— Это даже навевает грусть.
Положив трубку, Дуань Цзясюй ещё некоторое время посидел в гостиной. Он думал о словах, которые Сан Чжи произнесла спьяну, а затем мысли невольно обратились к более ранним событиям.
Но с тех пор прошло немало времени, и воспоминания изрядно потускнели.
Из-за того, что вчера он лёг поздно, а сегодня встал ни свет ни заря, в висках у Дуань Цзясюя сейчас пульсировало от напряжения и боли. Он поднялся, стараясь больше об этом не думать.
Вернувшись в комнату, Дуань Цзясюй услышал сигнал уведомления и мельком взглянул на экран.
Он увидел новый запрос в друзья с пометкой: «Это Цзянь Ин».
Он перевернул телефон экраном вниз и, упав на кровать, закрыл глаза.
Разбудила его череда настойчивых звонков.
Дуань Цзясюй сел. Снаружи уже стемнело, в комнате было непроглядно черным-черно, и только экран телефона ярко светился.
На дисплее высветился незнакомый номер города Ихэ.
Дуань Цзясюй пару секунд пристально смотрел на него, прежде чем ответить.
Из динамика тут же донёсся плач Цзянь Ин. Судя по бессвязной речи, она была пьяна:
— Дуань Цзясюй, ты наконец-то соизволил поднять трубку… Мне приходится искать тебя, используя чужие номера.
— Я слышала от Юань Лана, что ты бегаешь за какой-то девчонкой… Это правда или нет?
Голос Дуань Цзясюя был лишён всяких эмоций:
— У тебя какое-то дело?
— Моя жизнь превратилась в это, так с какой стати ты ведёшь себя так, будто ничего не произошло? — проговорила Цзянь Ин. — Я… я прощаю тебя, хорошо? Мы с тобой, мы…
— Я спрошу тебя об одном: Юань Лан сказал, что мы якобы женимся. Это твои слухи? — Дуань Цзясюй перебил её и добавил с развязной усмешкой: — Ты что, в самом деле вообразила, будто я на тебе женюсь?
Воцарилось молчание. Через несколько секунд Цзянь Ин тихо пролепетала:
— А разве нельзя?
Улыбка мгновенно исчезла с лица Дуань Цзясюя, и он просто сбросил вызов. Он встал, нашёл скрепку, вытащил сим-карту, переломил её и швырнул в мусорное ведро.
Виски пронзило острой болью, вслед за которой отозвался и желудок.
Дуань Цзясюй зашёл в туалет.
Испытывая невыносимое чувство омерзения, он наклонился, и его вырвало кислым желудочным соком. Дуань Цзясюй открыл кран, прополоскал рот и умылся ледяной водой.
Прошло немало времени.
Дуань Цзясюй поднял глаза и посмотрел на своё отражение в зеркале.
Внезапно он усмехнулся.
Поверите ли вы?
В наше время всё ещё находятся люди, которые верят.
Что вина — это такая вещь, за которую должен нести ответственность весь род.
Во втором семестре первого курса занятий стало заметно больше. Расписание Сан Чжи было забито до отказа, и в течение недели, не считая выходных, свободного времени почти не оставалось.
После Нового года у Дуань Цзясюя на работе тоже наступила горячая пора, он пропадал на бесконечных сверхурочных.
У каждого были свои дела, и всё общение в основном сводилось к переписке в Вичате.
Хотя Нин Вэй и говорила те вещи, в общении Сан Чжи с ним ничего существенно не изменилось. Возможно, дело было в том, что их разделял экран, и он больше не заговаривал о чём-то странном, как раньше.
Незаметно подошёл к концу март.
Они договорились вместе поужинать в пятницу вечером. После пар Сан Чжи вернулась в общежитие, чтобы оставить вещи, и как раз когда собиралась выходить, ей позвонил Дуань Цзясюй.
Принимая вызов, Сан Чжи достала из сумки помаду и нанесла тонкий слой на губы.
— Ты сейчас где? — спросил Дуань Цзясюй. — В отделе внезапно решили устроить совместный ужин.
