Под пристальными взглядами присутствующих принцесса Даньян отвергла императорский указ о браке.
Она не просто отказалась. Стоя на коленях, она использовала самые жестокие слова, чтобы очернить стоящего рядом Янь Шана. Попутно она раскрыла императору кое-что об их отношениях, чтобы у того не возникло лишних подозрений:
— Когда в конце позапрошлого года я отправилась в Линнань, то познакомилась с этим вторым молодым господином Янем. Его семья в тех краях — всего лишь простые землепашцы, которые наживаются на имени своего отца-цзиньши. И с таким происхождением он смеет претендовать на меня? Насколько ограничен кругозор человека из тех захолустных мест — нужно ли мне объяснять это, Фухуан?
— Приехав в Чанъань, этот второй молодой господин Янь воспользовался нашим старым знакомством и явился в моё поместье, умоляя помочь ему с синцзюань1. Из жалости я помогла ему. Однако эта помощь ничего не значит. Возможно, он и одарён талантом, но мы с ним разного происхождения, мы видим мир по-разному, и у нас нет ничего общего. В конце концов, я — великая принцесса, и выйти замуж за такого деревенщину — всё равно что пойти за старика, который одной ногой в могиле.
— Фухуан, если ты любишь меня, если ты помнишь о моей Мухоу, ты не должен позволять своей дочери терпеть такие обиды.
Янь Шан стоял на коленях рядом с ней, слушая эти звонкие, ранящие в самое сердце холодные слова. Он опустил глаза, и никто не знал, о чём он думает.
Этот вид заставил сердце старшей принцессы Лулин сжаться.
Услышав, что её брат хочет выдать Янь Шана за Даньян, старшая принцесса расстроилась, не желая, чтобы такой красавец достался кому-то другому. Теперь же, видя, как Даньян отвергает брак, она снова терзалась, думая, что язык у её племянницы слишком ядовит — та совсем не оставила юноше возможности сохранить лицо.
Если сегодняшние слова принцессы Даньян разлетятся повсюду, второму молодому господину Яню ещё долго будут смотреть вслед и перешёптываться, и он не сможет завести семью. Даже старшая принцесса Лулин, при всём своём легкомыслии, считала: если Му Ваньяо не хочет выходить замуж, то пусть не выходит, но к чему отказывать так жестоко?
В большом зале воцарилась тишина. Цзиньши, оробев, не смели поднять голов. Вэй Шу слегка нахмурился, посчитав, что Му Ваньяо обошлась с Янь Шаном чересчур грубо.
Император поначалу безучастно слушал Му Ваньяо, но когда она произнесла «помнишь о моей Мухоу», выражение его лица на миг застыло, в глазах мелькнуло мимолётное забытье.
Му Ваньяо подняла на него взгляд.
В этот миг император, глядя на упрямую, непокорную дочь, в душевной пустоте вспомнил ту женщину из прошлого — такую же гордую, которая вечно шла ему наперекор.
Когда он хотел уничтожить род Ли, Хуанхоу защищала их. Он всего лишь желал изгнать Ли из Чанъани, но Хуанхоу готова была его убить…
После безвременной кончины второго принца император и Хуанхоу отдалились друг от друга, и так продолжалось до самой её смерти.
Му Ваньяо намеренно упомянула Сяньхоу (покойную императрицу)… чтобы отвлечь его, вырвать сердце, вонзить нож в грудь.
Отец и дочь из императорской семьи… их чувства достигли такой степени жестокости.
В глазах императора промелькнула скорбь. Глядя в блестящие чёрные глаза дочери, он произнёс тихим голосом:
— Довольно. Раз Даньян не желает, и Янь Сучэнь не желает, то отменим этот указ. К чему эти сцены, Даньян? Я твой Фухуан, неужели я стал бы принуждать тебя к браку? Это не стоило того, чтобы специально падать на колени.
— Всем подняться.
Этим вечером банкет подошёл к концу.
Император больше ничего не сказал. Проведя с ними ещё около получаса, он велел подавать паланкин и отбыл в свои покои. С его уходом пиршество закончилось, и гости стали расходиться.
Янь Шан шёл вместе с Вэй Шу. Другие цзиньши с беспокойством окружили Янь Шана, подбадривая его и говоря, что в этом нет ничего страшного и не стоит принимать всё близко к сердцу.
А мимо них с абсолютным безразличием прошла Му Ваньяо. Когда Вэй Шу попытался сделать шаг к ней, его остановила служанка принцессы.
Му Ваньяо сегодня больше не собиралась ни с кем разговаривать.
Му Ваньяо очень жалела о случившемся.
Она всего лишь хотела посмотреть на триумф Янь Шана.
Если бы она знала, что на большом банкете у реки Цюйцзян [«Извилистая река»] Фухуан решит обручить её с Янь Шаном, она бы ни за что туда не пошла.
Однако ничего уже нельзя было исправить.
Она наговорила Янь Шану гадостей, очернила его. Каким бы добрым ни был его нрав, ему наверняка больно. Он так дорожил своим достоинством и раньше всегда намеренно держался от неё на расстоянии. После того, что она наговорила сегодня, он, должно быть, больше никогда не поможет ей.
Кто станет помогать женщине, которая в лицо отказала в женитьбе, да ещё и выставила тебя в столь неприглядном свете?
Она лишилась прекрасного союзника.
Вернувшись в поместье, Му Ваньяо села перед зеркалом во внутренних покоях, вглядываясь в свои бледные щёки, отражённые в бронзе. Она коснулась лица ладонью и, глядя в собственные холодные глаза, тихо прошептала:
— Ничего страшного. Если другие не помогут мне, я помогу себе сама.
- Синцзюань (行卷, xíngjuàn) — обычай в эпоху Тан, при котором соискатели ученой степени представляли свои литературные труды влиятельным лицам для получения протекции перед государственными экзаменами. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
