— Отец, вы просто позволили ей уйти? — со сложным выражением лица произнёс Хань Ляо.
Хоу Ситина вздохнул:
— Шоучэн пожертвовал собой, горе цзюньчжу1 можно понять. Сделай вот что: возьми двадцать тысяч воинов и следуй за ней. Если столкнёшься с врагом, немедленно присылай гонца с донесением.
Хань Ляо принял приказ. Место на плече, по которому ударила Вэй Жао, всё ещё ныло. Хань Ляо не хотелось, чтобы такая дерзкая красавица напрасно рассталась с жизнью.
— Позвольте и мне отправиться вместе с цзянцзюнем Хань, — внезапно подал голос помощник командующего Чжэн.
Хоу Ситина взглянул на помощника командующего Чжэн и кивнул.
Цинь Минь выделил помощнику командующего Чжэн десять тысяч человек.
Таким образом, три отряда вместе насчитывали почти пятьдесят тысяч воинов, чего было достаточно, чтобы справиться с любой опасностью.
Вэй Жао было неважно, сколько людей следует за ней, она лишь хотела поскорее добраться до хребта Железного Скорпиона.
Хребет Железного Скорпиона, подобно огромному свирепому скорпиону, припал к земле посреди бескрайней степи. После битвы, длившейся целый день, всё вокруг было усеяно трупами. Стервятники и койоты кружили в небе, не желая улетать; лишь услышав грохот копыт, сотрясающий землю, они, вцепившись клювами в ошмётки плоти, неохотно покинули это место.
Над хребтом стоял невыносимый трупный запах. Вэй Жао побледнела, но по-прежнему была полна решимости искать сама.
Воины армии Шэньу расчищали ей путь, переворачивая каждое осмотренное тело и трупы вороных коней, которые прежде обходили стороной, чтобы Вэй Жао могла всё проверить.
В горном проходе всё обыскали — ничего.
Для Вэй Жао это было добрым знаком. Люди поднялись на гребень хребта, продолжая осматривать окрестности.
Когда Вэй Жао добралась до середины склона, она вдруг увидела вдалеке тучи пыли: казалось, многотысячное войско уда преследовало кого-то…
Вэй Жао заметила несколько алых пятен!
Те полтора десятка фигур, которых яростно преследовало войско уда, были облачены почти исключительно в алые доспехи! Один всадник на вороном коне скакал далеко впереди остальных. Человек в седле был в серебряной броне, которая в лучах солнца сияла, словно поток света, устремлённый в их сторону!
— Это шицзы! Скорее, на помощь шицзы!
Все воины армии Шэньу тоже заметили погоню. Не дожидаясь приказа Вэй Жао, люди хлынули вниз со склона, на ходу вскакивая в сёдла и с криками бросаясь навстречу вражескому отряду.
Вэй Жао была среди них.
Хань Ляо тоже повёл своих людей следом, но лицо его было мрачным. Неужели Лу Чжо столь везуч, что сумел вырваться живым из такой безнадёжной западни?
Проклятый помощник командующего Чжэн притащил с собой десять тысяч человек, иначе Хань Ляо мог бы под шумок пустить в Лу Чжо стрелу и отправить его на тот свет!
Со стороны Вэй Жао было почти пятьдесят тысяч воинов. Войско уда преследовало беглецов ещё мгновение, выпустило несколько стрел, оборвавших жизни бойцов армии Шэньу, после чего развернулось и скрылось вдали.
Почти в тот же миг мужчина в серебряных доспехах на вороном коне, окончательно выбившись из сил, повалился на землю.
Вэй Жао сдерживалась так долго, но теперь слёзы хлынули из её глаз. Скакавшие перед ней воины армии Шэньу разделились: одни бросились вдогонку за врагом, другие соскакивали с лошадей, чтобы помочь уцелевшим братьям по оружию. Вэй Жао, не отрываясь, смотрела на человека в серебряных доспехах, окружённого солдатами. Но когда она уже была готова спешиться и обнять своего мужа, она услышала, как кто-то выкрикнул: «Второй гунцзы!».
