Сан Чжи помнила, как Дуань Цзясюй ходил вместо родителей на встречу с учителем, но совершенно забыла о том, что Фу Чжэнчу тогда тоже там присутствовал. С тех пор прошло уже лет семь-восемь, и её воспоминания изрядно потускнели.
Но стоило Дуань Цзясюю упомянуть об этом, как события того дня в одно мгновение всплыли в её памяти.
Она помолчала несколько секунд:
— Ты только сейчас об этом вспомнил?
Дуань Цзясюй слегка кашлянул и ничего не ответил.
Увидев такую реакцию, Сан Чжи сразу всё поняла, и на её лице отразилось замешательство. Она долго пристально смотрела на него и, всё ещё не в силах поверить, ошеломлённо произнесла:
— Так почему же ты сразу ничего не объяснил?
Дуань Цзясюй усмехнулся:
— Просто боялся, что я сам себе это напридумывал.
Звучало крайне убедительно.
Хотя на самом деле он явно догадался, о чём думает Фу Чжэнчу.
Сан Чжи глубоко вздохнула и не удержалась — ущипнула его за талию:
— Перестань притворяться.
Ущипнула она несильно, скорее просто пощекотала. Дуань Цзясюй не уклонился, но ему и впрямь стало щекотно; он рассмеялся так, что у него перехватило дыхание, и едва выговорил:
— А твой одноклассник большой любитель додумывать лишнее.
Сан Чжи и сама находила ситуацию нелепой:
— И что же он вообразил?
— Но его догадка довольно забавная.
— … — Сан Чжи почувствовала, как от возмущения перехватило дыхание. Не желая больше слушать Дуань Цзясюя, она снова уставилась в телефон. Найдя чат с Фу Чжэнчу, она увидела целую череду сообщений.
Фу Чжэнчу: — Ты…
Фу Чжэнчу: — Только что, при вас двоих и когда вокруг было столько народу, мне было неловко говорить.
Фу Чжэнчу: — То, что ты делаешь — это ведь неправильно. Если твои родители узнают, они же с ума сойдут? К тому же это аморально и противоречит всякой этике. Как твой друг, я дам тебе один совет: одумайся и вернись на путь истинный, пока не поздно.
Фу Чжэнчу: — Ты только что представила его так открыто, неужели вы не боитесь, что кто-то увидит? Честное слово, я уже сам начал сомневаться, не со мной ли что-то не так.
Спустя несколько минут.
Фу Чжэнчу: — Чёрт, чем больше я об этом думаю, тем больше…
Фу Чжэнчу: — Ты сама хорошенько поразмысли над этим. Но не переживай, я не болтлив и никому не расскажу.
У Сан Чжи задергалось веко. Она ответила: — Всё совсем не так, как ты подумал. Это не мой брат, а друг моего брата. Тогда он просто пришёл вместо родителей на встречу с учителем по просьбе моего брата.
Отправив сообщение, Сан Чжи убрала телефон и взглянула на Дуань Цзясюя.
Должно быть, опасаясь её гнева, Дуань Цзясюй перестал смеяться и теперь просто смотрел на неё.
Впрочем, Сан Чжи не стала возвращаться к прежней теме. Увидев машину Дуань Цзясюя, она неторопливо произнесла:
— Пойдём, пора обедать.
–
Дуань Цзясюй припарковал машину недалеко от компании.
Они не виделись почти месяц. Остановив автомобиль, он не спешил выходить, а потянулся к Сан Чжи, чтобы помочь ей отстегнуть ремень безопасности. Расстояние между ними мгновенно сократилось. Он пристально смотрел на неё, наклоняясь всё ближе и ближе.
Намёк был более чем очевиден.
Дуань Цзясюй слегка повернул голову, коснувшись кончиком носа кожи под её глазами. От него исходило жаркое дыхание и знакомый приятный аромат табака. Казалось, ещё мгновение, и их губы соприкоснутся, но он замер.
Едва уловимая дистанция.
В воздухе разлилось томительное предчувствие.
Кадык Дуань Цзясюя едва заметно дернулся. Свет, падающий из окна, смягчил черты его лица, а светлые глаза заблестели. Он нежно погладил её по щеке, тихо рассмеялся и продолжил наклоняться.
В его позе сквозило необъяснимое вожделение.
Казалось, от этого движения все чувства вот-вот вспыхнут с новой силой.
Но они не успели.
Потому что Сан Чжи внезапно подняла руку и закрыла ему рот ладонью.
Тело Дуань Цзясюя заметно напряглось, он поднял взгляд и молча посмотрел на неё. В его глазах не читалось никаких эмоций, но в них вдруг проскользнуло нечто опасное.
Сан Чжи произнесла:
— Тебе всё-таки лучше меня не целовать.
