У Му Ваньяо едва не встали дыбом волосы на коже1.
Жара больше не донимала её, ведь Янь Шан заслонял собой солнце. Он всё ещё обмахивал её веером, но мало того — его рука вдруг коснулась её лица, помогая что-то стереть. Его пальцы были горячими, они медленно скользили по её коже, и Му Ваньяо от этих прикосновений раскраснелась до самых кончиков ушей.
Ей стоило огромных усилий сдерживать дрожь ресниц и не открывать глаз.
Она чувствовала: проснись она сейчас… им обоим будет крайне неловко.
Рука Янь Шан легла на её ладонь, и он платком вытер пот с её кожи. Он прошептал:
— Дянься, почему вы даже во сне сжимаете кулаки? Разве вы не устали?
Му Ваньяо подумала: «Если бы ты не сидел здесь, мне бы не пришлось сжимать кулаки, сопротивляясь тебе».
Он вытер её пот, но из-за того, что он сидел прямо перед ней, слишком близко, и то и дело касался её, то поправляя одежду, то ещё что-то, Му Ваньяо цепенела от этого невыносимого положения.
Её лицо становилось всё краснее, а Янь Шан неспешно продолжал её изводить.
В тот момент, когда она уже была готова открыть глаза, пришла служанка с докладом:
— Дянься, прибыл седьмой господин Вэй.
Янь Шан посмотрел в ту сторону, раздумывая, не заставить ли Вэй Цзюйюань подождать, как вдруг почувствовал движение за спиной. Обернувшись, он увидел, что Му Ваньяо, прикрыв рот рукой, зевнула и села. Её рукава, тонкие и легкие, словно флёр, коснулись его руки.
Красавица, только что пробудившаяся после полуденного сна, едва дышала, её щеки пылали, а ясные, как вода, глаза уставились на него с изумлением.
Янь Шан замер.
Под её взглядом его лицо тоже залил румянец.
Он сухо произнес:
— Дянься уснула, и я решил немного обмахнуть вас веером.
Некоторое время они смотрели друг на друга.
Затем оба отвели взгляды, делая вид, будто ничего не произошло.
— О, — только и ответила Му Ваньяо.
Служанки привели Вэй Шу.
Му Ваньяо нетерпеливо обмахивалась веером, гоняя горячий воздух и мучаясь от духоты. Но едва она заметила приближающегося Вэй Шу, как увидела, что в этот летний зной юноша идет по двору, подобно горсти чистого снега — свежий, прохладный, и на нем ни капли пота.
От одного его присутствия казалось, что жара в этом месте отступила.
Вид красивого юноши всегда радовал Му Ваньяо, и она с улыбкой спросила:
— Цзюй Юань, как ты решился выйти из дома в такой зной?
Янь Шан невольно взглянул на Му Ваньяо и заметил, что она не сводит глаз с Вэй Шу. Стоило ей увидеть этого пригожего, утонченного юношу, как она расцветала, а ведь у Вэй Шу к тому же был такой спокойный нрав.
Почти всегда, когда Вэй Шу навещал Му Ваньяо, она пребывала в прекрасном расположении духа.
Вэй Шу к этому привык.
Однако Янь Шан, бросив на Му Ваньяо еще пару взглядов, слегка нахмурился.
Он подумал: «Неужели она ведет себя так прямолинейно со всеми красивыми ланцзюнь? Значит, она улыбается вовсе не мне, а любому пригожему ланцзюнь?»
Вэй Шу, заметив присутствие Янь Шан, удивленно спросил:
— Второй старший брат Янь, почему вы здесь?
Янь Шан оторопел, не зная, что ответить.
Пытливый взгляд Вэй Шу переместился с принцессы на Янь Шан, и он задумчиво произнес:
— Я давно чувствовал, что дянься и второй старший брат Янь…
Му Ваньяо вздрогнула.
Она поспешно перебила его:
— Цзюй Юань, не болтай чепухи! Между мной и вторым молодым господином Янь всё чисто!
— Тогда почему второй старший брат Янь здесь? — спросил Вэй Шу.
— Он мой вассал, что странного в том, что он находится при мне? — ответила Му Ваньяо.
Вэй Шу подумал: «Но у тебя явно заспанный вид… Ты позволила второму старшему брату Янь сидеть у твоего ложа и смотреть, как ты спишь?»
Выражение лица Вэй Шу стало странным.
Зная, как он умен, Му Ваньяо не посмела давать волю его размышлениям и быстро спросила:
— Цзюй Юань, зачем ты пришел ко мне?
— Хотел одолжить у дянься одну редкую книгу, — ответил Вэй Шу. — Я спрашивал людей, и мне сказали, что она должна быть у вас.
— Хорошо, я помогу тебе ее найти, — сказала Му Ваньяо.
Служанки вряд ли смогли бы отыскать нужную книгу, поэтому Му Ваньяо пришлось самой отправиться в книжное хранилище. Уходя, она опасалась оставлять Янь Шан и Вэй Шу наедине, боясь, что последний снова начнет расспрашивать об их отношениях. Му Ваньяо бросила взгляд на Янь Шан, и тот, обладая незаурядной проницательностью, мгновенно всё понял.
Янь Шан тоже поднялся и объяснил Вэй Шу:
— Я пойду с дянься и помогу найти книгу для тебя.
Вэй Шу смотрел, как они вместе встают; его темные холодные глаза оставались бесстрастными, и он хранил молчание.
По длинной галерее, ведущей к книжному хранилищу, Му Ваньяо шла впереди, а Янь Шан следовал за ней.
Тут она разозлилась:
— Почему ты молчал, когда Вэй Шу задавал вопросы? Почему предоставил отвечать мне?
— Что? — переспросил Янь Шан.
Му Ваньяо была вне себя от ярости:
— Он неверно истолковал наши отношения! Я объяснила, что между нами всё чисто, почему ты не сделал того же? Цзюй Юань всегда относится к моим словам с долей сомнения, но тебе он доверяет. Если бы ты тогда заговорил и всё объяснил, он бы точно поверил.
Янь Шан на мгновение замолчал.
Му Ваньяо нетерпеливо толкнула его:
— Отвечай!
Снаружи сквозь мелкие отверстия просачивался солнечный свет, ложась пятнами; тени и блики под галереей колыхались, словно густые водоросли в пруду.
Не утихал стрёкот цикад, послеполуденный зной становился удушающим.
Му Ваньяо услышала его негромкий, холодный голос:
— И как же мне следовало объясниться? Разве между мной и дянься действительно всё чисто?
Му Ваньяо замерла и резко обернулась к нему.
Он остановился и спокойно смотрел на неё.
Он произнес:
— Возможно, в сердце дянься наши отношения и чисты. Но в моем сердце — нет.
- Волосы встали дыбом на коже (毛骨悚然, máogǔ sǒngrán) — образное выражение, описывающее состояние крайнего ужаса или сильного потрясения. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