Нога Вэй Жао соскользнула со стремени, и она рухнула в траву.
Чжао Бай среагировал мгновенно и бросился к ней, подхватив под руки.
Вэй Жао оттолкнула Чжао Бая и, пошатываясь, бросилась к мужчине в серебряной броне. Кроме одного солдата, державшего его, остальные воины армии Шэньу расступились перед ней.
Вэй Жао подходила всё ближе.
Дыхание Лу Я было едва заметным. Узнав Вэй Жао, он заплакал, и его потрескавшиеся губы задрожали:
— Невестка, дагэ он…
Он не договорил — фонтан крови брызнул ему прямо в лицо.
Лу Я застыл, но тут же опомнился и успел подхватить падающую без чувств Вэй Жао.
Лицо Вэй Жао в его руках было мертвенно-бледным, уголки рта — в крови. Лу Я вспомнил, как они бежали по горам, как слышал восторженные крики воинов уда у подножия обрыва — они говорили, что нашли тело сюнчжана. К горлу Лу Я мгновенно подступил вкус горечи. Дагэ оставил право на жизнь ему. Даже то, что он смог увести людей с хребта Железного Скорпиона, случилось лишь потому, что брат повёл остальных на другой склон, отвлекая основные силы врага на себя.
Он был виноват перед дагэ и перед невесткой.
От крайнего истощения и невыносимого чувства вины, Лу Я, вскоре после того как подхватил Вэй Жао, тоже потерял сознание.
Никто не заметил, как вороной конь, промчавшись сквозь пятидесятитысячное войско, скрылся в опустевших ущельях хребта Железного Скорпиона. Конь метался по хребту, но так и не нашёл своего хозяина. Тогда он вернулся в ту самую долину, где расстался с ним в последний раз, и принялся подталкивать мордой одно тело за другим.
Состояние Вэй Жао было вызвано тем, что от сильного потрясения кровь подступила к сердцу. После того как Чжао Бай надавил ей на впадинку над верхней губой, она пришла в себя.
— Цзюньчжу, дасяоцзе всё ещё ждёт вас в поместье, умоляю, берегите себя, — проговорил Чжао Бай, отступив и опускаясь на колени с комком в горле.
Вэй Жао пребывала в оцепенении, но услышав имя А-Бао, что-то вспомнила и посмотрела в сторону.
Там лежал Лу Я с закрытыми глазами. Его измождённый вид пугающе напоминал Лу Чжо, когда тот был на волосок от смерти.
Черты лиц двоюродных братьев и прежде имели сходство.
Значит, в роковой миг Лу Чжо отдал Фэймо Лу Я?
Родная кровь… конечно, он не мог поступить иначе.
Вэй Жао хотела бы возмутиться, но не могла, да и откуда у неё взялись бы на это силы.
В этот момент Вэй Жао услышала знакомое ржание, доносившееся со стороны хребта Железного Скорпиона!
Это был Фэймо.
Неужели и Фэймо ходил искать его?
Вэй Жао взобралась на лошадь и вернулась в долину у подножия хребта.
Фэймо шёл ей навстречу, держа что-то в зубах.
Вэй Жао спешилась. Одной рукой она погладила коня по морде, а другой приняла то, что он принёс.
Это был платок, почти целиком пропитанный кровью.
На платке были вышиты две уточки-мандаринки, не очень-то похожие на настоящих. Вэй Жао никогда не отличалась мастерством в рукоделии. В тот день А-Гуй подшутил над Чжао Суном, который получил платок, вышитый Битао. Лу Чжо, став свидетелем этой сцены, тоже попросил подарок для себя. Вэй Жао не смогла ему отказать и, приложив все свои скромные умения, вышила этот платок — единственный в своём роде.
Но почему же он его оставил?
Вэй Жао обняла Фэймо и впервые за всё это время зарыдала в голос.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
