— Но разве Гу Хундао этим не оскорбит Нин Чжэна? — не удержавшись от любопытства, снова спросила У Манман. — С женой друга шутки плохи.
Лу Цинцин рассмеялась:
— Ха-ха, это если жена друга недостаточно богата. Кому не понравится такая усыпанная бриллиантами женщина, как Шэнь Юаньцзы? С Нин Чжэном они всего лишь приятели, но если он женится на Шэнь Юаньцзы и наладит прочные связи с семьёй Шэнь, неужели он станет бояться гнева Нин Чжэна?
У Манман подумала, что это резонно.
— Ты пойдёшь завтра на банкет по случаю помолвки? — снова прислала сообщение Лу Цинцин.
— Пойду, — ответила У Манман. Шэнь Юаньцзы лично прислала приглашение, как она могла отказаться?
По правде говоря, У Манман была даже польщена: она и не думала, что может представлять угрозу для положения Шэнь Юаньцзы как Нин-тайтай. Видимо, её слишком высоко оценили.
На банкете Шэнь Юаньцзы выглядела по-настоящему прекрасно. Красное платье делало её величественной, словно императрица, вот только улыбка была слишком холодной, а лицо Нин Чжэна и вовсе ничего не выражало.
Лю Лэвэй подвела У Манман и У Даньданя поздороваться с тётей Шэнь Тина, Шэнь Цзинмэй. Сестра с братом вели себя прилежно, так как перед уходом Лю-нюйши уже пригрозила им лишением карманных денег и поломкой моделей машин соответственно.
— Это и есть Манман? Какая красавица, да ещё и послушная. Лэвэй, тебе очень повезло, — Шэнь Цзинмэй оказалась на редкость приветливой, разительно отличаясь от Шэнь Тина и Шэнь Юаньцзы.
У Манман поспешно поблагодарила её.
— И впрямь хороша, неудивительно, что такой человек, как наш Шэнь Тин, после той встречи отозвался о тебе с одобрением, — сказала Шэнь Цзинмэй. — Только вот нрав у него холодноват, он никогда не показывает своих чувств. На самом деле, если девушка проявит немного инициативы, она точно сможет его покорить.
У Манман оставалось только вежливо улыбаться — холодность Шэнь Тина была ей не по нутру.
— Это верно, времена нынче другие. Если современные женщины не будут активнее, всех завидных мужчин разберут, — поддакнула Лю Лэвэй.
Шэнь Цзинмэй с улыбкой кивнула и тут же поманила рукой стоящего неподалёку Шэнь Тина.
Когда Шэнь Тин подошёл, Шэнь Цзинмэй сказала:
— Шэнь Тин, не мог бы ты развлечь Манман за меня? Нам с твоей тётей Лю нужно побеседовать.
Это было самое настоящее неприкрытое сводничество.
Шэнь Тин кивнул и какое-то время постоял рядом с У Манман. Минуту спустя он спросил:
— Почему ты молчишь?
У Манман вскинула взгляд:
— Разве ты не говорил, что доволен моей немногословностью?
Шэнь Тин, вопреки обыкновению, слегка улыбнулся и через мгновение неожиданно спросил:
— В прошлый раз, когда ты была с Гу Хундао, ты выступала в роли переводчицы?
У Манман не понимала, к чему он завёл этот разговор.
— О, не совсем. Он нанял меня в качестве спутницы.
Шэнь Тин нахмурился:
— Как он с тобой познакомился? Ты так сильно нуждаешься в деньгах?
— В то время — да, — ответила У Манман. — Его секретарь нашла меня в интернете.
Шэнь Тин снова нахмурился:
— Впредь старайся избегать подобного. Для девушки это слишком опасно.
У Манман захлопала глазами, не совсем понимая тон Шэнь Тина.
Шэнь Тин замолчал. Он и без того не умел обхаживать женщин — обычно это они старались ему угодить.
А поскольку У Манман не поддерживала беседу, он не знал, как продолжать.
Шэнь Тин немного жалел, что в прошлый раз неверно оценил У Манман. Позже, сблизившись с Гу Хундао, он расспросил его, и тот объяснил, что между ними ничего такого нет.
