Чунь Лао не ожидал нападения, но, будучи закаленным в сотнях сражений, едва почувствовав неладное в движениях Кэ Юэ, он тут же уклонился. Кэ Юэ, перенявшая мастерство у самой Дуаньму Жун, с тех пор как приняла на себя тяжкое бремя главы школы Шэньду Цзюгун, била по акупунктурным точкам с невероятной точностью. Чунь Лао ловко увернулся, уберегши точки Чжигоу, Вайгуань и Янчи, однако Кэ Юэ всё же успела нанести удар пальцем в точку Хуэйцзун. Чунь Лао почувствовал, как правую руку внезапно пронзила резкая ломота и онемение, и ему ничего не оставалось, кроме как выставить левую ладонь, чтобы встретить атаку Цзин Тяньмина. Но едва он начал движение, как в сердце его поселился ужас: «Плохо! Почему внутренняя сила совсем исчезла?» Чунь Лао намеревался сначала принять удар Цзин Тяньмина на себя, а затем сменить прием, но Цзин Тяньмин внезапно схватил его за запястье, дернул на себя и, вытянув палец, запечатал точку Шэньфэн на его груди.
Нанеся удар в правую руку Чунь Лао, Кэ Юэ больше не обращала на него внимания и немедленно бросилась к Шу Байюю. Тот же, едва оправившись от удара ладонью Цзин Тяньмина, от которого у него помутилось в голове и посыпались искры из глаз, ещё не понимал, что произошло, и лишь инстинктивно метнул горсть скрытого оружия. Кэ Юэ легко уклонилась, используя шаги техники ладоней Сюаньмин. Десятки стальных шипов, пролетев совсем немного, посыпались на землю — было очевидно, что Шу Байюй тоже лишился всей внутренней энергии. Шу Байюй развернулся, чтобы бежать. Кэ Юэ не спешила преследовать его. Она остановилась и достала из рукава заранее приготовленный матерчатый кляп, который засунула в рот обездвиженному Чунь Лао. Шу Байюй бросился к выходу из каменного зала, но в этот момент в точку Линтай на его спине, словно стремительная молния, ударил палец Цзин Тяньмина. Цзин Тяньмин, разозлившись на то, что этот человек без умолку звал её «Кэ Юэ-мэймэй», вдобавок пнул Шу Байюя и только после этого оттащил его обратно к беседке. Кэ Юэ проявила беспристрастность и тут же заткнула рот Шу Байюя таким же кляпом.
Синь Яньянь сидела в беседке, всё ещё сжимая в правой руке белый нефрит. Она видела, как всё произошло. Словно заяц вскакивает, а сокол падает1, перемены были подобны испуганному лебедю и внезапному грому. Решения о том, кто первым пойдет в атаку и как они будут прикрывать друг друга, Цзин Тяньмин и Кэ Юэ принимали на ходу, но со стороны казалось, будто они учились у одного наставника — настолько идеальным было их взаимопонимание. Глядя на них, Синь Яньянь невольно почувствовала оцепенение, смешанное с тихой печалью.
Видя, что дело сделано, Хуа Шэнцзян и Лю Би вынесли из-за кустов настоящую Бай Цяньхун и положили её рядом с Чунь Лао и Шу Байюем. Когда Чунь Лао и Шу Байюй увидели, что появилась ещё «пара их самих», они пришли в неописуемую ярость.
— Медлить нельзя, действие порошка, лишающего силы, продлится всего пол-шичэня, — сказала Кэ Юэ пятерым спутникам. — Нужно сначала убить их, а потом прорываться в алхимическую лабораторию.
— Разумно, — ответил Лю Би. Хотя по пути он постоянно препирался с Кэ Юэ, здесь у него не возникло возражений. Он обнажил короткий нож и шагнул вперед.
