— Ты же говорила, что адвокаты тебя не интересуют? — недовольно спросила Лу Цинцин, когда У Манман вернулась. — Посмотри на его живот. Неважно, спереди или сзади, даже если у него там восемнадцать сантиметров, из-за этого пуза он, пожалуй, сможет только у самого входа тереться.
У Манман хоть и была с ней полностью согласна, но жеманство — истинная суть леди, поэтому она лишь ответила Лу Цинцин:
— Проверяла на практике?
Лу Цинцин ничуть не скрывала своей ветреной натуры:
— Так придавит, что и вздохнуть не сможешь, его пузо выжмет весь воздух из твоих лёгких.
Хотя уже наступил вечер, У Манман всё же не привыкла вести подобные полуночные разговоры где-либо, кроме интернета, и поспешила перевести тему.
Пост в Вэйбо, опубликованный ещё в сумерках, пользователи уже успели разобрать до мельчайших деталей.
Породу чисто-белой лошади на заднем плане разгадали почти полностью, а некоторые особо проницательные личности по одной лишь родословной коня уже вычислили его владельца.
В этом городе людей, способных купить такую лошадь, содержать её и любящих это делать, можно было пересчитать по пальцам.
Статус У Манман как богатой красавицы в очередной раз подтвердился.
Несколько хейтеров, которые раньше постоянно обвиняли её в покупке подделок в комментариях, снова вылезли и начали заявлять, будто она отбелила лошадь.
Лу Цинцин обозвала У Манман расчётливой стервой, но тут же принялась изо всех сил защищать её в сети.
Торжественный ужин наконец-то закончился. Мужчины переместились к барной стойке, чтобы выпить, а дамам предложили множество развлечений на выбор, но большинство из них тоже предпочли отправиться к бару.
У Манман валилась с ног от усталости и собиралась сразу пойти к себе отдыхать.
Лу Цинцин недовольно удержала её:
— Зачем так рано ложиться спать? Видишь их?.. — Она указала на мужчин у барной стойки. — Они же все до одного тобой заинтересованы, а ты…
Мужчины здесь собрались видные, да и состояние у каждого было весьма завидным. У Манман понимала, к чему клонит Лу Цинцин, но лишь лениво отозвалась:
— Ничего хорошего в этом нет.
— Да ладно тебе? — Лу Цинцин слегка шлёпнула У Манман. — Не прибедняйся, тебе и так достался лакомый кусочек. Ты же очаровала абсолютно всех, не ломайся.
Но она вовсе не манерничала.
То, что женщина пользуется огромным успехом у мужчин, несомненно, служит наивысшей похвалой её достоинствам. Однако если за ней ухлёстывает большинство знакомых мужчин, это далеко не всегда к лучшему.
Мужчины — существа крайне прагматичные. Прежде чем начать ухаживать за женщиной, они обычно оценивают, насколько трудно будет её завоевать.
Если задача кажется невыполнимой, то женщина переходит в разряд богинь, которыми можно любоваться лишь издалека, но нельзя прикасаться. К таким они не подойдут сами, а будут лишь молча лелеять симпатию в глубине души.
И только ради тех женщин, которые кажутся легкодоступными или для завоевания которых нужно приложить лишь капельку усилий, мужчины станут хоть как-то стараться.
У Манман слишком хорошо понимала эту разницу. В глазах Нин Чжэна, Шэнь Тина и даже Цзян Баоляна она была всего лишь тщеславной девчонкой, которая по первому их мановению руки должна радостно прибежать и броситься в объятия. Именно поэтому они позволяли себе так легкомысленно заигрывать с ней.
Настоящие чувства выглядят совсем иначе.
К примеру, У Манман заметила, что Цзян Баолян за вечер посмотрел на Шэнь Юаньцзы не меньше десяти раз, но так и не осмелился сделать шаг навстречу и начать ухаживания.
Зрелые мужчины порой ведут себя как настоящие скоты.
У Манман невольно затосковала по своей первой любви в университете — по тому однокурснику, который краснел всякий раз, стоило ему увидеть её. Если бы только её болезнь не напугала его тогда…
Эх, если вспомнить сейчас, какими же чистыми и невинными были те времена.
Кто рано ложится, тот рано встаёт. Вчера вечером У Манман проигнорировала все недовольства Лу Цинцин, наотрез отказавшись жертвовать сном ради красоты из-за каких-то мужчин.
Сейчас, когда капли росы ещё дрожали на травинках, а на краю неба едва показались первые лучи солнца, У Манман уже вышла на деревянную террасу у бассейна на первом этаже, готовясь погрузиться в медитацию духовной йоги.
Но едва У Манман расстелила коврик для йоги, как случайно подняла голову и увидела человека на террасе второго этажа, который, описав дугу, словно прыгающая в воду рыба, прыгнул со второго этажа прямо в бассейн.
У Манман не ожидала, что кто-то ещё может вставать так же рано, как она.
Впрочем, во время утренней тренировки тревожить друг друга было не принято, поэтому У Манман отвела взгляд и принялась медитировать, скрестив ноги.
Спустя полчаса У Манман сменила позу, собираясь выполнить комплекс «Приветствие солнцу», и заметила, что плававший в бассейне человек как раз выходит из воды на берег.
Помня о том, какой необычайный интерес этот человек когда-то проявил к её пупку, У Манман не удержалась и мысленно отдала ему должное.
Её собственный пупок был круглым, а вот у Лу Суя он походил на узкий, продолговатый глаз. Должно быть, именно потому, что у него самого такого не было, он и проявил к её пупку особый интерес.
Кожа Лу Суя не была бледной, но и не походила на загар густого бронзового оттенка — это был приятный, естественный пшеничный цвет.
Выше пупка красовались шесть кубиков пресса, свидетельствовавшие о сексуальности и силе мышц, а ниже виднелись те самые линии Аполлона, о которых мечтают миллионы людей.
Фигура у него была действительно великолепной!
«В его возрасте наверняка приходится тратить массу времени и сил, чтобы поддерживать себя в такой форме», — подумала У Манман.
Пристальный взгляд на мужской живот мог показаться двусмысленным намёком, поэтому У Манман тут же подняла глаза и столкнулась со взглядом Лу Суя.
У Манман вежливо кивнула. Кажется, с тех пор как они приехали на виллу Лу Суя, они ещё не обменялись ни единым словом. Лу Суй относился к ней как к совершенно посторонней прохожей.
Произошедшее прошлый раз на его острове, судя по всему, было лишь кратковременным помешательством во время приступа болезни.
Лу Суй небрежно кивнул в ответ, взял полотенце, висевшее на подлокотнике кресла, и принялся вытировать волосы.
У Манман очень хотелось отвернуться, однако женское восхищение силой сродни мужской слабости перед нежностью — стоит подвернуться случаю, как хочется посмотреть ещё разок-другой.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
