Под вечер без приглашения приехала госпожа Мэн из второй ветви.
Она привезла сушеные побеги бамбука и другие деревенские продукты, которые ее родные доставили издалека.
— Тетушка знает, что ты никогда не принимаешь дорогих подарков, — сказала она. — Хорошо, что это всё недорогое, всего лишь знак внимания. Вы с Юанем привыкли к изысканным яствам, так попробуйте что-нибудь простое. Если понравится, у меня еще осталось — в следующий раз привезу.
Цзяфу поблагодарила ее и приняла подарок.
Поскольку наступило время ужина, она пригласила госпожу Мэн поесть вместе.
Когда ужин закончился и стемнело, госпожа Мэн всё еще не собиралась уходить. Она продолжала беседовать с Цзяфу, перескакивая с темы на тему, а затем заговорила об отсутствии Пэй Юаня:
— Юань теперь занимает столь высокое положение и обладает такой властью, что у него, конечно, много дел. Но ты всё время остаешься одна. Даже мне больно на это смотреть…
Она взяла Цзяфу за руку и тихо сказала:
— А-Фу, я и твоя тетушка, и родная сестра твоей матери. Я считаю тебя собственной дочерью, поэтому и говорю об этом.
— Вы с Юанем много лет женаты. Тот ребенок, которого ты родила за заставами, к несчастью, пропал, и с тех пор прошло столько лет. Почему же ты до сих пор не забеременела?
— Я очень тревожусь и всё это время искала способ тебе помочь.
— Недавно услышала о необычайно действенном храме. Говорят, если женщина искренне помолится там, то через год или полтора непременно родит сына.
— Может быть, мне отвести тебя туда? Попробуешь — вдруг поможет?
Цзяфу улыбнулась:
— Благодарю, тетушка. Если в следующий раз у меня будет время, я непременно попрошу вас отвести меня.
Госпожа Мэн очень хотела устроить своему сыну будущее через Пэй Юаня.
Узнав, что супруги много лет без детей, она решила, что Цзяфу просто не может забеременеть, и принялась повсюду расспрашивать о возможных способах лечения.
Наконец она услышала об этом храме.
Госпожа Мэн хотела угодить Цзяфу, но заметила, что та отвечает без особого интереса.
Она собиралась продолжить уговоры, когда в комнату внезапно ворвался слуга.
Он выглядел испуганным.
Госпожа Мэн рассердилась и уже хотела отругать его за нарушение приличий, но слуга с грохотом опустился на колени и ударился лбом о пол:
— Госпожа, случилось несчастье! В доме пожар!
— Третий господин пропал, Второй господин тоже не дома. Третья госпожа велела мне скорее позвать вас обратно!
Пэй Цюань в эти дни тоже находился среди сопровождавших процессию к императорскому мавзолею, поэтому дома его не было.
Госпожа Мэн резко поднялась.
Цзяфу не любила нынешних членов семьи Пэй, но старая госпожа и Вэйго-гун когда-то оказали Пэй Юаню такую большую милость, что она перевешивала все недостатки остальных родственников.
Услышав о беде, случившейся в доме Пэй, Цзяфу не могла остаться в стороне.
Она поспешно взяла нескольких слуг и вместе с госпожой Мэн села в экипаж.
Они быстро направились к резиденции го-гуна.
Еще за несколько улиц до дома было видно зарево пожара.
Улицы у перекрестка заполнила толпа зевак, так что экипаж не мог проехать.
К счастью, люди из Пяти военных управлений, узнав о пожаре в доме Пэй, уже прибыли на место.
Они использовали водяные насосы для тушения огня и разогнали толпу.
Только после этого дорога вновь стала проходимой.
Когда Цзяфу добралась до резиденции, пожар уже удалось локализовать. Загоревшиеся помещения постепенно догорали и гасли.
Но то, что она увидела потом, потрясло ее еще сильнее.
Огонь начался в кладовой заднего флигеля, где обычно хранились дорогие ткани и ценные вещи.
Говорили, что Третьего господина, Пэй Сючжо, кто-то запер изнутри.
Когда слуги услышали его крики о помощи и с трудом вытащили его наружу, лицо мужчины уже было сильно обожжено. Он также надышался дымом и потерял сознание.
Третья госпожа лежала рядом с ним и рыдала так, словно ее сердце разрывалось.
Госпожа Мэн увидела, во что превратился ее сын, закатила глаза и без чувств упала на землю.
Цзяфу немедленно послала человека от своего имени срочно вызвать придворного лекаря, искусного в лечении ожогов.
Врач прибыл и принялся лечить пострадавшего. Он покрыл обожженные участки тела специальной мазью.
Наконец Пэй Сючжо пришел в сознание, но лежал совершенно без сил и едва дышал.
Госпожа Мэн, стиснув зубы, потребовала сказать, кто запер ее сына в кладовой.
Пэй Сючжо смотрел прямо перед собой.
Дым повредил ему горло. Губы шевелились, но он не мог произнести ни слова.
Третья госпожа зарыдала:
— Слуги говорят, что под вечер кто-то видел, как одна из служанок Второй молодой госпожи приходила искать Третьего господина.
— Наверняка это дело их рук!
— Старшая госпожа, прошу вас, восстановите справедливость для моего мужа!
Она обратилась к Цзяфу и продолжала рыдать, умоляя о помощи.
Госпожа Мэн смотрела на сына, который прежде был красивым и талантливым, а теперь оказался изуродован огнем.
Даже если он выживет, он станет калекой и уже никогда не сможет поступить на службу.
Все годы воспитания и надежд рухнули в одно мгновение.
Представив, какую безнадежную жизнь предстоит вести сыну, госпожа Мэн почувствовала, словно у нее вырвали сердце.
По ее лицу текли слезы, а голос дрожал от ярости:
— Прекрасно! Черствые и бессердечные люди!
— Твой собственный сын занимает наследственный титул, но превратился в бесполезного глупца, которого невозможно поднять на ноги. А теперь ты не выносишь, что мой сын добился успеха!
— А-Фу, стань свидетельницей для своей тетушки. Даже если мне придется отдать жизнь, я добьюсь справедливости для сына!
Госпожа Мэн вытерла слезы и велела невестке заботиться о пострадавшем.
Затем она собрала слуг и служанок и в ярости направилась к владениям первой ветви.
На полпути им встретился Пэй Сючжи.
Его лицо пылало, шаги были нетвердыми, от него разило алкоголем.
Он заплетающимся языком спросил:
— Вторая тетушка… Как Третий брат?..
Он не успел закончить.
Госпожа Мэн с силой плюнула ему прямо в лицо и оттолкнула.
Пэй Сючжи пошатнулся, отступил на несколько шагов и упал на землю.
Он потерял сознание от выпитого и больше не двигался.
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
