Мне оставалось только ждать случая. Я верил, что такая женщина, как она, обязательно получит по заслугам.
В марте 1999 года такой случай представился: в Нефтяном городе произошла серия изнасилований и убийств. Я решил, что если в это время убью Ду Цзюань, подражая почерку преступника, то у меня непременно всё получится. Поэтому в ночь на 7 марта я вместе с одноклассниками Ху Сяофэем и Го Пэнфэем пробрался в общежитие профессионально-технического училища, где жила Ду Цзюань, и убил её.
Ду Цзюань убил я. Я нанёс ей три удара ножом: один в грудь и два в живот. Ху Сяофэй и Го Пэнфэй лишь зашли со мной в комнату, чтобы придать мне смелости, они не прикладывали рук. Особенно Го Пэнфэй — он хороший человек. После того как Ду Цзюань вышла замуж за отца, я перестал брать у него деньги, и следующие два года я не умер с голоду только благодаря поддержке Го Пэнфэя. Его семья жила небогато, его отец был неизлечимо болен, но он продолжал помогать мне. В те два года я не голодал, а он сам часто оставался с пустым желудком, потому что отдавал все деньги мне. 7-го числа Го Пэнфэй не знал, что я иду убивать Ду Цзюань, он просто боялся, что меня обидят, поэтому пошёл следом.
Что касается Ху Сяофэя, его семейная ситуация была похожа на мою. Его отец тоже бросил его и мать, найдя любовницу, поэтому он понимал мои чувства и сочувствовал моей беде. Он тоже хотел отомстить отцу и его любовнице, мы вдвоём часто обсуждали конкретные способы мести. Но тогда я и не думал, что он осуществит свою месть гораздо раньше, причём выберет для себя самый жестокий путь.
…
Сун Лайфу убил я. Вечером 15 мая 2012 года я зарезал его на грунтовой дороге рядом с фермой Хуэйминь при нефтедобывающем заводе. Я думал, что это облегчит участь Ху Сяофэя, спасёт его от мучений. Ху Сяофэй много раз признавался мне в мыслях о самоубийстве. Он говорил, что те двое постоянно давят на него, он не смел ни ослушаться их, ни тем более донести на них, и ему оставалось только продолжать истязать самого себя. Я думал, что смерть Сун Лайфу принесёт Ху Сяофэю освобождение, но не ожидал, что позже он всё равно покончит с собой.
…
Чжан Чэнго тоже убил я. Вечером 28 июня 2012 года он приказал охраннику отеля «Юэцзянъюань» Сунь Цяну притвориться мной и поехал с ним в зону развития города А, чтобы убить полицейского Чжао Ганьчжэ. Там он бросил моё рабочее удостоверение на месте преступления, пытаясь подставить меня. Вечером 6 июля 2012 года он снова попросил Сунь Цяна помочь разыграть спектакль, чтобы подставить либо меня, либо тебя, либо нас обоих сразу. Но он не знал, что этот Сунь Цян уже давно был мной подкуплен, и каждый его шаг был у меня под контролем. Поэтому весь вечер 28 июня я провёл с тобой, а вечером 6 июля Чжан Чэнго, уверенный, что его план удался, пошёл домой один, и я убил его по дороге. Раз играть, так до конца: раз уж он хотел устроить спектакль, я доиграл его вместе с ним.
Прости только, что я не сообщил тебе заранее о намерении Чжан Чэнго убить Чжао Ганьчжэ, что напрямую привело к его смерти. Извини.
…
В фильме «Двойная рокировка» есть фраза: «За всё в этом мире рано или поздно приходится платить». Всё началось из-за меня. Если бы я не жаждал мести, то Ху Сяофэй и Го Пэнфэй не оказались бы в таком положении. Особенно Го Пэнфэй — у него была отличная успеваемость, он сам по себе хороший человек и заслуживал светлого будущего. Если бы не я, то он сейчас наверняка жил бы счастливой жизнью, которой можно только позавидовать. Теперь я уже ни на что не рассчитываю, лишь надеюсь, что вы проявите снисхождение, когда будете решать судьбу Го Пэнфэя. Он не участвовал в убийстве Ду Цзюань, а смерти Сун Лайфу и Чжан Чэнго также не имеют к нему отношения. Я готов взять на себя всю вину, только прошу вас, не создавайте трудностей для Го Пэнфэя.
Это всё, что я хотел сказать. Желаю вам успехов в дальнейшей работе, счастья и здоровья.
С искренним
уважением,
Хань Пиньму
Июль 2012 года
Я открыл второй файл, и это оказался тот самый роман «Бездна». Версию Ху Сяофэя я уже видел, о версии Го Пэнфэя тот мне рассказывал сам, но я не знал, какое содержание ждёт меня в этой.
Заварив чашку кофе, я принялся за чтение.
Как и ожидалось, этот вариант отличался от версии Ху Сяофэя. В своей рукописи Ху Сяофэй утаил сведения о том, что Чжоу Ли действовал в сговоре с двумя настоящими убийцами, и представил Чжоу Ли положительным персонажем, помогающим полиции задержать преступников. Отличался он и от версии Го Пэнфэя, в которой не было части о том, как мать Чэнь Пина сфабриковала ложное дело. Оказывается, Хань Пиньму тоже завершил свой вариант, но и в нём он скрыл некоторые детали, вернее, исключил одного персонажа — Чэнь Пина. Вся история неизменно вращалась вокруг Лю Цзюня и Чжоу Ли.
Однако, как и в версии Го Пэнфэя, в романе «Бездна» авторства Хань Пиньму не было финала. Он оставил для него место, пронумеровал главы и даже написал подзаголовки. Вот только основной текст оставался пустым. Возможно, Хань Пиньму и сам не знал, каким будет окончательный финал этой истории.
- И действительно, почтовый ящик открылся. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
