Сан Чжи не знала, что произошло между этими двоими и откуда у Цянь Фэя столько раздражения, поэтому могла лишь в полном недоумении сменить тему:
— Цянь Фэйгэ, почему приехал ты? А где мой гэгэ?
В разговоре с Сан Чжи гнев Цянь Фэя почти утих:
— Твой гэгэ сказал, что занят.
Сан Чжи кивнула и больше не расспрашивала.
Все трое вышли из аэропорта и сели в машину, которую Цянь Фэй припарковал снаружи.
Сан Чжи привычно устроилась на заднем сиденье, а Дуань Цзясюй сел на место рядом с водителем. Она достала телефон и продолжила искать для Дуань Цзясюя отель, отправляя подходящие варианты ему в WeChat.
Было уже около часа ночи, но Сан Чжи, вздремнувшая в самолёте, совсем не хотела спать.
В салоне негромко играла музыка, Дуань Цзясюй и Цянь Фэй лениво перебрасывались словами. Возможно, опасаясь, что Сан Чжи будет неловко, Цянь Фэй не стал подшучивать над тем, что они теперь вместе.
Спустя сорок минут машина остановилась у дома Сан Чжи.
Дуань Цзясюй тоже вышел, по привычке дал ей несколько наставлений и, только когда она зашла в подъезд, вернулся в машину. Он снова пристегнул ремень безопасности и услышал вопрос Цянь Фэя:
— Эй, ты где остановишься?
Услышав это, Дуань Цзясюй взглянул в телефон и назвал отель.
— Зачем тебе отель? — удивился Цянь Фэй. — Мог бы пожить у меня.
— Не стоит, — улыбнулся Дуань Цзясюй. — Это не совсем удобно.
— Почему не удобно? А, впрочем, — Цянь Фэй хмыкнул, — за неделю ты можешь услышать что-нибудь лишнее, и это будет не к добру. Кстати, Сан Янь говорил, ты снова переехал?
— Да, — ответил Дуань Цзясюй.
Цянь Фэй нахмурился и, словно старая наседка, принялся причитать:
— Нет, ну сколько раз ты уже переезжал за эти годы? Купил бы уже квартиру да остепенился. Неужто ты планируешь забрать все свои заработанные деньги в могилу?
— Не хочу долго оставаться на одном месте, к тому же я не планировал вечно жить в Ихэ. — Сказав это, Дуань Цзясюй на мгновение задумался и добавил: — Раз уж заговорили об этом, заодно помоги мне присмотреть жильё в Наньу, в этом же районе, если есть новые застройки.
Цянь Фэй опешил:
— В Наньу?
— Угу.
— Ты собираешься вернуться сюда? — догадался Цянь Фэй. — Из-за Сан Чжи?
Дуань Цзясюй усмехнулся и снова подтвердил:
— Девчонка очень привязана к дому.
— Я поспрашиваю позже, — сказал Цянь Фэй. — Но ты уверен? А как же работа? Ты ведь вошёл в эту компанию с технологиями как долей? И дела у вас идут вроде неплохо. Как вы тогда договаривались?
Дуань Цзясюй не стал отвечать на этот поток вопросов, а внезапно произнёс:
— Я тут раздумываю над одним делом.
— Каким? — спросил Цянь Фэй.
Как раз в этот момент они подъехали к отелю. Дуань Цзясюй не стал продолжать. Он отстегнул ремень, открыл дверь и небрежно бросил:
— Да так, пустяки. Я ещё подумаю.
—
Боясь разбудить Сан Жуна и Ли Пин, Сан Чжи двигалась с предельной осторожностью. Сняв обувь, она даже не решилась надеть тапочки и, не включая свет, прокралась в свою комнату, освещая путь телефоном.
Сан Чжи казалось, что она не издала ни звука, но всё же разбудила Ли Пин. Едва она успела закрыть дверь и перевести дух, как та снова отворилась.
На лице Ли Пин ещё читалась сонная усталость. Увидев Сан Чжи, она мгновенно окончательно проснулась:
— Напугала меня! Ах ты негодница, разве ты не говорила, что вернёшься завтра утром?
— … — Сан Чжи почесала затылок. — Рейс был слишком поздно, я боялась, что вы будете меня ждать.
