Травмы Чэн Юэ оказались не слишком тяжёлыми: всё-таки это был оживлённый центр города, и водитель не мог сильно разогнаться. Но У Манман появилась слишком внезапно, к тому же на красный свет, и Чэн Юэ попал под удар, когда бросился к ней, чтобы оттолкнуть в сторону.
Когда водитель вышел из машины, у него дрожали ноги. Это была настоящая беда на ровном месте. Лишь когда он разглядел раны Чэн Юэ, его сердце немного успокоилось.
Придя в себя, водитель не удержался от ворчания. Сегодня прямо день какой-то проклятый: парочка ссорится, девица ищет смерти и несётся через дорогу на красный, а парень корчит из себя героя, спасающего возлюбленную. То, что эти двое безумцев не расшиблись насмерть, — просто чудо, им нужно небеса благодарить, и в первую очередь за то, что скорость была небольшой.
У отделения скорой помощи У Манман сидела на стуле, растерянная и отрешённая. Холод волнами расходился от позвоночника, заставляя её невольно дрожать.
— С ним всё в порядке, Манман, — Лу Суй подошёл и мягко положил руку ей на плечо.
Но У Манман подскочила, словно от удара током, отступила на широкий шаг и отвернула голову, не желая видеть Лу Суя.
Лу Суй явно переоценил её душевное состояние.
Хотя она подсознательно подхватила Чэн Юэ, когда тот упал, она не до конца понимала, что именно с ним случилось и что он делает — в её голове не осталось чётких образов.
Сейчас в сознании У Манман всё смешалось в безумном хаосе: визг тормозов, шумные крики толпы, завывание сирены скорой помощи…
У Манман чувствовала, как голова раскалывается от боли. Упершись рукой в стену, она медленно сползла на стул и обхватила голову руками, раз за разом внушая себе: всё, что только что произошло, — неправда, это просто игра, стоит ей уснуть и проснуться, как всё пройдёт.
Но другой голос твердил ей: хватит убегать, это реальность, Чэн Юэ вернулся.
И Лу Суй теперь наверняка узнает обо всём, что с ней случилось в прошлом.
Он хоть и знал, что она лежала в психиатрической больнице, но не мог в подробностях знать, насколько безумной и жалкой она была тогда.
Он не знал, как униженно и трусливо она стояла на коленях перед Чэн Юэ в аэропорту, умоляя его не бросать её.
На самом деле она вовсе не так прекрасна и не так идеальна, какой хочет казаться. Она — лишь человек, от которого многие отворачивались и которого бросали.
И когда-нибудь наступит день, когда он осознает это. Он, такой выдающийся, поймёт, что она ему совершенно не пара, и найдёт себе кого-то получше.
У Манман в отчаянии сжимала голову руками, думая о том, что всё это время обманывала саму себя. Как же жалко и малодушно было заниматься этим самообманом. Оказалось, что те кошмары происходили с ней наяву.
У Манман сейчас была полностью погружена в омут жалости к себе и не подозревала, какой сигнал её состояние подаёт Лу Сую.
Первая любовь вернулась, первая любовь лежит в больнице, потому что спас её, — и теперь в её глазах не осталось места ни для кого другого.
Она даже не может выносить его прикосновений?
Разумеется, Лу Суй знал, кто такой Чэн Юэ. Знал, что Чэн Юэ — это незаживающая рана в сердце У Манман, и что всё её прошлое связано с этим мужчиной.
Но Лу Суй не ожидал, что спустя девять лет влияние Чэн Юэ на У Манман окажется настолько сильным, что всего одна встреча доведёт её до полного срыва.
— У Манман, посмотри на себя, на что ты похожа? — Лу Суй был человеком властным. В последнее время он старался быть мягче, но это не значило, что у него не было чувств. — Неужели из-за какого-то Чэн Юэ ты…
Лу Суй силой развернул её за плечи, заставляя смотреть на него.
У Манман взглянула в его глаза и сразу прочитала в них гнев и разочарование.
Стоило ей услышать имя «Чэн Юэ», как голос в её голове тут же закричал: «Видишь? Лу Суй всё знает, он всё знает!»
Внезапно У Манман почувствовала, что не может дышать.
Мир вокруг в одно мгновение затих. Она ничего не видела и не слышала, ладони стали мокрыми от пота.
У Манман, пошатываясь, встала и, спотыкаясь, оттолкнула Лу Суя. Казалось, чьи-то руки сжали её горло — удушье было невыносимым.
Она добежала до туалета, и её вырвало чуть ли не желчью. Она чувствовала себя грязной и отвратительной.
Дальнейшее промелькнуло, как кадры в ускоренном кино. Когда У Манман немного пришла в себя, она уже лежала в своей постели в доме Лу Суя.
===
— Возможно, это паническое расстройство, — сказал У Юн по телефону, выслушав описание Лу Суя. — Но я пока не могу утверждать наверняка. Я сейчас выезжаю к вам.
Лу Суй положил трубку и, обернувшись к Аньни, спросил:
— Манман спит?
Аньни кивнула.
Лу Суй поднялся на второй этаж. Он толкнул дверь в спальню У Манман, но не нашёл её в постели. Поиски в комнате тоже не дали результатов.
— Я клянусь, я спустилась только тогда, когда увидела, что сяоцзе уснула, — взволнованно проговорила Аньни, стоявшая за его спиной.
— Пусть Лао Бидэ проверит записи с камер, — приказал Лу Суй.
Камеры показали, что У Манман не выходила из комнаты. Лу Суй опустил веки и направился прямиком в гардеробную.
Распахнув дверцу шкафа, он увидел, что У Манман и впрямь забилась в угол. Когда внутрь проник свет, она рефлекторно прикрыла глаза рукой.
— У Манман, — Лу Суй рывком распахнул дверцу шире.
У властных людей обычно есть одна слабость: они не выносят трусов, которые прячутся от проблем. В обычное время Лу Суй мог потакать У Манман в чём угодно, но не сегодня.
Поэтому он безжалостно вытащил её из тёмного угла, который казался ей безопасным.
У Манман, босая и растрёпанная, стояла перед ним. Он подвёл её к ростовому зеркалу.
— Посмотри на себя, Манман. Тебе сейчас двадцать семь, а не семнадцать.
Сейчас У Манман больше всего на свете ненавидела собственный вид. Обливаясь слезами, она поднялась на цыпочки и закрыла ладонями рот Лу Суя, всхлипывая:
— Молчи, ничего не говори…
Лу Суй смотрел на У Манман, и его охватила ярость от её бессилия. Он привлёк её к себе и, гладя по волосам, произнёс:
— Манман, не бойся. Я буду рядом, что бы ни случилось. Какое бы решение ты ни приняла, я поддержу тебя. Ты сейчас больна, давай покажемся врачу, хорошо?
Услышав это, У Манман снова почувствовала сильное сердцебиение и удушье. Она с трудом ловила воздух ртом и отчаянно затрясла головой:
— Я не больна, я не больна! Я не хочу в психиатрическую больницу, не хочу в психиатрическую больницу…
На самом деле сейчас У Манман совершенно не различала прошлое и настоящее. Её мозг больше не мог нормально справляться с эмоциями.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
