Раз уж разговор зашёл об этом, У Манман никак не могла обуздать свою тягу к сплетням:
— Получается, тогда ты предпочла избавиться от ребёнка ради карьеры звезды только для того, чтобы больше соответствовать Лу Сую, так?
Хотя Дун Кэкэ была немного пьяна, большая часть её сознания оставалась ясной. Нахмурившись, она спросила:
— Какого ребёнка?
— Разве ты не ради того, чтобы стать звездой, избавилась от вашего с Лу Суем ребёнка? — повторила У Манман.
Дун Кэкэ с улыбкой покачала головой:
— Ну и сяогунян же ты, бог весть откуда услышала эти слухи.
Дун Кэкэ, держа бокал, с некоторой грустью произнесла:
— Если бы у меня мог быть от него ребёнок, разве я смогла бы избавиться от него? Это был бы лучший подарок, ниспосланный мне небесами.
У Манман почувствовала себя неловко. Она-то думала, что Лу Цинцин знает достоверные факты, а оказалось, что это всего лишь пустые слухи.
Впрочем, если подумать, это логично. При тех отчуждённых отношениях, которые были у Лу Цинцин с Лу Суем и Лу Линь, откуда ей знать подобные тайны? Это была всего лишь выдумка, родившаяся из искажённых слухов.
— Прости, — извинилась У Манман.
Дун Кэкэ покачала головой:
— Ничего страшного, я и не таких историй наслушалась, ходили даже слухи, будто я умерла.
Так обе женщины и пили — одна виски, другая содовую, стакан за стаканом, пока Дун Кэкэ не свалилась с ног.
К счастью, это был отель, и У Манман без труда смогла проводить Дун Кэкэ до её номера.
Это был президентский люкс высококлассного отеля. Уложив Дун Кэкэ, У Манман не захотела уходить — ведь она ещё никогда не останавливалась в президентских номерах! Воспользовавшись случаем, она насладилась джакузи, а затем, завернувшись в халат, тоже легла спать.
Когда утром они встретились внизу с заспанной Дун Кэкэ, обе не смогли сдержать улыбки и пожелали друг другу доброго утра.
Прекрасное солнечное утро, к тому же сразу две писаные красавицы — как тут обойтись без селфи?
Дун Кэкэ солнцезащитные очки были ни к чему — кто же на свете её не знает?!
А вот У Манман пришлось скрытничать и надеть тёмные очки, после чего они с Дун Кэкэ сделали несколько совместных снимков в лучах солнца.
Большая звезда есть большая звезда: в искусстве обработки фото она превосходила У Манман на голову. У Манман переняла немало трюков, а затем выложила фотографии в Weibo.
Количество подписчиков стремительно росло, просто взрывной рост.
Разумеется, не обошлось и без хвастовства в «Моментах» — для этой соцсети на фотографиях можно было уже не прятаться за очками.
Лента «Моментов» У Манман тут же взорвалась от комментариев с настойчивыми просьбами прислать фото с автографом.
Дун Кэкэ пообещала У Манман, что в следующий раз попросит ассистента передать их ей.
Тем временем на другом конце города полные сил мужчины с самого утра отправились на поле для гольфа, чтобы выплеснуть скопившуюся энергию.
Нин Чжэн, глядя на публикацию У Манман в «Моментах», невольно подивился: вчера вечером атмосфера между этими двумя женщинами была накалена до предела, как же они в один миг стали такими не разлей вода?
Обе в халатах, а на заднем плане явно отельный люкс.
В наше время и с женщинами ухо надо держать востро, тихо выругался Нин Чжэн. Неужели Дун Кэкэ тоже бисексуалка?
Нин Чжэн вспомнил, как У Манман выглядела вчера вечером: чёрное вечернее платье, не самый приметный фасон, но на ней оно обретало какую-то запретную таинственность.
Фигура у этой сяогунян была просто безупречной, со всеми соблазнительными изгибами, от одного воспоминания о которых бросало в жар.
Вот только ума ей немного не хватало.
Было очевидно, что по статусу она ему не пара, о женитьбе и речи быть не могло, но если бы она осталась с ним, он бы ни в чём её не обделил.
Но У Манман как на грех держалась подчёркнуто отстранённо, разыгрывая из себя непорочную деву, что изрядно портило аппетит.
Поэтому вчера вечером Нин Чжэн так и не подошёл поздороваться с У Манман.
А эта девчонка и вовсе не удостоила его даже мимолётным взглядом.
Когда желаемое недоступно, остаётся лишь ворочаться с боку на бок без сна.
Нин Чжэну порой хотелось, чтобы всё было проще: переспали — и дело с концом.
Стоило ему подумать о слове «переспать», как body невольно снова начало бросать в жар.
Нин Чжэн подумал про себя: «Ну и сильно же она на меня влияет. Только вчера вечером выпустил пар, по идее, не должен быть таким голодным».
— Что ты там разглядываешь с таким усердием, что даже про мяч забыл? — спросил подошедший Шэнь Тин.
Нин Чжэн сначала хотел ответить, что ничего особенного, но вспомнил, что Шэнь Тин тоже проявлял некоторый интерес к У Манман, и протянул ему телефон.
— В наше время женщины что, повально становятся бисексуалками? — пошутил Нин Чжэн.
К разочарованию Нин Чжэна, выражение лица Шэнь Тина после увиденного ничуть не изменилось — у него и так всегда была маска вечного ледника. Однако затем Шэнь Тин совершенно естественно передал телефон подошедшему Лу Сую.
Лу Суй, напротив, слегка удивлённо приподнял бровь.
— Бедняжка Дун, уж не ты ли вынудил её переметнуться к женщинам? — рассмеялся Нин Чжэн.
О безответной любви Дун Кэкэ к Лу Сую их компания знала вдоль и поперёк.
Лу Суй никогда не отвечал на подобные глупые вопросы.
Нин Чжэн убрал телефон и вздохнул:
— И ведь не поспоришь, эта девчонка, У Манман, действительно не промах. С её-то характером Дун Кэкэ умудрилась сойтись с У Манман.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
