Снова она бьёт граблями в обратную сторону1.
Янь Шан подумал, что это, пожалуй, был самый неприятный опыт с тех пор, как он полюбил Му Ваньяо.
Пусть её тело было нежным и благоухающим, а сама она — прекрасной, его сердце всё равно терзалось в сомнениях.
Му Ваньяо обнимала Янь Шана со спины и видела, что он опустил голову. Даже когда она так несправедливо обвинила его в желании бросить её, он не проронил ни слова.
Янь Шан и впрямь принадлежал к тому числу ланцзюней, что редко выходят из себя. Если для других гнев был делом обыденным, то для Янь Шана мягкость была естественным состоянием. Прежде они ссорились из-за детей и брака, и тогда Янь Шан едва ли не единственный раз по-настоящему рассердился.
А в этот раз, хотя он и не возвращался в Чанъань целых полмесяца, разве могла Му Ваньяо не получить донесений из ванфу? Как могла она не знать, что Янь Шан вернулся в Чанъань ещё десять дней назад, заходил в её поместье и, вероятно, уже догадался о том, что она притворилась больной, чтобы выманить его назад?
К тому же то, что произошло с ним в Шу.
Ему следовало быть в ярости, злиться даже сильнее, чем в прошлый раз. Было бы естественно, если бы он сорвался на неё. То, что он сейчас молчал, лишь сильнее убеждало Му Ваньяо в серьёзности происходящего.
И от этого Му Ваньяо охватывал ужас. Она боялась, что он осознает реальность, боялась, что, поразмыслив, он сочтёт их неподходящими друг другу, боялась, что он бросит её и захочет расстаться.
Му Ваньяо было страшно, но она, как принцесса, которой никогда не приходилось заискивать перед другими, совершенно не знала, как принести извинения, чтобы они звучали искренне. Она обнимала его за талию и думала: хоть он и молчит, но всё же не отталкивает её.
Она с улыбкой произнесла:
— Ты провёл в Шу полгода, твои плечи стали заметно шире, а талия всё такая же тонкая.
Янь Шан тихо ответил:
— Дянься, позвольте мне сначала одеться.
Му Ваньяо, разумеется, не собиралась давать ему говорить спокойно. Она крепко прижалась к нему, потёрлась лицом о его спину и поцеловала в ухо. Её голос звучал нежно и мягко:
— Фухуан устроил торжественный банкет, почему же ты не пошёл? По твоему виду я сужу, что ты собрался спать так рано? В такой час, разве можно уснуть?
— А почему не пошла ты? — спросил Янь Шан.
Заметив, что он готов с ней разговаривать, Му Ваньяо улыбнулась. Она продолжала осыпать его лёгкими, мимолётными поцелуями, приговаривая:
— Если ты не идёшь, зачем идти мне? Я только и хотела, что увидеть тебя. За полгода разлуки ты совсем по мне не тосковал, а я каждую минуту думала о тебе, второй старший брат Янь.
Сердце Янь Шана смягчилось.
— Я тоже скучал по тебе, — негромко произнёс он.
Му Ваньяо мгновенно просияла. Она потянула его за руку, заставляя обернуться к ней лицом. Янь Шан не сопротивлялся и позволил ей развернуть себя.
Му Ваньяо успела переодеться. На ней уже не было тех многослойных юбок и накидок, в которых он видел её днём. Сейчас она была облачена в бело-розовую юбку с высокой талией и длинным подолом. На подоле была вышита ветвь мэйхуа, выглядевшая изящно и живо.
За спиной Му Ваньяо стоял стеллаж, где обычно лежали книги. Она легко подпрыгнула и села на него, увлекая Янь Шана за собой, чтобы он сделал несколько шагов навстречу.
Она заставила его встать вплотную к себе. Сама она не касалась ногами пола, лишь слегка покачивала ими, и, обвив руками его шею, вынудила его наклониться, чтобы поцеловать. Её пальцы коснулись его пояса.
В тихом шорохе одежд она заговорила, глядя на него снизу вверх:
— Я знаю, ты сердишься из-за того, что я притворилась больной и обманула тебя, но я сделала это лишь для того, чтобы ты вернулся поскорее. Я слышала, что на тебя напали в Шу. Если бы не огромное расстояние, которое я не могла преодолеть так быстро, я бы непременно пришла тебе на помощь. Там было так небезопасно, как же я могла просто смотреть, как ты рискуешь собой и не возвращаешься?
Янь Шан опустил взгляд. Его тёмные глаза пристально смотрели на неё, словно он изучал её и пытался судить о её словах.
Му Ваньяо коснулась губами его шеи, снова поцеловала и сказала:
— Я велела сшить для тебя плащ и одежду из кроличьего меха… Ты родом из Линнани, в Чанъане зимы холоднее, и ты переносишь мороз тяжелее, чем мы. Я заранее всё приготовила, чтобы в этом году тебе было легче.
Она наклонила голову, задумчиво и с сочувствием добавив:
— Но только что, когда я обнимала тебя, мне показалось, что ты немного похудел. Наверное, в Шу было плохо, и ты не привык. Как думаешь, мне стоит получше тебя кормить, чтобы ты немного прибавил в весе, или же нужно заново снять мерки и перешить ту одежду, что я уже подготовила?
Янь Шан замер.
Его прохладные пальцы коснулись её белоснежной щеки. Он смотрел, как она послушно сидит на столе, подняв лицо и позволяя ему наблюдать за собой. В его душе смешались неописуемые чувства:
— Ты… сшила мне одежду? Прежде ты… никогда не заботилась обо мне.
Му Ваньяо слегка смутилась:
— Раньше я была неразумной. Теперь я учусь, как заботиться о своём ланцзюне. Я многому научилась у своей четвёртой старшей сестры… второй старший брат Янь, мы не виделись полгода, и я правда стала намного лучше. Я больше не веду себя так заносчиво, думая только о себе. Я учусь понимать тебя.
Янь Шан наклонился и обнял её.
Увидев, что он готов принять её объятия, Му Ваньяо несказанно обрадовалась. Она снова повернула лицо и коснулась его губ. Одурманенный её близостью, он впервые в такой момент отвлёкся.
Он смотрел на неё со сложным чувством.
Характер человека неизбежно формируется под влиянием его прошлого.
Она одновременно боялась смотреть проблемам в лицо и была способна решительно их отсекать.
- Бить граблями в обратную сторону (倒打一耙, dào dǎ yī pá) — обр. в значении «сваливать вину на другого», «отвечать на обвинение встречным обвинением». ↩︎
Предложить правки к тексту могут только авторизованные читатели.