Сейчас Шэнь Тин хотел извиниться, но для этого не было подходящего повода.
У Манман же не нравился этот наставнический тон, поэтому она сухо отозвалась и замолчала.
В конце концов Шэнь Тин заговорил первым:
— Почему ты не перезвонила мне после возвращения с яхты?
У Манман призналась честно:
— На самом деле я обычно очень болтлива. В тот день ты постоянно говорил по телефону, вот мне и показалось, что я молчалива.
Шэнь Тин не ожидал услышать от У Манман столь явный отказ. Он не был навязчивым человеком, и то, что он сегодня вновь заговорил о старом, само по себе было из ряда вон выходящим.
Выслушав её, Шэнь Тин кивнул в знак извинения и ушёл.
У Манман с облегчением вздохнула. Холодные красавцы были ей не по зубам. К тому же при всей серьёзности Шэнь Тина, он вряд ли вынес бы её странности.
Впрочем, У Манман было немного жаль — фигура у Шэнь Тина, если судить по талии и бёдрам, была весьма недурна.
У Манман витала в облаках, когда Лю Лэвэй внезапно схватила её за локоть:
— Лу Суй пришёл. Пойдём со мной, поздороваешься.
У Манман подняла глаза. Появление Лу Суя напоминало выход звезды, словно звёзды, окружающие луну — он едва не затмил самих виновников торжества. Желающих поговорить с ним выстроилась целая очередь, и У Манман не считала момент подходящим.
— Вокруг него слишком много людей, неудобно вот так врываться, — сказала У Манман.
Лю Лэвэй сердито взглянула на дочь, схватила У Даньданя и потащила его в сторону Лу Суя, а смышлёный мальчишка крепко вцепился в руку У Манман.
В этот момент к ним присоединился У Сун, и вся семья из четырёх человек торжественным маршем направилась к Лу Сую.
У Манман чувствовала, как краснеет — роль подлизы была ей совсем не по душе.
— Лу-сяньшэн, — чуть громче обычного поздоровался У Сун. На душе у него было неспокойно: хотя Лу Суй и славился спокойным нравом, он далеко не каждому оказывал внимание.
Все, кто стоял рядом с Лу Суем, обернулись к У Суну с немым вопросом на лицах: «Это ещё кто такие?»
Услышав голос, Лу Суй тоже обернулся. Он первым делом окинул взглядом У Манман, затем перевёл взор на У Суна и на мгновение замер.
Пока остальные в тишине ждали, когда эта незваная семейка опозорится, Лу Суй произнёс:
— У-сяньшэн.
У Сун мгновенно выдохнул. Когда Лю-нюйши подбивала его подойти, он поначалу сопротивлялся: подходить без представления и навязываться с приветствиями считалось дурным тоном.
У Сун и не надеялся, что Лу Суй знает его фамилию — это стало для него настоящим сюрпризом.
Лиха беда начало. Раз разговор завязался, У Сун смог перекинуться с Лу Суем парой дежурных фраз.
У Даньдань, этот сорванец, не слушая возражений У Манман, уже подскочил к Лу Сую и задрал голову, собираясь заговорить.
У Манман похолодела от ужаса: она боялась, что Дань-Дань назовёт Лу Суя отцом. Если это случится, Лю-нюйши прославится на весь свет.
— Здравствуйте, дядя Лу, — вежливо произнёс У Даньдань. — Спасибо тебе за ту модель машины, которую ты мне подарил.
— Не за что, — кивнул Лу Суй.
— Мама говорит, что брать вещи у других просто так невежливо, поэтому я тоже должен сделать тебе подарок. Только сегодня я его не принёс.
Детская непосредственность в свете — безотказное оружие, не знающее преград.
Лу Суй едва заметно улыбнулся:
— Спасибо.
Лю-нюйши тут же подхватила:
— Да, Лу-сяньшэн. В прошлый раз Дань-Дань повёл себя неразумно и доставил тебе хлопот. Позвольте узнать, не будет ли удобно, если мы пришлём подарок к тебе домой?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
