Из выхода выбежало несколько детей, они прыгали и скакали и вдруг нечаянно толкнули Юй Жуй. Она была на высоких каблуках, поэтому от толчка пошатнулась. Юань Кай поспешно протянул руку и подхватил её за локоть.
Какая же у неё тонкая рука! — было первым, что почувствовал Юань Кай.
Всё произошло слишком внезапно и с большой силой: Юй Жуй дёрнуло назад, и она едва не упала в объятия Юань Кая. Ему пришлось придержать её, помогая восстановить равновесие. Лицо Юй Жуй раскраснелось — то ли от духоты в концертном зале, то ли по какой-то другой причине.
Сзади кто-то окликнул: «Сяо Жуй».
Юй Жуй поспешно обернулась. Подбежал Ши Тунгуан.
«Неужели он видел эту сцену?» — промелькнуло в голове у Юй Жуй. Объясняться было неудобно. В сущности, ничего не случилось, и не стоило наводить тень на плетень. Лао Ши подошёл к ним. Двое мужчин оказались друг против друга, и Юй Жуй ничего не оставалось, как представить их официально. Она сказала Ши Тунгуану, что это господин Бай. А Бай Юанькаю сказала:
— Это мой парень.
Теперь настала очередь Юань Кая удивляться. Выбрала такого парня? Однако это сомнение задержалось в голове Бай Юанькая лишь на секунду и тут же развеялось. Мужчина не бывает некрасивым. Вспомнить хотя бы некоего Юня или некоего Линя. Бай Юанькай не слишком судил по внешности, особенно мужчин.
Мужчину нужно оценивать по его способностям.
Раз такая выдающаяся красавица, как Юй Жуй, выбрала его, значит, в нём определённо есть что-то особенное.
Они обменялись рукопожатием. Ши Тунгуан попросил у Юань Кая визитку.
Бай Юанькай похлопал по карманам:
— Кажется, не взял с собой.
Сегодня он был в качестве почётного гостя и надел новый костюм.
— В машине есть, — сказал он.
Ши Тунгуан действительно вознамерился пойти с ним к машине. Юй Жуй остановила его:
— Тунгуан! Оставь это.
Кто в наше время так печётся о визитках? Она понимала, что Ши просто любопытствует насчёт Бая.
Из прохода высыпало несколько женщин. Разодетые в пух и прах. Это были члены Ассоциации женщин-предпринимателей. Увидев Бай Юанькая, они, словно волки, учуявшие мясо, тут же плотно его обступили.
Проводив Юй Жуй подальше, Ши Тунгуан буркнул:
— Настоящий дамский угодник!
Юй Жуй не стала отвечать на этот выпад.
Она уже чувствовала запах ревности.
Они сели в машину. Ши Тунгуан, как и ожидалось, включил режим «тысячи почему».
— Чем этот человек занимается?
— Друг Шуан-цзецзе.
— В какой сфере работает?
— Не совсем ясно.
Ши Тунгуан усмехнулся:
— Не совсем ясно, а болтали так весело.
— Что ты хочешь этим сказать? — Юй Жуй тоже начала сердиться. Подумаешь, пара слов, велика ли беда? Вокруг полно людей, что она могла сделать? К тому же говорили об искусстве.
Об искусстве. Понимаешь?!
Она одарила его пренебрежительным взглядом.
— Да нет же… — Тунгуан смягчился. — Я не это имел в виду, просто мне показалось, что он какой-то…
— Ладно, хватит.
— Он ведь не твой бывший парень? — спросил он, как бы шутя.
— Неужели ты настолько мелочный?
Тунгуан охнул и произнёс:
— Если да, то да, если нет, то нет. У каждого есть прошлое, ничего страшного.
— Да! — Юй Жуй решила просто признать этот ложный долг. — И что теперь?
— Не кипятись, не кипятись…
Юй Жуй решила высказаться начистоту:
— Ты, наверное, хочешь сказать: раз я не нашла себе такого мужчину, а выбрала тебя, то наверняка позарилась на твои деньги, а не на тебя самого? — Она выдержала паузу и продолжила критиковать: — Ши Тунгуан, ты можешь быть хоть капельку увереннее в себе?
Тунгуан начал выкручиваться:
— Я уверен в себе, ещё как уверен… Конечно же, я уверен… С самого детства мне всего не хватало, кроме этого… Уверенности у меня хоть отбавляй… Я просто спросил, а ты столько всего нагородила…
— Останови машину, — Юй Жуй применила свой главный козырь.
— Ну нет, не надо! — взмолился Ши Тунгуан.
— Останови.
Ши Тунгуан крякнул и вынужден был признаться:
— Виноват, хорошо? Признаю, я мелочный. На самом деле обычно я человек широкой души, но не знаю почему, как только дело касается тебя, моя душа тут же съёживается, будто попала в пурпурно-золотую тыкву-горлянку Великого Царя Серебряных Рогов… А вообще-то, это ты во всём виновата, — с юмором переложил он вину на неё.
Юй Жуй на самом деле просто притворялась, и, услышав слова Лао Ши, немного остыла.
— Ну и загнул ты.
— А кто виноват, что ты такая красавица?
— И это тоже преступление?
— Моя вина.
— А была бы я уродиной, похожей на Чжу Бацзе, я была бы тебе нужна? — колко спросила Юй Жуй.
— Моя вина, моя вина, — он признал всё подряд, лишь бы наступил мир.
Юй Жуй закрыла глаза и откинулась на спинку сиденья. Она чувствовала усталость.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
