У Манман отшвырнула телефон в сторону. Она чувствовала, что с неё хватит: как она вообще умудрилась обсуждать такие непристойные темы с этим озабоченным типом?
Но, поразмыслив, она решила, что не стоит позволять ему лишь черпать знания у неё. В следующий раз, если представится случай, нужно будет и самой расспросить его кое о чём, касающемся мужчин.
У Манман погрузилась в свои мысли, как вдруг увидела, что сотрудники выводят У Даньдань.
— Ты что, дурачок? Такой большой, а в штаны надул? — Этот ребёнок так заигрался, что пожалел времени даже на туалет и справил нужду прямо в штаны.
У Манман понятия не имела, что делать с детьми, которые писаются.
У Даньдань наотрез отказался носить мокрые штаны, поэтому У Манман пришлось повести его в туалет торгового центра.
У этого карапуза уже вовсю проснулось осознание своего пола: он категорически отказывался заходить в женский туалет. У Манман едва не свихнулась от злости и просто затащила У Даньдань внутрь силой — не идти же ей за ним в мужской?
Переодевая его, У Манман не удержалась от картинных возгласов, прикрывая глаза ладонью:
— У меня сейчас ячмень вскочит! Я ведь ещё девушка на выданье, даже у собственного мужа «хозяйства» не видела, а твоё — на тебе, узрела!
У Манман чувствовала себя крайне удручённой.
На этот раз У Даньдань проявил щедрость:
— Раз увидела, считай, тебе повезло. Сейчас ты смотришь на чужого мужа.
У Манман чуть не задохнулась от возмущения, вызванного этим маленьким демоном:
— Кому нужно смотреть на твоё добро?!
Когда они надевали штаны, У Даньдань начал привередничать: то пояс не так затянут, то штанины перекручены.
У Манман это привело в бешенство:
— Я тебе не мать, и то, что я вообще на тебя штаны натягиваю, уже подвиг. Ты уже взрослый, сам одеться не можешь? Не умеешь — ходи с голым задом.
— По возрасту ты мне в матери более чем годишься. Женщина должна быть нежной, ясно? — сердито пробурчал У Даньдань.
«Откуда только взялось это чудовище?»
У Манман совершенно не понимала, неужели все нынешние дети такие не по годам развитые?
Но был ли перед ней взрослый мужчина или маленький мальчик, У Манман никогда не прощала тех, кто смел посягать на возраст женщины.
У Манман рявкнула:
— В какие ещё матери, чёрт возьми! Если я, твоя сестра, сейчас выйду на улицу, любой скажет, что я старшеклассница, понятно?
Выходя из дома, У Манман специально переоделась.
Белоснежная футболка, короткая белая юбка, белые кеды и волосы, собранные в конский хвост — она выглядела настолько невинно, что хоть сейчас снимай в рекламе «зелёного чая».
Она сделала это специально, чтобы, когда она будет вести У Даньдань за руку, никто не принял её за мать такого взрослого ребёнка.
— Удостоверение личности не врёт, — в отличие от взбешённой У Манман, У Даньдань был совершенно спокоен. — Двадцатипятилетняя старая дева.
Мамочки, этот мелкий сопляк, небось, и слова-то такого не знает, а уже ругается!
— Да что тебе этот Лю Лэвэй подсовывает смотреть?! — в ярости воскликнула У Манман.
Когда сестра с братом вышли из туалета, они демонстративно игнорировали друг друга.
В конце концов У Манман решила проявить великодушие и первой пошла на примирение, согласившись на «уступку территорий и контрибуцию».
Только тогда они, взявшись за руки, отправились на пятый этаж, в город игрушек.
Условились так: купят игрушку, и У Даньдань послушно пойдёт с У Манман домой.
Хотя У Манман и раньше покупала брату много игрушек, она никогда не делала этого в «Чунтянь Гуанчан».
Учитывая статус этого торгового центра, цены на игрушки здесь наверняка были заоблачными.
Впрочем, теперь у У Манман водились карманные деньги, так что она не тушевалась.
Ровно до того момента, пока не увидела модель автомобиля «Астон Мартин», которую выбрал У Даньдань. Пересчитав нули в ценнике, У Манман мысленно ахнула.
С какой стати моделька стоит столько, что на эти деньги можно купить настоящий отечественный автомобиль?
У Манман ощутила пустоту в кошельке и прямо призналась:
— У меня нет столько денег.
У Даньдань надул губы:
— Ты же работаешь уже несколько лет.
У Манман почувствовала, будто ей нож в колено вонзили, и упрямо огрызнулась:
— А есть мне, по-твоему, не надо?!
У Даньдань продолжал дуться, а потом отошёл в сторону выбирать другие игрушки. Он долго возился, но так ничего и не выбрал — было ясно, что его сердце прикипело к той модели.
Люди всегда такие: когда увидят что-то стоящее, уже не хотят соглашаться на то, что не нравится.
У Манман потеряла терпение. Посмотрев на часы, она принялась искать У Даньдань по всему залу.
— Манман, — Нин Чжэн был крайне удивлён, увидев здесь У Манман, но в глубине души невольно подумал о слове «судьба».
Завтра был день рождения сына Лу Линь, и Нин Чжэн сопровождал Лу Суя в поисках подарка. Заодно он решил купить что-нибудь и от себя, иначе старшая Лу-сяоцзе наверняка вышла бы из себя.
— Что ты здесь делаешь? — спросил Нин Чжэн. Обычный человек без причины в детский магазин игрушек не зайдёт.
У Манман обернулась и, заметив Лу Суя и Нин Чжэна, тоже очень удивилась.
Прелестный конский хвост слегка качнулся в воздухе и опустился ей на плечо, а кончики волос, чуть завиваясь кверху, словно рыболовным крючком цепляли взгляды.
Всего в нескольких сантиметрах ниже плеч высилась гордая грудь.
Тело юной девушки, налитое соком и полное жизни, казалось, источало свежесть — стоило лишь слегка сжать его, и она брызнет, словно родниковая вода.
Нин Чжэн вынужден был признать: он всё никак не мог смириться с отношениями с Шэнь Юаньцзы, вероятно, ещё и потому, что сетовал на её возраст.
Хоть она и ухаживала за собой, но всё равно казалась ему какой-то увядшей.
У Манман не успела ответить Нин Чжэну, как сбоку раздался звонкий детский голос:
— Мама!
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