— Ты поела? Тебя гэгэ подвёз?
— Поела. И это не гэгэ меня подвёз, — честно ответила Сан Чжи. — У него, кажется, были дела, поэтому он попросил Цянь Фэйгэ. Я сейчас приму душ и лягу спать, иди и ты скорее.
Они не виделись какое-то время, поэтому Ли Пин внимательно посмотрела на неё, коснулась её лица и вздохнула:
— Почему мне кажется, что ты снова похудела? Тебя ведь не было дома больше полугода…
Сан Чжи покачала головой:
— Не похудела, даже на два цзиня поправилась.
— Вечно переживаю, что тебе там плохо живётся, и боюсь, что ты маме ничего не расскажешь, — не удержалась Ли Пин. — Мне спокойнее, когда ты у меня перед глазами. Если в будущем захочешь искать стажировку, лучше поищи здесь, поближе к дому, хорошо?
Опасаясь разбудить ещё и Сан Жуна, Сан Чжи послушно кивала и вполголоса успокаивала Ли Пин. Ей потребовалось немало усилий, чтобы наконец спровадить её спать.
Сан Чжи быстро приняла душ и вернулась в комнату.
Она спросила в WeChat, как дела у Дуань Цзясюя, немного поболтала с ним, а затем отложила телефон в сторону.
Она закрыла глаза, пытаясь уснуть, но вскоре снова их открыла.
Сан Чжи почему-то вспомнила об одной вещи, внезапно сползла с кровати и снова вытащила из-под неё ту самую картонную коробку.
Крышка была ещё раз обмотана скотчем.
Сан Чжи взяла канцелярский нож и вскрыла её.
В тусклом свете Сан Чжи медленно доставала содержимое. Больше всего места занимали мягкие игрушки, их набралось несколько штук. Она сложила их на письменный стол, планируя завтра забросить в стиральную машину.
Сан Чжи взяла молочную бутылочку, наполненную бумажными звёздами, и поставила её обратно на подоконник.
Ниже…
Сан Чжи увидела фотографию Дуань Цзясюя, которую когда-то тайно сделала на телефон. Края снимка уже пожелтели, качество было невысоким, но черты мужчины всё равно можно было разобрать.
В то время Дуань Цзясюй выглядел совсем юным, на нём был белый свитер. Опустив взгляд, он держал в руках чёрный джойстик, на фоне которого его кожа казалась ещё белее, а улыбка на лице почти не отличалась от нынешней.
На самом деле Сан Чжи уже почти не помнила, что чувствовала, когда делала это фото.
Но всё равно это было какое-то магическое чувство.
Мужчина, в которого она влюбилась с первого взгляда.
Человек, которого она любила с юных лет и до сих пор.
От поиска поводов для сближения, тайного сокрытия своих мыслей и желания оставить след в его жизни до отдаления, разрыва и отчаянных попыток всё забыть.
А затем, из-за новой встречи, все чувства вновь пробудились.
Если подумать, всё это казалось довольно прекрасным.
Она была вместе со своей первой любовью, с человеком, по которому тайно вздыхала долгие годы.
Но Сан Чжи чувствовала, что, скорее всего, за всю жизнь так и не расскажет об этом Дуань Цзясюю.
Не позволит ему узнать.
Что она тоже когда-то изо всех сил, бесстрашно пыталась вручить ему своё сердце, но из-за робости и бессилия в итоге спрятала его в самой глубине.
Спрятала так надёжно, что оно словно исчезло.
Так, что даже она сама больше не могла его отыскать.
И не позволит ему узнать, что стоит ему лишь поманить пальцем, как её сердце пускается вскачь и мгновенно заявляет о себе.
Та самая, так называемая, скрытая любовь.
Перед ним она становилась чем-то, что невозможно утаить, как бы она ни старалась.
На следующий день Сан Чжи, закончив завтракать, вернулась в комнату. Заметив на столе игрушки, она вдруг вспомнила о своём намерении. Собрав их все в охапку, она вышла из комнаты и позвала:
— Мама, я хочу их постирать.
Ли Пин и Сан Жун сидели перед телевизором в гостиной.
Услышав голос Сан Чжи, Ли Пин подняла голову и мельком взглянула на её ношу:
— А? Ты же их убрала? Почему вдруг снова вытащила?
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