— Всем стоять! — Сун Сешань выступил вперед и выхватил нож из рук Лю Би. — Мы — люди чести и долга, разве можем мы пользоваться чужой беспомощностью? Сегодня мы одолели этих трех леших Долины Призраков хитростью, и если мы убьем их сейчас, они вряд ли признают поражение в своих сердцах. Лучше просто свяжите их.
Кэ Юэ в замешательстве оглянулась на Цзин Тяньмина. Лю Би же возразил:
— Если бы ситуация была обратной и это они схватили бы нас, как ты думаешь, оставили бы эти трое нас в живых?
— Разумеется, нет, — ответил Сун Сешань. — Но мы не можем из-за этого предавать свои убеждения и верность пути справедливости. Разве не в этом заключается разница между добром и злом, между нами и ими?
— Верно, — в один голос произнесли Цзин Тяньмин и Хуа Шэнцзян. С помощью Сун Сешаня они крепко связали всех трех леших. Лю Би и Кэ Юэ обменялись многозначительными взглядами. Кэ Юэ втайне пожалела о случившемся. Если бы она знала заранее, что Цзин Тяньмин и остальные станут настаивать на сохранении жизни пленникам, то обязательно взяла бы с собой золотую верёвку Цзяоцзинь.
Больше всех были поражены Чунь Лао, Бай Цяньхун и Шу Байюй. Они никак не ожидали, что именно Чжао Наньян вдруг решит спасти их. Все эти слова о «пути справедливости» и «убеждениях людей чести», слетевшие с уст Чжао Наньяна, казались им нелепой насмешкой над самим собой.
— Эх! — Кэ Юэ топнула ногой и поторопила всех: — Раз так, давайте действовать быстрее.
С этими словами она повернула каменный стол в беседке. Неизвестно, что именно она сделала, но столешница внезапно откинулась вверх, открывая вход в подземный туннель.
Ведомые Кэ Юэ, пятеро человек один за другим спустились под землю.
Чунь Лао Юй Жань, роковая красавица Бай Цяньхун и Шу Байюй остались лежать на земле, связанные по рукам и ногам. Они могли лишь беспомощно наблюдать, как другие «Чунь Лао Юй Жань», «Бай Цяньхун» и «Шу Байюй» вальяжно проходят мимо них.
Вскоре после того, как отряд вошел в туннель, азарт от победы над тремя лешими Долины Призраков окончательно угас. Хотя в этом проходе через каждые несколько десятков шагов висели фонари и он не был таким узким и темным, как тот, по которому они шли в горах, туннель постоянно петлял. Повсюду были развилки, превращавшие путь в огромный лабиринт.
Этой дорогой к алхимической лаборатории Кэ Юэ шла лишь однажды. Полагаясь на смутные воспоминания многомесячной давности, она вела группу, сворачивая то направо, то налево. Время от времени она резко останавливалась, замирая в нерешительности, прежде чем продолжить путь. Несколько раз, остановившись, она вдруг разворачивалась и уходила в другую сторону. Эти постоянные заминки заставляли всех нервничать всё больше. В конце концов Хуа Шэнцзян не выдержал:
— Кэ Юэ, я спрашиваю, ты вообще справишься?
Кэ Юэ промолчала, и Цзин Тяньмин поспешил ответить за неё:
— Всё в порядке! Всё в порядке!
Сун Сешань, оглядываясь по сторонам, невольно пробормотал:
— Действительно ли всё в порядке? Если мы здесь заблудимся, то даже выбраться отсюда будет проблемой.
Цзин Тяньмин снова повторил:
— Всё в порядке! Всё в порядке!
Лю Би с намеком добавил:
— Всем лучше держаться поближе к хозяйке дворца Кэ Юэ. Если кто-то случайно отстанет от неё, мы все окажемся в ловушке в логове врага.
- Заяц вскакивает, сокол падает (兔起鹘落, tù qǐ hú luò) — образное выражение, описывающее стремительность и ловкость действий. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
