Стоило ей вновь подумать о Янь Шане, как в ее словах зазвучала глубокая печаль.
И она слегка покраснела.
Почтенный господин из рода Чжао, видя ее состояние, помедлил, а затем спросил:
— Тот второй господин Янь… ты в последнее время больше не искала встречи с ним?
Чжао Линфэй склонила голову набок и уставилась на отца своими глазами, похожими на черный виноград:
— Разве вам не претило, что я хожу к нему? Вы же говорили, что он беден и нам не чета. Я давно перестала его искать.
Почтенный господин из рода Чжао кашлянул.
Затем он серьезно произнес:
— Теперь я осознал, что твой а-де проявил чрезмерную узость взглядов. Второй господин Янь — человек незаурядный. Если он тебе по сердцу, как ты могла сдаться только из-за пары моих слов?
Разумеется, Чжао Линфэй отступилась вовсе не из-за слов своего а-де.
Она долго смотрела на отца с едва заметной усмешкой:
— О, я поняла. Теперь вы видите, как слава второго старшего брата Янь разносится по Чанъаню, и знаете, что даже господин Лю ценит его… Вы заволновались, решив, что такого человека стоит привлечь на свою сторону. Вот и вспомнили обо мне, надеясь, что я, взывая к былым чувствам, переманю его к нам, помогу вам укрепить положение в чиновничьих кругах и вознесу род Чжао еще выше.
Услышав, что дочь называет Янь Шана «вторым старшим братом Янь», почтенный господин из рода Чжао внутренне порадовался их добрым отношениям.
Но когда она столь метко обличила его истинные помыслы, он невольно смутился.
Он в раздражении воскликнул:
— Я делаю это ради блага нашего рода!
Чжао Линфэй посмотрела на небо и пренебрежительно хмыкнула:
— Ха!
— В общем, я даю согласие на твой брак со вторым господином Янь! — объявил почтенный господин из рода Чжао.
Чжао Линфэй завела руки за спину:
— И что с того? Я не стану беспокоить второго старшего брата Янь лишь потому, что вы теперь высокого мнения о нем.
— Ах ты, сяонянцзы… — пробормотал почтенный господин из рода Чжао. — С тобой все в порядке? Куда делась твоя смелость, когда ты, даже будучи под замком, кричала, что найдешь своего ланцзюня?
— Смелости мне не занимать, — ответила Чжао Линфэй. — Если бы второй старший брат Янь любил меня, я бы и в огонь, и в воду за ним пошла, хоть на гору ножей, хоть в море пламени. И даже если он не любит, пока люблю я, во мне хватит отваги быть рядом. Но сейчас дело в другом: второй старший брат Янь занят экзаменами, и в Чанъане слишком много тех, кто желает набиться к нему в друзья. У него и так полно забот, я не хочу докучать ему и расстраивать его.
— К тому же, сейчас я не ровня второму старшему брату Янь. Послушав рассказчика о том, как он расправился с главой клана Чжэн, я поняла: принцесса тогда была права. Поступок второго старшего брата Янь вызвал у меня и восхищение, и страх. Восхищение — потому что он, будучи лишь чиновником в ожидании должности, осмелился на убийство. Страх — от его решительности. Будь я рядом с ним и не сумей я его понять, начни я ненавидеть его и чинить препятствия, что бы тогда было?
Чжао Линфэй опустила голову и горько усмехнулась:
— Словом, сейчас я не заслуживаю быть со вторым старшим братом Янь. Когда я смогу постичь его помыслы, и если к тому времени он еще не женится, я приду к нему… Надеюсь, я повзрослею достаточно скоро и успею понять его прежде, чем он возьмет кого-то в жены!
Почтенный господин из рода Чжао:
— …
— Ты, сяонянцзы, верно, с ума сошла? — вымолвил он. — Вечно несешь какую-то чепуху!
Чжао Линфэй отмахнулась. Впрочем, они с а-де никогда не понимали друг друга. За долгие годы ссор они так и не научились слушать друг друга, так что и лишние слова были ни к чему.
— Если у а-де больше нет дел, я пойду упражняться в боевых искусствах! Завтра мы с двоюродным братом Ян Санем договорились поиграть в цуцзю1, пусть а-нян тоже приходит посмотреть.
— Весь в поту, на что там смотреть! — возмутился почтенный господин из рода Чжао. — Девушка должна быть кроткой и изящной!
С этими словами он в гневе удалился.
***
На закате Янь Шан сидел в своих покоях и наносил целебный порошок на раны Лю Вэньцзи.
Лю Вэньцзи просидел в оцепенении несколько часов, пока не внял словам Янь Шана и не умылся. Теперь, сменив покрытые грязью одежды на старое платье Янь Шана, он сидел неподвижно, погруженный в глубокую задумчивость.
Уголки глаз и губ Лю Вэньцзи посинели от побоев стражников из поместья принцессы. Пока Янь Шан обрабатывал раны, тот не шелохнулся, словно вовсе не чувствовал боли.
Лю Вэньцзи, несомненно, был статным юношей, и даже ссадины на лице лишь придавали ему вид невинно пострадавшего. Вот только привычная гордость, живая и неукротимая, бесследно исчезла. Весь его облик словно подернулся пеплом.
Прибрав лекарства, Янь Шан сел напротив него и тихо произнес:
— В общем, так все и было. Чуньхуа использовали как пешку в чужой игре, у нее не оставалось иного выбора, кроме как войти в ванфу Цзиня.
- Цуцзю (蹴鞠, cùjū) — древнекитайская игра с мячом, напоминающая футбол. ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