Дуань Цзясюй не стал убирать её руку. Когда он заговорил, тёплое дыхание коснулось её ладони, словно пропустив по телу слабый разряд тока:
— Почему?
— Я вспомнила слова одноклассника, — намеренно сказала злопамятная Сан Чжи. — Я не помню, кто ты такой, но когда вижу тебя, мне кажется, будто я вижу своего брата. Так что держись от меня подальше.
Дуань Цзясюй задумчиво спросил:
— Всё настолько серьёзно?
Сан Чжи с каменным лицом кивнула.
Его ресницы дрогнули, он опустил взгляд на её губы, но почти сразу снова посмотрел ей в глаза.
Тишина длилась недолго.
Внезапно Дуань Цзясюй убрал её руку, прижал её к своей груди и притянул девушку к себе. Прежде чем Сан Чжи успела что-либо осознать, его губы уже накрыли её собственные.
Кончик его языка раздвинул её губы, скользнул по зубам, сплетаясь с её языком в требовательном и жадном поцелуе.
Сан Чжи не закрывала глаз; она приоткрыла рот, позволяя ему брать всё, что он захочет.
Целуясь, он всегда любил поглаживать мочку её уха или кожу на затылке. Его нежные, но настойчивые движения проникали в каждый уголок, напор был довольно сильным и совсем не мягким.
Казалось, он хотел по кусочку разорвать её, медленно распробовать, а затем проглотить целиком.
Она попыталась отстраниться, но он перехватил её за подбородок, властно продолжая ласку.
В голове у Сан Чжи не осталось больше никаких мыслей, она невольно запрокинула голову, отвечая на его поцелуй.
Неизвестно, сколько времени прошло, прежде чем Дуань Цзясюй слегка прикусил её нижнюю губу, нежно лизнул её и отстранился. Освещение не изменилось, но его зрачки почему-то стали казаться глубже, а губы покраснели и влажно блестели.
В это мгновение всё недовольство Сан Чжи бесследно исчезло, не оставив и следа от её былой стойкости.
Затем она услышала его голос:
— Ну что…
Она подняла на него глаза.
Дуань Цзясюй улыбнулся, и его глаза, формой напоминающие лепестки персика, сощурились; в этот момент его улыбка была подобна истинному бедствию.
— Теперь вспомнила, кто я такой?
С проливным дождём лето сменилось осенью, в воздухе стало меньше зноя, появилась влажность. А затем, с увяданием листвы, температура резко упала, возвещая о приходе нового года.
Нагрянули холода, принеся с собой огромные массы холодного воздуха.
В отличие от северных морозов, зима на юге была влажной и промозглой. Сколько бы слоёв одежды ты ни надел, холод, казалось, находил любую лазейку, проникал сквозь поры в само тело и пробирал до мозга костей.
Зима 2017 года стала самой холодной из всех, что Дуань Цзясюй провёл в Нанву.
И спустя столько лет он снова по-настоящему почувствовал это.
Новый год должен быть шумным и радостным праздником.
Это чувство было одновременно знакомым и непривычным.
Дуань Цзясюй праздновал Новый год в семье Сан.
Возможно, опасаясь, что он будет чувствовать себя неловко или стесняться из-за отсутствия приглашения, Сан Жун начал обсуждать это с ним ещё за месяц до праздника, когда Дуань Цзясюй приходил к ним на обед.
Ли Пин даже сделала вид, что рассердится, если он не придёт.
Поначалу Дуань Цзясюй действительно не хотел мешать их семейному празднованию. Но услышав их слова, он успокоился и, не скрывая радости, согласился.
Он рассказал об этом Сан Чжи.
Хотя она и знала, что родители обязательно позовут его встречать Новый год вместе, Сан Чжи всё равно очень обрадовалась.
Вернувшись из университета, она из-за этого несколько дней хвостиком ходила за родителями. Позже, выбрав время, когда Дуань Цзясюй был свободен, она потащила его по магазинам.
Новогодние подарки для семьи Сан Чжи подготовила заранее.
В этот раз она просто хотела помочь Дуань Цзясюю купить обновки.
С тех пор как они начали встречаться, одежду для него в основном покупала Сан Чжи.
Сам Дуань Цзясюй не придавал этому значения. Раньше, когда он был один и ему требовались вещи, он просто заходил в первый попавшийся мужской магазин и покупал несколько вещей, тратя на всё меньше десяти минут. А когда был слишком занят, и вовсе заказывал всё в интернете.
Но поскольку он был хорош собой, на нём любая одежда смотрелась отлично. Так что это ни на что особо не влияло.
Считая, что он недостаточно заботится о себе, Сан Чжи с удовольствием взяла эти хлопоты на себя; она даже себе вещи покупала с меньшим азартом. Даже когда она выбиралась за покупками с подругами, её ноги сами несли её в отделы мужской одежды.
Они вдвоём вошли в магазин мужской одежды.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
