Юй Мэн быстро поняла, что ассоциация женщин-предпринимателей ей ничем не поможет. Встречи клуба — сплошные чаепития, икебана, поездки по развлекательным местам, еда и салоны красоты — скука смертная. Вэн Юэ, заметив, что Юй Мэн приуныла, уговаривала её:
— Женщины должны помогать женщинам. Нужно собираться вместе и думать, как делать деньги.
В целом это было логично, и Юй Мэн верила, что члены ассоциации общаются и сотрудничают в частном порядке. Однако она открыла фирму-пустышку и позиционировала себя как деятель культуры, так что реальных точек соприкосновения не находилось. Конечно, на мероприятиях иногда появлялись и мужчины. На встречи, которые организовывали сами участницы — например, в заведении Вэн Юэ, — время от времени заглядывало несколько человек. То ведущие, то дикторы, то из тех, кто живёт за женский счёт. Стоило им прийти, как они начинали тараторить и называть всех «старшими сёстрами», отчего Юй Мэн становилось не по себе даже просто от их голосов.
Мужчина не должен быть многословным. Излишняя болтливость выдаёт легковесность, нехватку солидности.
Вскоре Юй Мэн начала чувствовать неловкость в этом узком кругу. Другие участницы то и дело по очереди рекламировали свои товары.
И только ей было нечего предложить.
Всё её дело было создано из ничего, словно попытка разглядеть цветы сквозь густой туман. Отсутствие прибыли — беда небольшая, а вот потерять лицо — дело серьёзное. Поразмыслив, она решила обратиться за помощью к Юй Цзя.
— Есть ли какой-нибудь знаменитый писатель, чтобы устроить лекцию? — Юй Мэн не церемонилась со старшей сестрой Цзя.
Юй Цзя только недавно устроилась в издательство на административную должность, откуда у неё могли взяться связи с писателями, да ещё и знаменитыми?
— На этих писателей лучше смотреть издалека, а не встречаться лично, — советовала Юй Цзя. Как выпускница филологического факультета, она в какой-то мере знала их «истинное лицо».
— Разве они не вешают всем лапшу на уши? — горячилась Юй Мэн.
— У Лао Луаня ведь есть знакомые знаменитые писатели. Тот, что недавно получил премию, разве он не дарил вам каллиграфию с посвящением? — спросила Юй Цзя.
— Он мне не поможет, — отрезала Юй Мэн. — Мы в разводе, считай, что этого человека нет.
Точнее говоря, Юй Мэн не хотела, чтобы Луань Чэнъюнь знал о каждом её шаге.
— Это же университетское издательство, — Юй Цзя оказалась в затруднительном положении.
— Можно и профессора, если будет гонорар за выступление, — упорствовала Юй Мэн.
Делать нечего. Раз предполагался гонорар, договориться было проще. Юй Цзя пришлось обратиться за помощью к своему руководителю, начальнику Чжану. Начальник Чжан, видя, что Юй Цзя обычно ведёт себя скромно и исполнительно, с радостью подсказал ей вариант. Следуя его указаниям, Юй Цзя действительно нашла профессора средних лет с приятной внешностью, который мог бы прочитать лекцию о «Сне».
В назначенный день прибыл утончённый профессор и начал своё выступление. Пришло немало «сестёр», и Юй Цзя тоже присутствовала от начала до конца. Юй Мэн в какой-то степени вернула себе престиж, вот только лицо она обрела в чисто женской компании, а единственный пришедший мужчина — изысканный профессор — явился, чтобы заработать на ней деньги. В перерыве лекции Юй Мэн стояла позади толпы и разговаривала с Вэн Юэ, глядя на стройные спины собравшихся.
Юй Мэн улыбнулась Вэн Юэ, полушутя жалуясь:
— Словно в монастыре женском. — Она помолчала и добавила: — Ни кусочка скоромного.
Вэн Юэ поняла, на что та намекает, и возразила:
— А как же «потянешь за лозу — найдёшь и дыню»?
— Где лоза и где дыня? — Юй Мэн хотелось получить всё и сразу.
Вэн Юэ, скрестив руки на груди, промолчала. Большего она подсказать не могла, да и говорить слишком прямо было бы неинтересно. Если Юй Мэн не хватает даже такой сообразительности, ей не место в этом кругу. Эти «сёстры» по сути нуждались не в демонстрации утончённости, а в слиянии ресурсов.
Юй Мэн вспомнила о Бай Юанькае. Если пригласить его для обмена опытом, это наверняка принесёт пользу. К тому же она могла попросить его привести с собой ещё людей, тогда появятся и гости-мужчины — идеальный вариант.
Юй Мэн позвонила Юань Каю и пригласила его. Бай Юанькай подумал, что она просит его рассказать о куньцюй, и поспешил заявить, что он в этом деле дилетант и ничего дельного сказать не сможет. Юй Мэн возразила:
— При чём тут куньцюй? Рассказывай о том, чем занимаешься, — о больших данных, о технологиях.
Юань Кай всё равно отказывался. Ему казалось, что Юй Мэн — человек проблемный.
Юй Мэн сказала:
— Что ты, неужели нужно, чтобы Шуан тебя попросила, тогда только и придёшь?
Бай Юанькай спросил:
— А кто ещё будет?
Юй Мэн вкратце объяснила. Юань Кай произнёс:
— Я бы и сам хотел поучиться куньцюй, есть там понимающие учителя?
Юй Мэн внезапно осознала: он хочет взаимной выгоды. Истинный делец. Но в куньцюй разбиралась только Юй Цзя. Она не была уверена, захочет ли Юань Кай учиться у такой женщины средних лет, как старшая сестра Цзя.
— В куньцюй разбирается только старшая сестра Цзя.
— Пусть будет она, всё-таки знает больше моего, — голос Бай Юанькая прозвучал так, будто он делает одолжение, но, по крайней мере, он согласился.
Как только разошёлся слух о лекции Юань Кая, число желающих записаться резко возросло. Даже Синь-тайтай, которая редко выходила в свет, попросила Вэн Юэ оставить ей место. Имя Бай Юанькая чего-то да стоило. Только вот одни дамы шли посмотреть на самого Бай Юанькая, другие — действительно перенять опыт в надежде на деловое сотрудничество, третьи же пришли разузнать всё для своих детей, ведь путь обучения Бай Юанькая был уникален. Были и те, кто пришёл просто из уважения к его родителям.
Сяо Бай был настоящим сокровищем. Но едва Сяо Бай дал согласие, как заартачилась Юй Цзя. Она считала, что ей не стоит появляться в таких местах, в этом нет необходимости. Раньше, даже когда она работала в провинции, Юй Цзя редко посещала светские приёмы жён высокопоставленных лиц. После повышения Лижэня она и вовсе предпочитала держаться в тени.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