Сан Чжи замерла и предположила:
— Значит, мне не нужно выходить?
Дуань Цзясюй расслабленно ответил:
— Я звоню, чтобы узнать твоё мнение. Если не хочешь есть с ними, не пойдём. Поужинаем где-нибудь в другом месте.
— Всё в порядке, — Сан Чжи было не принципиально, где есть. — Пойдём.
— Тогда выходи, — сказал Дуань Цзясюй. — Я уже у ворот.
Сан Чжи повесила трубку и поправила волосы. Ещё раз взглянув на себя в зеркало, она быстро вышла и направилась к воротам университета.
Машина Дуань Цзясюя стояла за территорией кампуса.
Сан Чжи села в салон и поздоровалась:
— Цзя Сюй-гэ.
За тот месяц, что они не виделись, волосы Дуань Цзясюя немного отросли, слегка прикрывая брови. Лицо казалось бледным, а под глазами залегли сероватые тени — явный признак частых недосыпов и ночной работы.
Дуань Цзясюй отозвался коротким «угу», бросил на неё быстрый взгляд и завёл мотор.
Сан Чжи спросила:
— Вы уже выбрали место для ужина?
Дуань Цзясюй:
— В том же ресторане хого, что и в прошлый раз.
Сан Чжи кивнула.
Она не знала, о чём ещё говорить, поэтому просто уткнулась в телефон. Спустя некоторое время Дуань Цзясюй заговорил первым:
— В последнее время много пар?
— Да, — ответила Сан Чжи. — С понедельника по пятницу расписание полное.
— Старайся больше отдыхать.
— Угу.
Ещё через мгновение Дуань Цзясюй неспешно спросил:
— Всё ещё бегаешь к тому лису-соблазнителю?
— … — Сан Чжи не знала, что на это ответить. — Зачем ты об этом спрашиваешь?
Дуань Цзясюй усмехнулся:
— Просто болтаю.
Сан Чжи промолчала и продолжила играть в телефоне.
Дуань Цзясюй:
— Тот, о ком ты говорила, он из вашего университета?
Сан Чжи честно ответила:
— Нет.
— И где же ты тогда могла с ним познакомиться?
— … — видя, что он не унимается, Сан Чжи испугалась, что может выдать себя. Она погасила экран и, запинаясь, начала сочинять на ходу: — Ну, мы познакомились за пределами кампуса.
Дуань Цзясюй:
— Вот как.
Сан Чжи облегчённо выдохнула и посмотрела в окно.
Дуань Цзясюй снова спросил:
— И как вы познакомились?
Дыхание перехватило.
Откуда у него столько вопросов?
Сан Чжи, собравшись с духом, сдержанно ответила:
— Познакомились, когда я ходила развлекаться.
Дуань Цзясюй:
— Где именно?
— Кажется… кажется, — нерешительно протянула Сан Чжи, — в баре, в одном из баров рядом с университетом…
Дуань Цзясюй смотрел на дорогу, вспоминая их встречу у входа в караоке. Он вдруг изогнул губы в улыбке и медленно закинул наживку:
— Да? А почему мне послышалось, когда ты была пьяна, что вы познакомились в караоке?
— … — Сан Чжи остолбенела.
Она и вправду что-то такое сболтнула?
У неё! Действительно! Отшибло! Память!
Сан Чжи от испуга лишилась дара речи. Она не смела взглянуть на него, лишь облизнула губы и быстро поправилась:
— Ой, и правда, в караоке. Я перепутала.
На несколько секунд воцарилась тишина.
А затем Сан Чжи услышала, как Дуань Цзясюй внезапно рассмеялся.
Она тут же посмотрела на него с явным чувством вины:
— Что такое?
Дуань Цзясюй всё ещё смеялся, с лёгким придыханием. Настроение у него, казалось, стало превосходным, его миндалевидные глаза сияли:
— Ничего.
— Просто внезапно подумал, — Дуань Цзясюй с трудом сдержал смех и негромко добавил: — А твой Цянь Фэй-гэ довольно сообразительный.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
