— Не нужно, ничего важного, — сказала У Манман, убирая телефон.
Лу Суй слегка приподнял бровь:
— Твоё отношение напоминает мне кое-кого другого.
У Манман вскинула веки, ожидая, что Лу Суй продолжит.
— Моих подчинённых, — произнёс Лу Суй.
Раньше он был слишком уверен в себе и не понимал, полагая, что её послушание и кротость проистекают из симпатии. Лишь позже Лу Суй осознал, что У Манман вела себя так, будто получала зарплату и потому должна угождать боссу.
В худшие моменты это было даже отношение в духе «мне лень тебе сопротивляться» — из-за отсутствия ожиданий ей не хотелось тратить силы на ссоры или борьбу.
«Бьёт — значит любит» — на самом деле не просто шутка.
У Манман улыбнулась:
— И как же ты хочешь, чтобы я тебя называла: Лу-сяньшэн или Босс?
Лу Суй ответил:
— Ты ведь не собираешься за меня замуж, так что тебе вовсе не обязательно мне угождать.
У Манман прыснула от смеха:
— Я не угождаю тебе, а просто проявляю уважение. Это вежливость, понимаешь? Не будь таким самовлюблённым, Лу-сяньшэн.
— О, ты весьма воспитана, — парировал Лу Суй.
Хотя это была похвала, У Манман почувствовала укол совести. Она невольно вспомнила их первую встречу: девушка, способная на те слова, явно не отличалась хорошим воспитанием.
— Кстати, почему ты тогда был таким мелочным? Всего лишь из-за пустяка, — спросила У Манман.
Вопрос У Манман был резким перескоком с темы на тему, но, к удивлению, Лу Суй всё понял. Он наклонился к ней:
— Хочешь услышать правду?
За правду пришлось заплатить.
Машина Лу Суя стояла у знаменитой Реки влюблённых университета А. Обычно места, носящие имя «влюблённых», отличались тусклым освещением, где даже патруль с фонариками не смог бы разглядеть лиц.
Губы и язык У Манман онемели; от простого поцелуя перехватило дыхание, словно после забега на восемьсот метров.
У Манман, собрав остатки самообладания, отстранилась от Лу Суя. В Роще влюблённых было темно, но вовсе не безлюдно. Парочки здесь были заняты своим воркованием и поцелуями, однако переходить границы не стоило — никто не хотел устраивать представление при свидетелях.
— Говори, — У Манман включила плафон, достала маленькое зеркальце и принялась поправлять макияж.
— Что говорить? — в этот момент кровь Лу Суя ещё не вернулась к мозгу, поэтому он соображал медленно.
У Манман с хлопком закрыла зеркальце и холодно фыркнула:
— Ты не держишь слово. В следующий раз меня так не проведёшь.
Лу Суй снова притянул У Манман в свои объятия:
— Тогда я подумал, что девчонка недурна собой, только вот с головой у неё не всё в порядке. Немного жаль, но мне просто захотелось, чтобы ты извлекла урок из своих ошибок и стала скромнее.
У Манман озадаченно моргнула и спустя мгновение поняла:
— Так ты, выходит, просто решил каждый день делать по одному доброму делу?
Лу Суй сказал:
— Обычно я не вмешиваюсь в чужие дела.
Сейчас это казалось предначертанным свыше.
Из-за мимолётного порыва проучить У Манман он запомнил её. Всё, что случилось потом, произошло само собой.
У Манман усмехнулась:
— Будь таких благодетелей побольше, я бы, наверное, и до расцвета лет не дожила.
В последующие дни У Манман и Лу Суй виделись нечасто, однако трёхразовое питание было обеспечено.
Аньни каждый день точно в срок приносила завтрак, обед и ужин в их общежитие. Удобно, когда еду доставляет женщина — даже не нужно спускаться вниз.
— Послушай, а что за человек этот Лу-сяньшэн? У меня такое чувство, что твоя жизнь превращается в капиталистическое разложение, — спросила Цзэн Жулин, прихлёбывая утренний кофе. — Это же гораздо вкуснее, чем в Старбаксе.
У Манман вдохнула аромат и отправила Лу Сую сообщение в Вэйсинь: «Не балуй так Цзэн Жулин, а то её будущий парень тебя проклянёт».
«Если у неё нормальная ориентация, я могу обеспечивать её кофейными зёрнами всю жизнь», — ответил Лу Суй.
«Ты точно не хочешь за ней приударить?» — быстро печатала У Манман.
Лу Суй ей больше не ответил.
Когда У Манман снова встретила Лу Суя, рядом с ним всё ещё сидела та полная энтузиазма девушка с прошлой недели. У Манман подошла с ледяным лицом:
— Лу-сяньшэн снова решил сделать доброе дело?
Лу Суй ущипнул У Манман за щёку:
— Почему ты совсем не поправляешься?
На самом деле питательных веществ было с избытком: У Манман трижды за неделю сходила в спортзал. А вот Цзэн Жулин и Дай Тинтин пришлось несладко — их лица заметно округлились, чего они сами даже не заметили.
У Манман смахнула руку Лу Суя и протянула телефон той воодушевлённой студентке:
— Однокурсница, не могла бы ты нас сфотографировать?
У Манман взяла Лу Суя под руку и ласково склонила голову ему на плечо.
— Спасибо, — Лу Суй перехватил руку У Манман, когда она потянулась за телефоном, и первым взял его.
У Манман не сердилась; она только что с лёгкостью устранила маленькую соперницу и была в прекрасном настроении.
— Что ты задумала? — Лу Суй поднял телефон.
У Манман сказала:
— Нин Чжэн попросил меня сфотографировать, как ты занимаешь для меня место, и обещал за это миллион. Как насчёт того, чтобы поделить пополам?
Лу Суй переслал фото с телефона У Манман на свой, а затем вручную удалил его у неё:
— На память оставить можно, но продавать — нет. Тебе так сильно нужны деньги?
У Манман промолчала.
Казалось, она всегда пребывала в состоянии нехватки денег — она была из тех, кто может потратить любую сумму. Оказавшись в одиночестве в университете А и пережив финансовые трудности, она твёрдо решила стать успешной и независимой женщиной, способной прокормить себя. По крайней мере, ей нужно было собственное гнёздышко.
В университете можно жить в общежитии, но после выпуска это станет невозможным.
В этом вопросе Лу Суй ничем не мог помочь У Манман. Разумеется, он мог дать ей денег, но У Манман не хватало чувства безопасности, а оно могло прийти только с покупкой собственного жилья на деньги, заработанные своим трудом.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
